Фиолетово, модно, молодежно

Несмотря на общий крен вправо, в Европарламент по результатам выборов прошла «антипопулистская» партия Volt. Кто такие вольтианцы и почему за них голосует молодежь ЕС?

«У нас нет депутатов от Германии или Нидерландов. У нас есть депутаты от Европы», — гласит поствыборный манифест партии Volt — первой и единственной прошедшей в Европарламент транснациональной европейской партии.

Обычно партии в ЕС создаются в какой-либо одной стране, пытаются избраться в местный парламент и только затем выходят на общеевропейский уровень, присоединяясь к одной из существующих политических сил. Партия Volt пошла по другому пути: сначала сформулировала общеевропейскую повестку и только затем приступила к созданию партийных ячеек в отдельных странах. Так, вольтианцы пытаются подчеркнуть, что Европе нужно больше единства, а интересы всего континента должны быть превыше национальных границ. Отталкиваясь от этого, партия выступает за создание Соединенных Штатов Европы, предлагает прекратить сдерживать поток мигрантов в ЕС и оказать Украине максимально возможную поддержку в войне с Россией. Проведя избирательную кампанию одновременно в 15 странах ЕС, Volt получила пять мандатов депутатов в новом созыве Европарламента, в основном благодаря голосам от молодых европейцев. «Новая-Европа» разбиралась в феномене популярности Volt и в том, почему партию называют «хобби богатых детей».

«Не будь мудаком», «Больше льда», «Власть народу» — такие надписи крупным белым шрифтом на ярком фиолетовом фоне можно было встретить этой весной на агитационных плакатах в большинстве стран ЕС.

Плакаты размещала участвовавшая в выборах в Европарламент партия Volt — одна из самых молодых на континенте и действительно продвигающая довольно смелые идеи. Volt пыталась таким образом апеллировать к европейской молодежи, причем не в какой-то отдельной стране, как подобает традиционным национальным партиям, а по всему ЕС.

Volt — первая крупная партия, которая изначально стала формироваться и бороться за власть сразу на общеевропейском уровне.

Последнюю неделю перед голосованием в Европарламент «вольтерианцы» провели череду встреч с избирателями, главным образом в излюбленных местах молодежи — кафе и барах от Амстердама до кипрской Никосии.

Отчасти их стратегия с яркими лозунгами и ставкой на молодежь сработала: Volt получил пять мест в Европарламенте. Депутатами от «фиолетовой» партии стали совсем молодые по меркам европейской политики люди: 40-летний Кай Тегетхофф и 38-летняя Нила Риль из Германии, а также 28-летняя Анна Строленберг и 34-летний Рейнир ван Лансхот из Нидерландов. Единственным депутатом от Volt, вошедшим в состав парламента повторно, оказался 36-летний немец Дамиан Бёзелагер, стоявший у истоков партии.

После избрания Volt продолжил не совсем типичные для европейских партийных структур действия. Например, предложил сторонникам партии проголосовать, к какой именно фракции Европарламента следует присоединиться. И поступил и правда в соответствии с мнением большинства: так «фиолетовые» стали частью зеленых.

Напряжение в один Вольт

Идея первой транснациональной партии ЕС возникла у ее создателей восемь лет назад. 2016 год был не лучшим временем для еврооптимистов и вообще сторонников глобализации. Германию, годом ранее впустившую более миллиона беженцев, сотрясали антимигрантские протесты. Великобритания, несмотря на предостережения экспертов, вовсе вышла из Евросоюза. В США на президентских выборах победил Дональд Трамп, сделавший ставку на изоляционизм и антиевропейскую риторику. Кроме того, крупнейшие экономики планеты не особо спешили заботиться об экологии и предпринимать меры по сдерживанию изменений климата. Два года спустя это приведет к знаменитой речи экоактивистки Греты Тунберг в ООН.

Европейская молодежь наблюдала за всем этим с тревожными чувствами. Некоторые наиболее амбициозные, в том числе Дамиан Бёзелагер — тогда ему исполнилось 28 — и двое его приятелей, 24-летний Андреа Венцон и 22-летняя Коломб Каэн-Сальвадор, решили не ограничиваться одним наблюдением, а попробовать что-либо изменить. Каждый из них мог рассчитывать на блестящую карьеру в традиционных сферах, например, в бизнесе или юриспруденции. Бёзелагер и Венцон после окончания престижных вузов (Байройтского и Колумбийского университетов, соответственно) работали менеджерами проектов в McKinsey, а Каэн-Сальвадор, стипендиатка Юридической школы Дьюка, была научной сотрудницей Центра правосудия и прав человека Роберта Ф. Кеннеди. Однако они выбрали другой путь.

