Чеченский премьер дорос до Москвы?

Как знаковые отставки в республике связаны с укреплением позиций Кадырова на федеральном уровне

Интрига по поводу кадровых пертурбаций в правительстве главы Чечни продолжается. На прошлой неделе в добровольную отставку внезапно ушел спикер чеченского парламента Магомед Даудов. А вчера Рамзан Кадыров принял отставку у председателя чеченского правительства Муслима Хучиева.

Если по поводу дальнейшей карьеры Даудова Кадыров весьма туманно заявил, что бывшему чеченскому спикеру «стоит искать себя в иных сферах», то увольнение Хучиева с поста премьера глава Чечни прямо связал с его переходом на новую должность. На этом, впрочем, ясность по поводу дальнейшей судьбы этих двух ближайших соратников Рамзана Кадырова кончается.

Однако два фактора дают возможность отследить направление мыслей главы Чечни. В результате перестановок в правительстве России усилились позиции его федеральных друзей (например, Дениса Мантурова), а влияние оппонентов (Николай Патрушев), очевидно, стало меньше. Одновременно формальные повышения получили как минимум двое соратников Кадырова, подвизающихся на федеральном уровне: Одес Байсултанов из простого заместителя федерального министра спорта стал первым заместителем (хотя претендовал на должность министра), а советник президента РФ по климату Абубакар Эдельгериев был повышен до помощника президента. Поэтому можно предположить, что Кадыров надеется вывести на федеральную орбиту и других своих соратников, например, Даудова с Хучиевым. Причем,

судя по уверенности, с которой Кадыров говорит о новой должности Муслима Хучиева, ситуация с ним, очевидно, решена положительно. А если судить по затянувшемуся молчанию в отношении Магомеда Даудова, то в отношении него положительного решения пока еще, видимо, нет.

Впрочем, в случае неудачи Даудов никуда из команды Кадырова не денется. Об этом, кстати, свидетельствует весьма красноречивая деталь: формально безработный бывший чеченский спикер продолжает участвовать во всех правительственных совещаниях, на которых как сидел, так и сидит строго по правую руку главы республики. Совсем как первый визирь при падишахе.

Собственно, именно Даудова, а не председателя местного правительства Хучиева, в Чечне всегда считали вторым по влиятельности человеком. И отставка чеченского спикера этот расклад ни на йоту не изменила.

Взлет и опала

53-летний Муслим Хучиев, который, по данным телеграм-канала ВЧК-ОГПУ, может уйти в одно из федеральных министерств, никогда не наводил на чеченцев такого ужаса, как Даудов.

Хучиев страше Даудова на 9 лет, но, в отличие от него, никогда не воевал и вообще в период борьбы Чечни за независимость жил в Москве. В 1994-м, когда как раз началась первая чеченская война, он закончил факультет журналистики МГУ и затем работал криминальным репортером на ВГТРК.

В Чечню его в качестве своего пресс-секретаря привез Алу Алханов, которого Путин назначил президентом республики вместо Ахмата Кадырова, убитого во время теракта 9 мая 2004 года. А через несколько месяцев Алханов ввел Хучиева в состав правительства в должности первого зама руководителя аппарата главы республики и правительства в ранге министра.

Это был очень сложный для Чечни период. В республике набирала обороты жесткая борьба за власть между президентом Алхановым и вице-премьером Рамзаном Кадыровым. Победил в итоге Кадыров, а Алханов вынужден был ретироваться в Москву.

Хучиев же остался в Чечне и, видимо, сильно приглянулся Рамзану Кадырову: придя к власти, тот назначил Хучиева главой администрации Грозного. В тот момент это была очень важная должность, так как именно с отстройки Грозного началась эпопея по восстановлению разрушенной Чечни, на которой Рамзан Кадыров заработал себе репутацию «эффективного менеджера».

В тот момент Муслим Хучиев впервые попал в поле зрения правозащитников: в связи с его ролью в судьбе известной чеченской правозащитницы Натальи Эстемировой, убитой в июле 2009 года.

