Внеочередные парламентские выборы во Франции. Победит партия Макрона? Или все-таки Ле Пен? А может, левые?

Во Франции 30 июня пройдут внеочередные выборы в нижнюю палату парламента — Нацсобрание. Прежний созыв Эмманюэль Макрон распустил всего несколько недель назад — в ответ на победу крайне правой партии Марин Ле Пен «Национальное объединение» на европейских выборах. «Медуза» рассказывает, почему этот шаг может стать самым крупным просчетом Макрона.

Макрон распустил парламент. Зачем он это сделал, не поняли даже его соратники

В предыдущем созыве нижней палаты, избранной в июне 2022 года, центристская партия «Возрождение» Эмманюэля Макрона, в отличие от выборов 2017-го, не имела абсолютного большинства. Но ей и союзникам удалось набрать вполне комфортное простое большинство в 250 мест (всего во французском Нацсобрании 577 кресел). Левая коалиция «Новый народный экологический и социальный союз» (NUPES) c доминирующей партией ультралевого Жан-Люка Меланшона получила 151 место, крайне правое «Национальное объединение» — 89 мест.

Чаще всего президентская партия спокойно принимала законы простым большинством, а когда было необходимо — кооперировалась с оппозиционной правой партией «Республиканцы». Иногда правительство Макрона прибегало к статье 49.3 французской Конституции, которая позволяет принимать законы в обход парламента. Теоретически такой шаг мог грозить вотумом недоверия президенту, но, притом что его соратники составляли большинство в парламенте, такой исход был крайне маловероятным.

Созыв 2022 года должен был проработать до июня 2027-го: выборы в Нацсобрание планировались через месяц после избрания нового президента. Но потерпев ощутимое поражение на европейских выборах 9 июня (на них «Национальное объединение» получило 31,3%, а «Возрождение» Макрона — 14,6%), президент решил распустить Национальное собрание.

Решение Макрона удивило многих. Оно не продиктовано ни политической необходимостью, ни исторической практикой: в истории Франции еще ни один президент не распускал национальный парламент в ответ на поражение на выборах в Европарламент. К тому же победа Ле Пен не стала неожиданностью — не только потому, что в течение всех последних месяцев ее предсказывали опросы, но и потому, что партия Марин Ле Пен «Национальное объединение» удерживала большинство и во время двух предыдущих европейских кампаний — в 2019 и 2014 годах.

Сам Макрон в своем «Письме к французам», которое вышло в региональной прессе за неделю до первого тура выборов в Нацсобрание, заявил, что его решение было обдуманным и «ответственным». На этот шаг президент, по его словам, пошел «в интересах страны».

«Осенью оппозиция собиралась свергнуть правительство, что ввергло бы нашу страну в кризис — как раз в период принятия бюджета», — написал Макрон французам. Он добавил, что не мог не учесть «волю избирателей», отразившуюся в результатах евровыборов: «Просить вас [граждан] выбирать, доверять вам — разве не в этом сам смысл демократии и нашей Республики?»

Глава кабмина Габриэль Атталь и большинство «политических тяжеловесов» из команды президента изначально предлагали Макрону распустить правительство: по их мнению, такого «демократического ответа» на недовольство избирателей было бы достаточно. Вместо этого Макрон принял решение распустить парламент — посовещавшись, как утверждают источники агентства AFP и газеты Le Monde, с несколькими советниками Елисейского дворца.

Макрон надеется победить. Эксперты пессимистично смотрят на его шансы

Можно предположить, что распуская Нацсобрание Макрон хотел мобилизовать своих избирателей и сторонников разрозненных левых партий. Быстро исполнить этот план могла как раз угроза прихода команды Ле Пен в правительство. При этом самих ультраправых такая мера должна была застать врасплох (на подачу списков кандидатов для 577 участков им отвели всего неделю). Молниеносная избирательная кампания в таких условиях могла бы помочь Макрону вновь объединить своих сторонников.

Но довольно быстро у этого плана возникли проблемы. Во-первых, всего за пару дней левые создали широчайшую коалицию, в которую вошли более двадцати партий и движений — от Компартии до умеренного социалиста Рафаэля Глюксманна с его партией Place Publique («Общественное место»).

Во-вторых, крайне правые, прошедшие ребрендинг (сами они называют себя «правыми консерваторами» и «патриотами»), пугают избирателей уже далеко не так сильно, как прежде. Согласно опросу, проведенному Французским институтом общественного мнения (IFOP) 11 июня, около 48% респондентов считают, что председатель партии Ле Пен Жордан Барделла «был бы хорошим премьер-министром».

Третья проблема плана Макрона заключается в том, что у президента уже давно был невысокий уровень доверия (29%) среди населения. А после поражения президентской партии на европейских выборах он упал до 24% (меньше, 23%, Макрон набирал только в начале протестов «желтых жилетов» в 2018 году).

