Авторитаризм на экспорт? В каких странах, кроме Грузии, пытались принять аналог российского закона об "иноагентах"

14 мая грузинский парламент принял во втором чтении законопроект "О прозрачности иностранного влияния", вводящий в законодательное поле Грузии понятие "агента, проводящего интересы иностранной силы".

Прозападный президент Саломе Зурабишвили наложила вето на противоречивый законопроект, но парламент, который контролирует партия "Грузинская мечта", намерен преодолеть его.

Многие грузины расценили принятие законопроекта как окончательный разрыв с прозападным вектором развития Грузии, ориентацию на авторитарные методы управления, а также сближение с Россией. Это привело к массовым акциям протеста.

Законодательство об "иноагентах" давно рассматривается на постсоветском пространстве как способ борьбы авторитарных режимов с возрастающим влиянием организованного гражданского общества. "Дрон" вспоминал, какие постсоветские страны до Грузии совершали успешные или безуспешные попытки его принятия.

Россия

Россия первой среди других постсоветских стран стала ограничивать деятельность организаций, получающих иностранное финансирование.

В 2012 году был принят закон "О некоммерческих организациях". Организации, которые получают финансирование из-за рубежа и занимаются политической деятельностью, обязаны отчитываться о своей деятельности и сопровождать свои информационные материалы специальной пометкой. В дальнейшем требования к "иноагентам" раз за разом ужесточались.

В 2017 году признавать "иноагентами" стали зарубежные медиа, а с 2018 года - физические лица, которые участвуют в работе либо просто распространяют сообщения СМИ-"иноагентов". В 2020 году действие закона расширилось на организации, которые получают любую (не только финансовую) помощь из-за рубежа, а также на организации без юрлица.

Наконец, последняя версия закона об "иноагентах", принятая в 2022 году, содержала размытую формулировку про нахождение "под иностранным влиянием в иных формах", позволяющую назвать иноагентом фактически кого угодно. Также предусматривался ряд новых ограничений, в том числе, банки должны теперь выдавать информацию о счетах "иноагентов".

Законопроект имел большое значение при подавлении потенциала общественного сектора в России, и стал одним из важных инструментов репрессивного аппарата.

Строгая отчётность, которую требовал закон, существенно упрощает возможности для давления на неправительственные организации и медиа. Журналисты подсчитали, что руководители НКО и СМИ, объявленных "иностранными агентами", должны заполнять и сдавать в Минюст каждый квартал 44 листа отчётности. Некоторые влиятельные организации были ликвидированы по решению суда в следствии нарушений норм закона (например, правозащитный центр "Мемориал"), другие самостоятельно закрывались из-за неспособности справится с давлением.

Кроме того, из-за размывчатой формулировки "политической деятельности" от действий закона пострадали не только журналисты или активисты, но и многие другие категории людей и организаций. Например, благотворительные организации или учёные, получающие иностранные гранты.

Многие международные структуры неоднократно осуждали принятие закона. ООН ещё в 2013 году критиковала его за ограничение права на свободу ассоциации. Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) в 2022 признал, что российский закон об "иноагентах" нарушает права человека.

Стоит отметить, что никаких весомых общественных протестов против принятия или ужесточения закона в России не было. Пострадавшие от закона активисты отмечали низкий уровень солидарности и готовности на протест в среде общественных организаций на момент его принятия. Возможно, именно успешное применение закона для контроля над общественным сектором в России вдохновило автократов из других постсоветских республик воспроизводить эту практику.

Украина

6 января 2014 украинский парламент в попытках подавить массовые протесты Евромайдана с грубыми нарушениями регламента принял пакет из 10 законов, нарушающих базовые права человека. Позже их назвали "диктаторскими законами". Один из принятых законопроектов вносил изменения в закон о неправительственных организациях.

Он копировал многие положения российского законодательства про иностранных агентов. В том числе, требовал у организаций, получающих иностранное финансирование, регистрироваться как "общественное объединение, выполняющее функции иностранного агента", а также подавать ежеквартальную отчётность и платить налог на прибыль.

