Третий год в Иерусалиме: как петербурженка запустила в Израиле проект для адаптации подростков-экспатов и что поменялось в городе из-за войны

«Бумага» многие годы публиковала истории иностранцев в Петербурге. После вторжения России в Украину экспатами стали и многие петербуржцы. В этой рубрике мы говорим с ними о новом культурном опыте, уроках эмиграции и тоске по Петербургу.

В Петербурге Настя Рябцева работала в благотворительности — помогала людям с ментальными особенностями и семьям в кризисных ситуациях. Незадолго до начала полномасштабного российского вторжения в Украину она с семьей переехала в Иерусалим, где запустила свою инициативу помощи подросткам.

В интервью «Бумаге» Настя рассказала, как развивает проект для адаптации подростков в новых странах и как на ее жизнь в Израиле влияет война.

Тоже уехали из Петербурга, но каждый день проверяете местный прогноз погоды?

Мы объединяем петербуржцев по всему миру в проекте «Кисы на Обводном» — присоединяйтесь и получайте приветы из любимого города.

присоединиться

• Род деятельности: создательница социального проекта по поддержке подростков The Walks и писательница
• Возраст: 36 лет
• Не в России: два года и 10 месяцев

— В России я работала в рекламе, но перестала видеть в ней смысл и пришла в социальную сферу. Работала для некоммерческих организаций «Простые вещи» и «Теплый дом» и была социальным журналистом. В основном я придумывала, как привлечь внимание к социальным проектам, и искала деньги для благотворительных организаций. А еще разрабатывала спецпроекты, которые привлекали внимание к фондам.

С мужем мы прожили девять лет и в январе 2021 года решили поехать в Израиль, где он родился. Помимо общей политической ситуации в России на нас повлиял коронавирус: муж два года не видел семью, а его родители не встречались с нашей только родившейся дочкой.

При отъезде мы думали, что будем периодически бывать и в России, и в Израиле. Мы не предполагали, что возникнет такая трагическая история (полномасштабное российское вторжение в Украину — прим. «Бумаги»).

В Израиле я совместно с Настей Ивановой запустила «Дикие прогулки» — проект, который помогает подросткам адаптироваться к жизни в новой стране с помощью общих прогулок, занятий творчеством и знакомства друг с другом.

При создании мы вдохновились петербургским проектом «Все дела» (арт-практика для детей на открытом воздухе). Позже нам пришлось переименовать инициативу, потому что ранее нам помогал другой проект со словом «дикие» в названии. Теперь это просто The Walks.

Сейчас проект работает в трех городах Израиля: Иерусалиме, Тель-Авиве и Хайфе. The Walks растет: он появился в Барселоне, Париже и Нью-Йорке. Мы обучаем сотрудников и перестраиваемся из маленькой инициативы в социальный проект, в котором есть точная методика и понимание, что мы делаем — расширяемся и строим устойчивое НКО.

Поскольку мы сами люди с эмигрантским опытом, то работаем для детей из стран бывшего СНГ, в том числе России и Украины.

Кто и что сыграло для вас важную роль?

— В первое время после приезда я встречала много людей, которые были готовы открыть мне что-то о реальности Иерусалима. Плюс, у меня тут появилась семья моего мужа. Они тоже очень сильно повлияли на восприятие города, ведь для них это место, в котором они живут уже много лет.

Чем вас научил Израиль?

— Иерусалим сейчас и некоторое время назад — это разные вещи, потому что мы живем в стране в открытой фазе войны. И это кроме общей напряженной политической ситуации меняет атмосферу в месте, в котором ты живешь.

Тот Иерусалим, в который я приехала, — это странное небольшое место, в котором можно встретить примерно всё в самых неожиданных сочетаниях. Ты можешь идти по улице и услышать, как человек молится, пока в каком-то окне сверху кто-то играет на скрипке, а грузчик разгружает тележку с апельсинами, страшно ругаясь с покупателем.

Хочу, чтобы Израиль был страной для разных людей, и в нем оставалась смесь культур. Я верю, что здесь это возможно. Я желаю всему Ближнему Востоку окончания бесконечной войны.

Три находки в Израиле

• Древность города. Он вечно разрушался и отстраивался, и, как ни странно, во всем этом есть надежда. Это место учит философскому взгляду на жизнь, потому что 3 тысячи лет назад здесь тоже кто-то ходил и что-то делал под тем же самым небом.
• Принятие инаковости. Чувство, что если ты странный, это не значит, что ты маргинал. Это граница между маргинальностью и юродивостью. Например, в Петербурге человека, который разговаривает на улице с голубями, будут обходить стороной. В Иерусалиме, как мне кажется, все подумают, что он знает то, чего не знаем мы.
• Социальная близость. Это и хорошая, и плохая сторона. В Израиле всегда можно быстро добраться до человека из-за маленьких расстояний. С одной стороны это очень упрощает работу, а с другой невыносимо, что все обо всех знают.

Разбираемся, что на самом деле происходит

Оформите платеж в пользу редакции «Бумаги»

Поддержать

Что еще почитать:

• Второй год в Белграде: как основательница культового Ossi переехала в Сербию и открыла там бар, посвященный улице Некрасова.
• Год в Херцег-Нови: как петербурженка переехала в Черногорию семьей с четырьмя детьми и чем жизнь там походит на ситком