Встретившись в кафе осенью 2016 года вскоре после подведения итогов американской президентской гонки Бёзелагер, Венцон и Каэн-Сальвадор решили создать принципиально новую партию, чтобы остановить нарастающую волну правого популизма и отстоять свою версию европейского будущего.

«Американские выборы показали, что у руля самой могущественной страны в мире может оказаться абсолютно безумный человек, — вспоминает в интервью “Новой-Европа” Дамиан Бёзелагер. — Для меня и многих моих друзей это был шок. С этим нужно было что-то делать».

Через год у партии уже было название — Volt, буквально означающее единицу измерения электрического напряжения и призванное символизировать энергию участников. Также у нее были сотни сторонников в нескольких странах и программный манифест из пяти пунктов, от модернизации госуправления в ЕС и экономического возрождения до обеспечения высоких стандартов социального равенства. Главной идеей документа и всей деятельности партии стало преобразование Евросоюза из аморфного объединения 27 государств в полноценную федерацию, способную на равных конкурировать с США и Китаем.

К первым в своей истории общеевропейским выборам 2019 года «партия миллениалов», как Volt окрестили в прессе, создала структуры в семи странах, оформленные в соответствии с избирательным законодательством ЕС в виде национальных партий, но в итоге смогла провести в Европарламент одного депутата — Дамиана Бёзелагера. На тех выборах в целом отмечалась высокая явка именно среди европейской молодежи, что помогло зеленым и проевропейским движениям получить больше мандатов, чем у них было до этого.

Избранный в Европарламент вольтианец Бёзелагер присоединился к зеленым, работал в составе Конституционного комитета, комитетов по промышленной политике, бюджету и внутренним делам. При его участии были разработаны законы, связанные с упрощением выдачи виз IT-специалистам, напрямую коснувшиеся многих наших соотечественников. С началом российской агрессии в Украине политик активно выступал за полный отказ Европы от нефти и газа из РФ и голосовал за выделение Киеву финансовой и военной помощи.

Однако главным итогом первого парламентского срока для Volt стало активное развитие партийных структур. К выборам 2024 года «фиолетовые», насчитывавшие уже более 25 000 членов, включая около сотни депутатов различных уровней, выступили сразу в 15 странах. Лишь еще одна партия попыталась вести подобную общеевропейскую кампанию — DiEM25, основанная в 2021 году греческим политиком Янисом Варуфакисом. Но, в отличие от Volt, она не сумела провести в парламент ни одного кандидата.

Депутаты от Европы

Собирательный портрет фракции Volt, влившейся после многочисленных консультаций и упомянутого выше внутрипартийного голосования в общеевропейскую фракцию зеленых, составить сложно.

Компанию аристократу, сыну состоятельного банкира Бёзелагеру составили два соотечественника: инженер, бывший научный сотрудник Брауншвейгского технического университета Кай Тегетхофф и гамбургская учительница Нила Риль, абсолютный новичок в политике. Также во фракцию вошли два представителя Нидерландов — юрист Рейнир ван Лансхот и политолог Анна Строленберг. До начала политической карьеры Лансхот успел поработать в стартапе, предоставляющем юридические услуги, и даже поруководить супермаркетом, а Строленберг была пресс-секретарем голландской НКО, специализирующейся на помощи беженцам. Впрочем, сами депутаты от Volt называют себя европейскими политиками и просят не делать акцент на происхождении.

«Наши депутаты представляют не только родные страны. Они разделяют коллективную европейскую идентичность и единый подход к управлению, который выходит за рамки границ. Это значит, что у нас нет депутатов от Нидерландов или Германии, у нас есть депутаты от Европы»,

— объясняет сопредседатель Volt Europa Мэлс Клабберс.

Создание полноценной европейской федерации — ключевой пункт программы Volt. В партии убеждены, что национальные правительства и партии больше не в состоянии решить проблемы Старого Света. Volt настаивает на том, чтобы ЕС принял общую конституцию, сформировал единое правительство, подотчетное парламенту, и выступал на международной арене единым фронтом, при этом активно привлекая в свои ряды новых членов.

Volt безоговорочно поддерживает выделение Украине всей необходимой экономической и военной помощи для отражения российской агрессии. Зимой 2023 года, в преддверии украинского контрнаступления, когда Германия еще колебалась с поставкой своих танков на фронт, партия требовала немедленно предоставить ВСУ новейшую бронетехнику, чтобы «разгромить российскую армию и тем самым защитить Европу от ее самого опасного соседа».

«Путин — громила, уличный хулиган. Он получает то, что хочет, и остановится лишь тогда, когда его кто-то остановит, — объясняет свою позицию Дамиан Бёзелагер. — Не думаю, что стоит постоянно переживать насчет того, будет ли конфликт между НАТО и Россией или нет. Вопрос в том, позволим ли мы Путину забрать Украину и пойти дальше. Российский режим должен проиграть эту войну и оставить всю территорию Украины».