Принятие дискриминационных законов не только не смогло сломить протесты в 2014, но и фактически стало катализатором их ужесточения. Через три дня после голосования за "диктаторские законы" начались массовые столкновения между протестующими и силовиками.

Украинский парламент проголосовал за упразднение большей части положений "диктаторских законов" уже 28 января.

Беларусь

Политическая ситуация, в которой белорусские власти стали рассматривать принятие ограничений для "иноагентов" четыре года назад, во многом напоминала украинскую. Про возможность принятия закона белорусские политики заговорили после массовых послевыборных акций протестов в конце 2020 года. Разработчики законопроекта не отрицали, что хотели бы взять за основу своей инициативы именно российский закон. В том числе, они обращались к депутатам Госдумы с просьбой поделиться опытом.

Один из инициаторов закона, провластный белорусский политик Олег Гайдукевич заявлял, что "иностранных агентов" в Беларуси после принятия закона будут штрафовать. Кроме того, предлагалось запретить им занимать государственные должности. Также политик не отрицал возможность уголовной ответственности за повторное нарушение закона.

Белорусские власти, впрочем, смогли выстроить свои репрессивные действия без принятия законопроекта как инструмента ограничений. Как правило, белорусские медиа и общественные организации обвинялись в экстремизме. При этом любой человек, который взаимодействует с их информационным контентом (поводом могут стать даже репосты или лайки), может быть наказан.

Вице-премьер Игорь Петришенко в сентябре 2021 года выразил удовлетворение "позитивными результатами, которые приносят ранее разработанные меры по борьбе с внешним информационным давлением". И заявил про отказ от принятия закона об "иностранных агентах" из-за этого.

Казахстан

Отдельные элементы регулирования организаций, получающих иностранное финансирование, использует правительство Казахстана. С 2018 года налоговое законодательство страны требует предоставления отчетности о финансировании из-за рубежа.

В 2022 году в Налоговый кодекс были внесены изменения, предусматривающие публикацию реестра лиц, получающих иностранное финансирование.

А в 2023 году был опубликовал реестр "иностранных агентов", в который попали 240 физических и юридических лиц. При этом список разглашал персональные данные, указывая идентификационные номера (ИИН) фигурантов. Правительство заявило, что целью публикации было "повышение уровня доверия граждан - как к государству, так и неправительственным организациям".

В данный момент законодательство Казахстана не накладывает каких-либо ограничений на компании и людей, попавших в реестр. Власти Казахстана убеждают, что принимать отдельный закон, направленный против "иноагентов", не собираются.

Правозащитные организации осудили публикацию реестра. Например, антикоррупционная организация Transparency International отмечала, что закон имеет негативное воздействие на гражданское общество и "воспроизводит практику и закон России об "иноагентах".

Кыргызстан

Первые попытки принять закон об "иноагентах" принимались в Кыргызстане в 2016 году. Закон прошёл три чтения, но не был проголосован большинством депутатов.

Тем не менее в апреле 2024 года был принят закон про "иностранных представителей". Несмотря на разные названия, эксперты оценивают схожесть с российским законом 2012 года как очень высокую. Они также допускают, что его принятие, помимо функции консолидации власти в руках президента Садыра Джапарова, также могло быть "знаком лояльности Москве".

Некоторые обозреватели даже утверждали, что "инициатива родилась после визита парламентариев Кыргызстана в Госдуму Российской Федерации".

Среди прочего, закон предполагает создание реестра "иностранных представителей", требование сдавать дополнительную отчетность, а также возможность внеплановых проверок. Более того, закон допускает даже уголовную ответственность за отдельные нарушения.

Международные правозащитные организации, в том числе Human Rights Watch, призывали парламент Кыргызстана отклонить закон.

После подписания закона президента Джапаров заявил, что "как глава государства гарантирует, что никаких преследований для некоммерческих НКО не будет". Впрочем, разрушительные для общественного сектора страны последствия уже начались. Например, 15 апреля фонд "Сорос-Кыргызстан" объявил о прекращении своей деятельности.