«Что будет дальше? Счастье? Не знаю»

«Новая-Европа» рассказывает, что сейчас происходит с освобожденными российскими политзеками и что ожидают их родные

Освобожденные российские политические заключенные, которых направили из Анкары в Германию, сейчас находятся в больнице в Кобленце. По данным «Дождя», они могут пробыть там до воскресенья, 4 августа. Те, кто прилетел в США, уже встретились с президентом Джо Байденом и вице-президентом Камалой Харрис.

Сегодня в Бонне Илья Яшин, Владимир Кара-Мурза и Андрей Пивоваров пообещали провести пресс-конференцию, где расскажут о том, что они пережили. «Новая-Европа» рассказывает, что известно о состоянии освобожденных политзеков и что ожидают их родные.

Илья Яшин и соратники Навального

В телеграм-канале политика Илья Яшин уже опубликована его фотография, где он стоит в окружении соратников Алексея Навального — Марии Певчих, Леонида Волкова и Ивана Жданова. На снимке также бывший координатор штаба Навального в Барнауле Вадим Останин, которого тоже освободили в рамках обмена.

«Скоро всё расскажу. А пока просто спасибо всем, кто переживал. Всех вас обнимаю!», — написано в сообщении.

С Яшиным отдельно также выложила фото сама Певчих.

Яшин вместе с другими освобожденными, в частности, с соратниками Навального Лилией Чанышевой, Ксенией Фадеевой и Останиным, сейчас находится в больнице в Кобленце. Им пока нельзя ни с кем контактировать.

Андрей Пивоваров

Оппозиционный политик Андрей Пивоваров должен был уже через месяц освободиться из колонии. И тут его неожиданно обменяли. Он сообщил, что не знал, куда его везут, пока не оказался в самолете. Как заявила в комментарии «Новой-Европа» жена Пивоварова Татьяна Усманова, политик вместе с другими политиками сейчас находится в больнице.

«Сейчас я сама нахожусь в Берлине, скоро отправлюсь в Кельн, а оттуда в военный госпиталь. Полный восторг. Мы с Андреем успели созвониться несколько раз, он был рядом с другими освобожденными в это время», — сказала Усманова.

По ее словам, пока что у Пивоварова и остальных освобожденных нет каких-то четких планов на ближайшее будущее:

«Что будет дальше? Счастье? Не знаю. Они приехали вчера в клинику под утро.

Люди, проведшие годы в жуткой российской тюрьме. Я думаю, что можно их простить за то, что пока никаких четких планов нет», — сказала Усманова «Новой-Европа».

Усманова также опровергла информацию о том, что на ее супруга Андрея Пивоварова было заведено новое уголовное дело в мае.

«Информация о том, что на Андрея было заведено второе уголовное дело в мае — ложь. Безусловно, на него могли завести дело в любой день. Окончание срока в сентябре мы всегда ставили под сомнение, но информация о том, что что-то произошло в мае — это выдумки, которые я не понимаю зачем распространяются», — сообщила правозащитница.

Александра Скочиленко

Девушка Александры Скочиленко Соня рассказала «Бумаге», что она и остальные политзаключенные не знали об обмене до прилета в Анкару. По словам Сони, из Петербурга художницу отправили в московское СИЗО «Лефортово», а затем в аэропорт, не объясняя, что происходит. Скочиленко было страшно. На вопрос, куда всех везут, сопровождавший силовик ответил, что наденет ей на голову мешок, если она не замолчит:

«Им заломали руки и повезли в сторону аэропорта. Они не понимали, это действительно обмен, или их везут расстреливать», — рассказала девушка.

Сейчас художница находится в больнице в Кобленце. С ней также сфотографировалась Певчих.

После разговора с Соней Скочиленко больше на связь не выходила, рассказали ее друзья. С ее родными и близкими также никто не связывался, ничего про ее местонахождение и состояние им не сообщили.

Владимир Кара-Мурза

Кара-Мурза прилетел в Германию и сейчас вместе с остальными политзеками находится в госпитале под Кельном, где проходят обследование.

Администрация Джо Байдена опубликовала видео телефонных разговоров освобожденных политзаключенных с родственниками, они состоялись, когда освобожденные еще летели в самолете в Анкару.

«Я был уверен, что умру в тюрьме. Я не верю в то, что происходит. Мне всё ещё кажется, что я сплю в своей камере в Омске вместо того, чтобы слышать ваш голос. Но я хочу сказать, что вы проделали великолепную работу, спасли так много жизней. Кажется, нас 16 человек в этом самолёте. Мне не кажется, что в мире есть много более важных вещей, чем спасение человеческих жизней», — сказал Кара-Мурза.

Олег Орлов

Жена Олега Орлова правозащитница Татьяна Касаткина призналась «Агентству», что испытывает двойственные ощущения от произошедшего: «С одной стороны, радостно, что он на свободе, а с другой стороны, как теперь дальше жить в чужой стране? Двойственные чувства. Но, конечно, прежде всего рада, что он на свободе».

В «Мемориале» заявили, что очень рады, что часть из российских политзеков оказалась на свободе.

«Однако важно помнить, что в российских местах лишения свободы остаются еще сотни людей, преследуемых по политическим мотивам. Необходимо продолжать поддерживать их и добиваться справедливости», — добавили там.

Орлов сообщил, что, как и другие освобожденные, он прошел медицинское обследование. «Голос у него бодрый, веселый, со здоровьем все в порядке, — рассказала его жена Касаткина. — Но он до сих пор не осознал, что оказался так далеко от России. Олег передавал всем огромный привет и очень благодарил за поддержку, а ещё призвал не забывать о тех, кто остался в неволе».

По ее словам, никто не спрашивал у политзеков согласия на обмен, и когда Орлова увезли из СИЗО, ему ничего не объясняли — лишь когда их посадили в автобус, он все понял. Орлов не просил о помиловании и не подписывал никаких документов.

Гершкович, Курмашева и Уилан

Самолет с журналистами Эваном Гершковичем, Алсу Курмашевой и бывшим морским пехотинцем Полом Уиланом приземлился в США. На базе Эндрюс под Вашингтоном лайнер встречали Джо Байден и Камала Харрис.

Свой первый короткий комментарий у трапа самолета Гершкович посвятил политзаключенным, оставшимся в российских тюрьмах. «Мы не должны забывать о них. Я провел месяцы в тюрьме, где, в основном, каждый, с которым я сидел, политический заключенный. Никто не знает их публично. У них разные политические взгляды. У них не так много поддержки, в отличие от сторонников Навального, о которых, я думаю, знают все сегодня. Сегодня было очень тяжело видеть всех их. Но думаю, что можно было бы сделать что-то о них», — сказал журналист.