«Макрон считает, что он один знает, что хорошо для Франции», — рассуждает о причинах недовольства президентом директор по исследованиям в Национальном центре научных исследований (CNRS), социолог Альбер Ожьен в разговоре с «Медузой». «Игнорируя органы среднего звена и другие партии, он придерживается элитарного взгляда на общество, демонстрирует явное отсутствие эмпатии к страданиям людей», — полагает Ожьен.

К этому нужно добавить непопулярные шаги, принятые президентом во время кризисов, напоминает социолог: жесткое подавление протестов «желтых жилетов», авторитарные меры во время эпидемии ковида, отказ вести переговоры о своей же пенсионной реформе, принятие непопулярных законов, «фанфаронство по вопросу обязательств перед Украиной». «Именно за это множество жестов и не всегда удачно подобранных слов президент заслужил такой заряд ненависти [среди французов], какого удостаивался мало кто из его предшественников», — заключает эксперт.

Макрон искренне полагает, что победит и левых, и крайне правых, воспользовавшись эффектом всеобщей неожиданности, рассуждает в разговоре с «Медузой» политолог, доктор Тома Геноле: «Для меня в его рассуждениях самой серьезной ошибкой видится уверенность в том, что всего через три недели после голосования на европейских выборах французы проголосуют совсем по-другому. Учитывая прогнозы относительно исхода голосования, он явно сильно ошибся».

С рациональной точки зрения, мотивы Макрона распустить Нацсобрание остаются загадкой, говорит Альбер Ожьен: «Конечно, нельзя исключать, что это был простой жест гордости человека, разочарованного результатами европейских выборов, в которых он лично участвовал. Или несколько странная слепота к общественному мнению о нем».

Ле Пен тоже надеется победить. И ей это, кажется, удастся

Явка на этих выборах ожидается высокой — по французским меркам. В первом туре эксперты надеются увидеть на участках 63% французов, имеющих право голосовать (в 2022-м туда пришли 47,5%). Такой явки на парламентских выборах не было.) с начала двухтысячных.

Чтобы мобилизовать тех, кто категорически не желает создания крайне правого правительства, Макрон уже заявил в интервью, что после победы партии Ле Пен Франции может грозить гражданская война. Крайне правые, объяснил президент, разделяют общество «по их религии и происхождению». Если же победят «крайне левые», добавил он, перспектива примерно та же, поскольку они «оправдывают и поощряют» образование «гетто», состоящих из мигрантов и их потомков, и тем самым способствуют росту крайне правых настроений в другой части общества.

Хотя Макрон и пытается изобразить своих соперников как занимающих схожие позиции, чтобы его коалиция выглядела единственной альтернативой, избиратели видят разницу. Многие из тех, кто не хочет видеть партию Ле Пен в парламенте, скорее всего, проголосуют за левый «Новый народный фронт» (они уже несколько раз за последние две недели организовывали манифестации против крайне правых в разных городах Франции).

В 2017 году партия Марин Ле Пен «Национальное объединение» имела всего восемь мест в парламенте, с тех пор ее влияние сильно выросло. С течением времени развивались одновременно несколько сил, которые поддерживают нынешнюю популярность правой партии, объясняет политолог Тома Геноле. Главные из них — антимагрибская ксенофобия, желание улучшить свою личную экономическую ситуацию, изгнав мигрантов (или тех, кого ошибочно за них принимают), неприятие традиционных политических партий (их считают лживыми и некомпетентными), перечисляет политолог. А в последнее время к этому добавилось и резкое снижение покупательной способности из-за инфляции.

Результаты опросов общественного мнения не позволяют президентской коалиции надеяться на победу и, вероятно, даже на второе место. Опросы, проведенные в дни этой невероятно короткой избирательной кампании (всего две недели перед первым туром), отдают первое место «Национальному объединению» (за него хотят проголосовать 34–36%). Второе должен занять левый блок «Новый народный фронт» (27–29%), и только третье — коалиция «Вместе за Республику» Эмманюэля Макрона (19,5–21,5%).

Это станет тяжелым поражением для Макрона, чьей коалиции предрекают только около сотни депутатских мандатов (однако стоит помнить, что из-за мажоритарной системы и проведения голосования в два тура депутатские кресла в итоге могут быть распределены в других пропорциях).

Если ни один блок не получит большинства, предупреждает социолог Альбер Ожьен, Франция вступит «на совершенно неизвестную территорию с кризисом режима на горизонте».

Избиратели надеются не обеднеть. Все три основные силы обещают этого не допустить — разными способами

В 2024 году французов больше всего волнуют их покупательная способность, ситуация с налогами, проблемы экологии, национальная безопасность, иммиграция и французская международная политика. Именно эти вопросы обсуждали участники предвыборных дебатов первого тура, которые прошли 25 июня. «Национальное объединение» на них представлял Жордан Барделла, «Вместе за Республику» — премьер-министр Габриэль Атталь, «Новый народный фронт» — Манюэль Бомпар.

Барделла пообещал повысить покупательную способность французов и даже сделал эту проблему ключевой в своем выступлении («коронным» вопросом партии обычно считается «борьба с мигрантами»). Политик пообещал немедленное снижение НДС на топливо, электричество и газ с 20% до 5,5%. «Сколько это будет стоить и как вы это профинансируете?» — отреагировал премьер-министр Атталь.

