Не пошли на поводке

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ «КЕДР.МЕДИА» ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА «КЕДР.МЕДИА». 18+

Несмотря на протесты правозащитников, в июле 2023 года Госдума разрешила регионам самостоятельно принимать решения по бездомным животным. А уже через четыре месяца депутаты Народного хурала Бурятии приняли закон № 185-VII — он позволяет усыплять отловленных на улицах зверей. Регион стал первым в России, где разрешили эвтаназию бездомных животных. Усыплять их можно в следующих случаях:

при обнаружении неизлечимого заболевания;
при наличии последствий острой травмы, несовместимых с жизнью;
при обнаружении у собаки заболеваний, опасных для человека или других животных;
при установлении социальной опасности животного без владельца;
при фиксировании факта нападения конкретной особи, что должно подтвердиться заявлением пострадавшего, очевидцев или ведомств;
если за время пребывания в пунктах временного содержания животное без владельца осталось невостребованным.

«Стать востребованными» бездомные собаки должны в течение всего 30 дней. Потом их можно усыплять «гуманными методами, гарантирующими быструю и безболезненную смерть».

Обычно это делается с помощью двух инъекций. Первая — усыпляющий анестетик, вторая — вещество, останавливающее сердце или легкие. Однако зоозащитники утверждают, что государственные ветеринары стараются экономить и используют только миорелаксанты, которые душат находящееся в сознании животное.

«Кедр» поговорил с бурятскими активистами и юристами, которые, защищая право собак на жизнь, довели дело до Конституционного суда.

«Квазибизнес»

Отстрел собак как способ контроля их численности был полностью запрещен относительно недавно — 1 января 2020 года, когда вступило в силу соответствующее положение закона «Об ответственном обращении с животными». С тех пор в России следуют международной системе «Отлов — стерилизация — вакцинация — выпуск» (ОСВВ). Хотя она показывает эффективность не менее чем в 18 регионах страны, далеко не все субъекты смогли полностью ее внедрить. Среди них — Бурятия.

Усыпить за истощенность

Утром 10 января сотрудники управления ветеринарии Бурятии усыпили 18 бездомных собак в приюте «Ананда» — это один из крупнейших приютов республики, расположенный в Улан-Удэ. Они приехали туда, даже не предупредив о визите. Это стало первым известным случаем, когда в России воспользовались новым законом и применили эвтаназию.

— Они эвтаназировали 18 собак, которые находились на лечении в медблоке. Попытки договориться [оставить собак в живых] ни к чему не привели. Но процесс все же остановили, жизни остальных собак приюта удалось сохранить, — рассказывает волонтер благотворительного фонда «Собака счастья».

Чтобы прекратить усыпление животных, сотрудники «Ананды» решили переписать оставшихся собак на физических лиц — так у собак появились хозяева, муниципалитет больше не мог распоряжаться их судьбой. В январе собак только в «Ананде» было около 2000. Переоформление такого количества животных занимает до десяти дней. На это время управление ветеринарии после продолжительных переговоров согласилось приостановить эвтаназию.

— Перепись всех собак в приюте на фактическую управляющую Наргизу Муминову началась уже на следующий день после эвтаназии. Параллельно наша команда занималась вывозом животных из приюта в разные города и организовала поддержку около 400 приютских собак с помощью системы опекунства. На сегодняшний день мы отправили больше 200 собак. Помогали и волонтеры из других регионов России, — говорит собеседница «Кедра» из фонда «Собака счастья».

Собак из Бурятии вывозили в paзные гopoдa: oт Bлaдивocтoкa дo Mocквы. Причем забирали их не только приюты, но и возмущенные законом люди.

В первую очередь из республики эвакуировали животных, у которых есть проблемы со здоровьем. Так, сразу 34 отправились в Красноярск. Увезла их неравнодушная девушка, изначально попросившая дать ей «десять самых жалких собак».

Как уточнял сотрудник «Ананды», убитые собаки действительно «либо болели, либо были истощены», но не представляли угрозы для человека. Однако все животные приюта считаются муниципальным имуществом, которое можно утилизировать. Формально управление ветеринарии действовало в рамках своих полномочий, но некоторые зоозащитники с этим не согласны.

Дарья Малышева из фонда «Рука помощи бездомным животным» отмечала, что даже с новыми поправками федеральный закон не позволяет действовать так, как действовало бурятское управление ветеринарии. По словам Малышевой, судьбу каждого больного животного должна решать комиссия — нужны акты, фиксирующие болезни и причины, по которым нет шанса на выздоровление.К тому же истощение, о котором говорили представители управления ветеринарии, не является критерием для усыпления даже по действующему в республике закону.

Вместо того чтобы проверять действия управления ветеринарии, Россельхознадзор начал проверку «Ананды». Приют обвинили в том, что он не оформил «ветеринарные сопроводительные документы на утилизацию собак», а также допускал свободное передвижение собак по территории. За это руководство «Ананды» предложили привлечь к административной ответственности.