Администрация Грозного, которую возглавлял Хучиев, стала первым госучреждением в Чечне, куда перестали пускать женщин без платков. Эстемирова же публично осудила эту дискриминационную практику в отношении чеченских женщин, обязывающую их появляться в общественных местах с покрытой головой. После интервью Натальи Эстемировой, вышедшего на канале Рен ТВ, мэр Грозного Хучиев вызвал правозащитницу на встречу с главой Чечни. Как следует из доклада Human Riughts Watch, разговор с Кадыровым прошел на повышенных тонах, с угрозами в том числе и в адрес несовершеннолетней дочери Эстемировой. А в июне 2009 года Наталья была похищена возле своего дома и расстреляна.

Убийство Эстемировой нанесло большой удар по гражданскому обществу Чечни и стало, возможно, одним из самых значимых в череде устранений критиков и оппонентов Кадырова.

Но даже участие в этой мерзкой истории не спасло Хучиева от немилости своего падишаха. В 2012-м году Муслим Хучиев был отравлен в отставку с должности мэра Грозного. Причиной стали подозрительность и ревность Кадырова, до которого дошли слова одного из префектов Грозного, что Хучиев в перспективе может стать главой Чечни. После этого в мэрию приехали охранники Кадырова и избили Хучиева и сотрудников его аппарата.

«Эффективный менеджер»

Опала Хучиева продлилась год. В 2013-м он получил второй шанс и был назначен главой министерства территориального развития, национальной политики и массовых коммуникаций Чеченской Республики. Несмотря на свое журналистское образование (а может, и благодаря ему) Хучиев никак не проявил себя в этой должности и в 2015 году снова ушел на позицию мэра Грозного, куда привел, как это водится у чеченских чиновников, своих родственников: родной брат Муслима Хучиева Беслан возглавил комитет городского хозяйства, а его двоюродный брат Аслан стал заместителем мэра.

На этом посту Муслим Хучиев проявил себя именно таким управленцем, какой и был нужен Кадырову. Стиль управления и секрет эффективности Хучиева-менеджера ярко описаны в решении Европейского суда по правам человека, вынесенного по заявлению чеченского бизнесмена Лом-Али Элбиева.

Лом-Али родился в Чечне, но в 1990 году, когда в республике активизировалось националистическое движение, он уехал из республики, жил в Москве, затем в Украине и в Беларуси. В 2009-м, когда, казалось, окончательно наступил мир и в регионе, наконец, отменили режим контртеррористической операции, Лом-Али вернулся в Чечню под гарантии Рамзана Кадырова, который прикладывал много усилий к возвращению в республику чеченцев, бежавших от войны.

Лом-Али создал в Чечне эффективную компанию «Низкотемпературные системы — NTS», которая одной из первых в России внедрила немецкую технологию установки напольного отопления.

Одним из заказчиков Элбиева был брат Муслима Хучиева — Тамерлан Хучиев, на тот момент исполнительный директор одного из самых закрытых и коррумпированных НКО России — фонда Ахмата Кадырова. (Сам этот факт исчерпывающе говорит о близости и несомненной лояльности Хучиевых к Кадыровым.)

В 2017 году Тамерлан Хучиев уговорил Лом-Али Элбиева стать директором муниципального унитарного предприятия «Теплоснабжение» в Грозном. На этом посту Элбиев, как стало известно позже из его иска, столкнулся с ужасающей коррупцией — разворовывались без преувеличения миллиарды — и кумовством Хучиевых. В результате у Элбиева произошел конфликт с Хучиевыми, и по личному приказу Муслима Хучиева его подвергли жестоким пыткам прямо в подвале мэрии Грозного.