Президентская коалиция называет все экономические инициативы соперников «популистскими», «фантастическими» и «несбыточными». Победив, предупредил избирателей Атталь, эти партии одной рукой снизят НДС, а другой повысят налоги. Атталь напомнил, что сам Макрон за годы президентства снизил общий объем налогов и отменил некоторые из них, а сейчас партия предлагает снизить сумму нотариального сбора на первую покупку недвижимости стоимостью до 250 тысяч евро.

Критикуя оппонентов, премьер также указал на их непоследовательную позицию в области пенсионной реформы. Например, Барделла, который изначально обещал снизить пенсионный возраст с 64 до 60 лет (Макрон повысил его с 62 до 64), в итоге сделал несколько шагов назад, предложив новую запутанную схему.

Еще одно новаторское предложение 28-летнего Барделлы — отмена подоходного налога для лиц моложе 30 лет. «Почему 31-летний рабочий на фабрике должен платить налог, а 29-летний консультант или торговец не должен?» — удивлялся в ответ премьер Атталь.

Экономика определенно не самая сильная сторона ультраправой партии, это доказала и сама Марин Ле Пен, которая во время президентских дебатов с Макроном несколько лет назад давала откровенно наивные ответы, когда речь заходила о подобных вопросах.

Наутро после дебатов представителей партий и коалиций Radio France, со ссылкой на источники в окружении Ле Пен, сообщило, что в случае прихода к власти ее партия «рассматривает возможность» пригласить министра экономики «со стороны». Барделла рассуждает еще более свободно: он заявляет о желании создать «правительство национального единства»: партии явно не хватает собственных специалистов.

Левый Манюэль Бомпар на дебатах предложил повысить минимальную зарплату и вновь вернуть «налог солидарности на богатство», введенный еще правительством социалистов при президенте Франсуа Миттеране в 1982 году. Президент Макрон отменил его в первые же месяцы прихода к власти в 2017-м.

«Новый народный фронт» перед выборами обещает отменить почти десятипроцентное увеличение счетов за электроэнергию, введенное в феврале 2024 года, и плановое повышение цен на газ. Всего на «стимулирующие меры», согласно заявлению Меланшона, левые хотят потратить около 200 миллиардов евро за пять лет. Они обещают французам, что эта инвестиция не только окупится, но и принесет доходы.

И Макрон, и Ле Пен хотят управлять страной без вмешательства друг друга. Но это невозможно

В вопросах безопасности и обороны Франции ключевая роль принадлежит президенту республики, не раз подчеркивал в последние недели Макрон. Президент не собирается уходить в отставку до истечения своих полномочий, хотя ее и требуют Барделла и Ле Пен.

Однако уже очевидно, что победа «Национального объединения» (если она в самом деле случится) так или иначе повлияет на решения Макрона о военной поддержке Украины. Прокремлевская партия Ле Пен, хоть и говорит о «необходимости поддержки» Украины и «осуждает войну», уже пообещала, что запретит поставки дальнобойного оружия Украине и «положит конец» планам Макрона по отправке в страну французских инструкторов.

Макрон в своем письме к французам заявил, что «понял и услышал гнев», направленный на него — в том числе из-за решения распустить парламент. Он пообещал, что его правительство, в случае победы на выборах, «продолжит реформы в сфере труда, реиндустриализацию, инвестиции в государственные услуги без дополнительных налогов и долгов». Президент пообещал также «отстаивать светский характер» государства и сохранить «четкую позицию в отношении Украины».

Кроме того, Макрон в очередной раз пообещал «глубоко изменить форму правления», то есть сделать ее менее персоналистской. «Я надеюсь, что следующее правительство, которое обязательно отразит ваш голос, объединит республиканцев самых разных взглядов, и благодаря своей смелости они сумеют противостоять крайностям», — заявил президент.

Вероятно, Макрон понимает: на этих выборах ему не победить, и после голосования ему придется формировать в правительстве коалицию. За правых «Республиканцев» готовы проголосовать только 5–6% опрошенных, поэтому вести переговоры теоретически возможно только с левыми из «Нового народного фронта» (пока президент называет их не иначе как «крайне левыми»). Сегодня перспектива такой коалиции кажется маловероятной — прежде всего из-за позиции самих левых.

Другой вариант — создание «аполитичного» «правительства технократов», которое возьмет на себя управление страной на год. По истечении этого срока закон позволит провести новые парламентские выборы.

В результате победы крайне правых по итогам второго тура Макрон может выйти из сложного положения еще одним способом: назначить крайне правое правительство, в то время как депутаты его партии и левые будут голосовать против их инициатив. Такого итога, который покажет, что крайне правое правительство ни на что не способно, старается избежать сама партия Ле Пен. Барделла уже заявил, что согласится стать премьер-министром только в том случае, если его партия получит абсолютное большинство.

Федор Белый, Париж