Несмотря на непримиримую позицию по Украине, на нормализацию отношений с Россией в Volt смотрят со сдержанным оптимизмом.

«С демократической Россией у нас были бы отличные отношения, как чаще всего бывает между демократиями. Думаю, при должных усилиях российским гражданам внутри страны и российской диаспоре под силу вырвать Россию из рук этого безумца», — говорит Бёзелагер.

По мнению вольтианца, европейским властям стоит четко разделять простых россиян, многие из которых были вынуждены переехать в Европу, буквально спасаясь от путинизма, и агрессивный российский режим.

Хук правым

Но главной своей задачей Volt видит борьбу против ультраправых популистских партий и, в частности, против немецкой «Альтернативы для Германии» (AfD). Слоган «Не будь муд…м» (нем. — Sei kein Arschloch) связан в первую очередь с этим противостоянием, в нарочито грубой форме подчеркивая позицию Volt по отношению к оппонентам.

«Идея слогана связана в том числе с 300-летним юбилеем Иммануила Канта, — продолжает Бёзелагер. — Он сформулировал и развил нравственный императив, который, если совсем коротко, можно выразить словами: “Не делай другим того, чего не желаешь для себя”. Мы решили напомнить людям об этом золотом правиле».

Одна из точек конфликта с ультраправыми — миграционная политика. Volt активно выступает за облегчение участи мигрантов, как трудовых, так и вынужденных.

Вместо того чтобы огораживаться от непрекращающегося людского потока, партия предлагает смириться с ним как с неизбежным фактом и, с одной стороны, добиться более справедливого распределения мигрантов по странам — членам ЕС, с другой — помогать всем, кто нуждается в убежище или просто решил начать новую жизнь,

быстрее адаптироваться в Европе, получить образование, работу и влиться в европейское общество.

В экономическом плане Volt — либералы, выступающие за ускоренную интеграцию европейских рынков, инновации и повышение качества управления. Партия настаивает на скорейшем переходе на возобновляемую энергетику, отказе от ископаемого топлива и двигателей внутреннего сгорания. В то же время она подчеркивает важность поддержки высокотехнологичной европейской промышленности. В ответ на масштабные протесты фермеров, охватившие континент минувшей зимой, Volt предложила адресно поддерживать аграриев, развивающих прогрессивные экологические формы хозяйствования, но ни в коем случае не ослаблять законодательство в сфере экологии.

Хобби богатых детей

О том, насколько эти идеи популярны у европейцев, можно судить по результатам партии на июньских выборах, которые оказались лучше, чем в 2019 году, но в несколько раз хуже собственного плана партии, накануне заявлявшей о стремлении провести в Европейский парламент 23 депутата и сформировать собственную фракцию. Некоторые политологи скептически оценивают как электоральные результаты «паневропейцев», так и саму концепцию.

«Партии, подобные Volt и DiEM25, — не более чем хобби богатых детей»,

— считает доцент кафедры политологии Амстердамского свободного университета Андре Крувель. Он полагает, что устойчивые политические структуры должны создаваться на местах и развиваться снизу вверх, а не наоборот.

Политический аналитик Филипе Энрикес, базирующийся в Брюсселе и консультирующий фракцию зеленых в Европарламенте, ту самую, в состав которой вошли депутаты от Volt, убежден, что эксперименты с транснациональными партиями себя исчерпали.

«Эти амбиции противоречат самой сути того, что такое Европа и ЕС. По всему континенту европейская демократия строилась на национальном уровне. DiEM25 и Volt не смогли понять, что региональные различия здесь являются ключом к успеху», — пишет Энрикес в своей колонке на сайте зеленых.

Дамиан Бёзелагер подобную критику отвергает и на будущее своего движения смотрит с уверенностью.

«Не думаю, что идеи Volt себя исчерпали, учитывая, что наше представительство в Европарламенте только что выросло пятикратно. Движение быстро растет, как и потребность в более тесной европейской кооперации»,

— говорит политик.

Однако пока большинство европейских избирателей остаются равнодушными к леволиберальной повестке в целом и к идее более тесной интеграции в частности. С одной стороны, об этом говорит провал на выборах фракций зеленых и «Обновляя Европу», потерявших в общей сложности более 40 голосов. С другой — успех евроскептиков из фракции «Европейские консерваторы и реформисты», получивших 14 дополнительных мест, а также более чем уверенное выступление национальных ультраправых партий, таких как «Альтернатива для Германии» и французское «Национальное объединение».

Благодаря смелой транснациональной предвыборной кампании Volt удалось громко заявить о себе, привлечь внимание, ведь никому не хочется «быть муд…м». Однако вряд ли в ближайшие пять лет у партии хватит сил и упорства противостоять нарастающему тренду на изоляционизм и действительно продвинуться на пути создания Соединенных Штатов Европы.