Вот как Элбиев описывает пытки в своей жалобе в ЕСПЧ: «После трех часов избиений ногами, палками и электрошокерами Муслим Хучиев позвонил кому-то и сказал: «Этот человек ничего не понимает, привезите аппарат, который с током. Надо с ним по-другому говорить»… Сначала <мои> руки положили на стол, стали подключать провода к пальцам, но когда они включали, тело не слушалось, прыгало, крики вырывались… Потом они хотели мне за уши провода прикрепить. У них был пистолет, они имитировали выстрел пистолета: дуло у виска — и в этот момент они бьют по столу дубинкой. Я говорил: «Да лучше застрелите уже»…»

В конце концов из Элбиева выбили расписку в долге перед Хучиевыми на 20 миллионов рублей. Причем, в расписке было сказано, что Элбиев обязуется вернуть половину долга в течение 10 дней. Элбиев пытался хотя бы за бесценок продать свой строящийся дом, но у него ничего не получилось. Тогда он занял у знакомого 4 млн рублей и принес их Хучиевым. Те в ответ сказали, что оставшиеся 16 млн рублей тот должен вернуть к концу недели. И тогда Элбиев в срочном порядке эвакуировал свою семью из Грозного, сам же уехал из России и через правозащитников обратился в Следственный комитет. По его заявлению провели проверку, но в возбуждении уголовного дела против братьев Хучиевых отказали.

Черный список Минфина

В 2018 году Муслим Хучиев возглавил чеченское правительство. Он запомнился жителям Чечни своими отчетами об экономических успехах республики. Только в прошлом году, который, кстати, в Чечне был объявлен годом промышленности, в республику, по словам Хучиева, пришло рекордное количество инвестиций, было введено в строй или заложено строительство около десятка заводов и предприятий, активнейшим образом развивалась особые экономические зоны «Ведучи» и «Грозный», в которых действует льготный режим налогообложения и на инфраструктуру которых из федерального бюджета были выделены миллиардные транши. Все это (и многое другое в отчетах Хучиева) было сделано якобы для борьбы с безработицей в Чечне. И она действительно снизилась. На 0,1% по сравнению с предыдущим 2022 годом (по официальным данным Министерства экономического, территориального развития и торговли ЧР, «уровень регистрируемой безработицы на конец декабря 2023 года составляет 7,9% (декабрь 2022 года — 8,0%)»).

Надо сказать, что с 2022 года почти по всей России регистрируется беспрецедентно низкий уровень безработицы. И только в Северокавказском регионе показатели безработицы (по этому показателю регион лидирует, а Чечня стабильно занимает четвертое после Ингушетии, Дагестана и Северной Осетии место) почти не меняются, зарплаты остаются одними из самых низких по стране, а федеральные дотации — одними из самых высоких. Вот только Чечню от других северокавказских республик отличает высокий лоббистский ресурс чеченских властей.

На фоне войны в Украине федеральные трансферты сокращаются для всех «старых» дотационных регионов страны. Но в Чечне они растут, хотя республика давно уже не является территорией, которую надо восстанавливать с нуля.

Куда уходят эти миллиарды, наверное, вопрос риторический. Ни в одном регионе страны власти не хвастаются так открыто роскошью, как в Чечне, при среднестатистической зарплате по республике в 30 тысяч рублей.

В конце прошлого года Минфин даже выпустил проект постановления, которое прописывает более жесткие условия для получения федеральных дотаций для властей 8 регионов Российской Федерации. Этот документ буквально ставит губернаторов перед выбором: либо создать, наконец, эффективные меры контроля за нецелевым использованием федеральных денег, либо — лишиться дотаций. По своей сути это, конечно же, вотум недоверия со стороны Минфина и вполне ясная оценка реальной эффективности властей и правительств данных регионов. Помимо четырех «новых» территорий России — Крыма, Севастополя, «ЛНР» и «ДНР», — которые еще не успели за свою короткую финансовую жизнь в РФ сильно проштрафиться и попали в «черный список Минфина» по другой причине (уровень федеральных дотаций этих территорий из бюджета — 80–90%, поэтому необходим и более тщательный контроль за их расходованием), в этом постановлении фигурируют Ингушетия, Дагестан, Тыва и Чечня. Но только в Чечне региональная власть и, соответственно, команда управленцев не менялись без малого вот уже 20 лет.