Идея эвакуировать собак понравилась не всем. Первый зампред комитета Госдумы по экологии Владимир Бурматов, который еще в ноябре 2023-го просил Генпрокуратуру проверить законность решения бурятского Хурала, в январе 2024-го раскритиковал объявленную эвакуацию собак. Как заявил депутат, важнее системно заниматься пристройством животных, в том числе с помощью региональных властей. А скандальный закон, по мнению Бурматова, можно считать волеизъявлением жителей Бурятии, ведь его «приняли избранные гражданами депутаты».

Администрация президента тоже поддержала первый в России региональный закон об эвтаназии. Там необходимость умерщвлять собак объяснили защитой конституционных прав граждан на охрану здоровья, благоприятную окружающую среду, личную неприкосновенность и безопасность.

Фото: Lesya Tyutrina, Andrey Biyanov / Unsplash

«Признать всех агрессивными нельзя»

Не получив понимания ни у депутатов Госдумы, ни в администрации президента, бурятские зоозащитники обратились с исками в суд, чтобы отменить решение Народного хурала.

Истцы настаивают (текст иска есть в распоряжении редакции — прим. ред.), что региональный закон № 185-VII противоречит ФЗ «Об ответственном обращении с животными». Например, он разрешает отлавливать стерилизованных собак и животных с метками, говорящими об их безопасности, хотя в ч. 2 ст. 18 федерального закона четко прописан такой запрет. Сама идея усыплять животных через месяц после отлова противоречит статье Гражданского кодекса о приобретении права собственности на безнадзорных животных — такое право у государства может появиться не ранее чем через полгода.

8 февраля Верховный суд Бурятии, куда обратились зоозащитники, сделал запрос в Конституционный суд о проверке противоречащих друг другу норм федерального закона «Об ответственном обращении с животными» (текст запроса есть в распоряжении редакции — прим. ред.). Так, в законе говорится, что регионы России должны обращаться с животными в соответствии с утвержденными правительством методическими указаниями. В частности: отловленные на улицах животные, не проявляющие немотивированной агрессии, подлежат возврату на прежние места обитания после того, как приют проведет их стерилизацию, мечение, лечение и вакцинацию. Также закон позволяет умерщвлять животных в приютах только из гуманных соображений: для прекращения непереносимых физических страданий животного при наличии у него тяжелого неизлечимого заболевания или острой травмы, несовместимой с жизнью.

Однако положения того же федерального закона содержат и оговорки. Во-первых, в перечне мероприятий по обращению с бездомными животными есть фраза «иные необходимые мероприятия». Во-вторых, — в законе есть также фраза «если иное не установлено законодательными актами субъектов». По мнению Верховного суда Бурятии, эти два пункта создают правовую неопределенность и противоречат духу закона об ответственном обращении с животными, развязывая регионам руки для умерщвления собак. В то время как сам ФЗ декларирует принципы:

отношение к животным как к существам, способным испытывать эмоции и физические страдания;
ответственность человека за судьбу животного;
воспитание у населения нравственного и гуманного отношения к животным.

Воспользовавшись оговорками, Бурятия допустила умерщвление животных в том числе по такому основанию, как «невостребованность» на 31-й день пребывания в пункте временного содержания, независимо от состояния здоровья и степени опасности для людей, хотя методические указания говорят о необходимости возврата таких животных на улицу.

Верховный суд Бурятии просит КС признать не соответствующими Конституции указанные выше оговорки. Эксперты считают, что Конституционный суд с «высокой степенью вероятности» сделает это — признает неправовыми нормы, дающие регионам право самостоятельно определять меры в отношении бездомных животных. Тогда у Верховного суда Бурятии будут основания для отмены регионального закона. Если же КС согласится с этими оговорками, то фактически легализует убийства собак по всей стране.

— Не хочется в это верить, но мы всегда рассматриваем различные варианты, — отмечает юрист по защите прав животных Сергей Егоров, представляющий интересы истцов в Бурятии. — Мы все-таки надеемся, что если даже будет так называемая легализация [эвтаназии], то будут и какие-то разъяснения. Исходя из мотивировки суда будем разбираться, что с этим можно сделать. Мы уже собрали доказательную базу, которая подтверждает неэффективность этого метода регулирования популяции с научной точки зрения. Ситуация сейчас такова, что ряд субъектов хочет убивать собак тысячами, мотивируя это беспокойством о жизни и здоровье граждан. По факту собаки будут дальше появляться и кусать людей. И этот круговорот бесконечен.

С 16 мая в Бурятии введен временный запрет на усыпление собак — суд применил меры предварительной защиты иска. Местные власти попытались оспорить это решение в мае, обратившись в апелляционный суд в Новосибирске, но безуспешно.

— Да, у них осталась возможность делать это в отношении социально опасных животных. Но нельзя просто всех собак в Бурятии признать агрессивным,

— заключает юрист. — Сейчас мы также судимся в республике Алтай, коллеги работают в Астраханской области, Самаре, Оренбургской области. Запрос на такую же помощь поступил из Удмуртии. Мы рассчитываем, что все-таки Конституционный суд нас поддержит. Тогда все эти законы об эвтаназии рассыпятся. Если до местных чиновников не дойдет, что эти законы нужно отменять, мы донесем через суд.