Нокдаун под Курском

Почему диктатура не умеет беречь территорий России и ее жителей

«И в каждом пропеллере дышит

Спокойствие наших границ»

Популярная советская песня

Сейчас, когда я это пишу (пятница, девятое августа) украинские войска продолжают удерживать территорию в Курской области. К моменту, когда вы будете это читать, всё может качнуться в любую сторону. Предсказывать не берусь. Как и не берусь оценивать военный аспект происходящего — на то есть люди, понимающие в военном деле. Хочу сказать о психологических и политических причинах и последствиях того, что случилось.

Действия ВСУ говорят не только об их высоком профессионализме, но и о креативности украинского руководства. Они смогли выйти за границы, казалось бы, жестко предопределенных степеней свободы. Кто-то у них сказал: «А почему бы и нет?», и они сделали то, чего никто от них не ожидал, полностью изменив картину войны. Как справедливо заметил президент Зеленский, украинская армия умеет удивлять! После нескольких месяцев вялотекущего кошмара, когда, несмотря на успехи в атаках по НПЗ, аэродромам и кораблям, украинцы медленно отступали, была продемонстрирована непредсказуемость войны. Продемонстрирована и самим украинцам, и их противникам, и их союзникам.

Смелость украинцев была, однако, условием необходимым, но недостаточным: всё сработало лишь потому, что был добавлен менталитет нашего начальства. Развязав войну, уничтожая людей и города, они, по-видимому, совершенно искренне пребывали в самоощущении: «А нас-то за что?» Мы на территории младших братьев может делать что угодно — для их же пользы, конечно. А они на нашей не просто не имеют права, но и не осмелятся. Никогда они не нападут, а потому и о подготовке к обороне думать не надо. А разговоры о необходимости прикрытия границы — это скорее запрос на успешно, надо полагать, украденные деньги для строительства защитных сооружений. Пятнадцать миллиардов рублей, говорят.

Последствия этой акции выходят далеко за рамки чисто военных: это удар по базовым представлениям значительного числа наших сограждан.

Идея осажденной крепости всегда была популярна в России: армия и флот — единственные ее союзники, а англичанка гадит. Большевики довели эту идею до полного абсурда. Границы страны (даже им, кстати, не пришло в голову, что они не заканчиваются нигде) — это то, что отделяет нас, царство добра, от всего остального злого и враждебного мира, а потому границы находятся в постоянной опасности и нуждаются в защите. Пограничник Карацупа и его собака Индус, пионер, нашедший иностранную пуговицу и сигнализировавший органам, как и тысячи других героев, — все отражали постоянные атаки врага. И летели наземь самураи, и не удавалось врагам отнять у нас то, «чего никому не отнять». Какой, кстати, контраст с американскими frontiers — рубежами, с которых осуществлялось дальнейшее продвижение вперед: и реальное, как в период освоения Запада, и метафорическое, при Кеннеди, например.

Впрочем, совсем довести населения до сумасшествия властям всё же не удалось. Да, кругом враги — в это поверили, но несмотря на то, что из каждого утюга кричали: «Европа всегда хотела нас уничтожить», нападения оттуда в последние годы люди не ждали. В девяностые — как раз когда расширялось НАТО, — фокус-группы показывали, что люди не считали западную границу сколько-нибудь опасной; тревогу, и тоже не очень большую, вызывал юг: Китай и исламские страны.

Но что удалось, так это убедить подданных, что границы наши на замке. Мышь не проскочит, не говоря уже о враге.

А оказалось — нет. Злые бандеровцы прошли, как нож сквозь масло. И как в дни мятежа Пригожина внезапно выяснилось что разнообразные росгвардии хорошо воюют лишь с мирными демонстрантами, а против вооруженных бандитов выступать не хотят, так и сейчас оказалось, что пограничники реальной угрозе противостоять не способны (и не их это вина, они для другого предназначены), что грозные чеченские войска в который уже раз разминулись с противником, а то бы, конечно, они бы его разгромили, — но не случилось, а главное, что нападать на чужие страны наши генералы горазды, а защищать свою — нет.

Когда это дойдет до основной массы населения, неизвестно. Хотя дойдет. А вот до элит дошло мгновенно. И это еще один страшный провал вождя, чья легитимность стоит только и исключительно на признании верхних десяти тысяч.

А еще этот провал осознают в мире. Потенциальные противники начинают меньше бояться. Потенциальные союзники — задумываться, а нужен ли им такой партнер?

Значит, Путину надо реагировать. И просто оторвать голову условному Герасимову и по традиции посадить на огромные срока еще сотню оппонентов будет недостаточно.

Первый шаг, конечно, это возврат территорий. Но украинцы — люди бестактные, добром не отдадут. Надо воевать. Но мы ведь знаем, как это делают наши генералы: уничтожая всё живое в «освобождаемых» городах и сравнивая их с землей. То есть вождь должен будет полностью уничтожить несколько населенных пунктов — теперь уже на территории России. Причем, вероятно, и вместе с оставшимися там людьми. А останутся, думаю, многие. Чрезвычайное положение, как и частичную эвакуацию, объявили с опозданием, условия в пунктах временного размещения ужасные, а в компенсацию пообещали аж десять тысяч рублей! Да и люди-то в основном бедные, куда им от своего дома и всего нажитого?

Но если вытеснение украинцев и состоится, но займет много времени (собственно, уже четверо суток прошло), то для восстановления престижа Путина в элитах и его демонического образа в мире этого будет недостаточно. Понадобится что-то еще. Как пахан, теряющий власть, он должен будет совершить что-нибудь особенно страшное и жестокое. Начать еще одну войну, например: с Польшей, с Латвией, с Молдовой? А есть ли силы? Применить ядерное оружие — а он решится, а ему его собственная команда позволит?

Да и с населением проблемы. Они сейчас обращаются к нему за помощью — а к кому еще обращаться? Но это пока не требования, а просьбы. Пока не говорится ему напрямую, что это его безумная политика привела к человеческим трагедиям, к разрушению жизни. Ключевое здесь слово «пока». Всё-таки защищать свою территорию государь обязан. Или он не государь!

Конечно, в его пользу работает та нравственная пропасть, в которую свалилась наша страна. Солидарности нет совсем. Многие думали, что если украинские войска войдут на нашу территорию, то это вызовет патриотическую консолидацию, «дадим отпор грабителям» и так далее — по украинскому образцу. Пока не похоже. Бои под Курском вызывают интерес — это видно по запросам в интернете, но сочувствия к жертвам, выходящего за рамки официальных акций, не наблюдается. Как заметил один z-блогер, замедление YouTube волнует куда больше, чем потеря территории.

Собственно, именно к этой моральной катастрофе Путин ведет Россию уже четверть века. Как раз сегодня двадцать пять лет его прихода к высшей власти — назначения его премьером, а значит, и будущим президентом. Наверное, начальство надеется, что проблемы жителей Курской области для большинства населения будут значить столь же мало, как затопление Орска или бомбежки Белгорода. Посмотрим.

Правда, курский нокдаун породил некоторые проблемы и для нас — моральные. Уже пошли заявления, причем в том числе и от очень достойных людей, что нельзя, мол, радоваться продвижению украинских войск по нашей земле, а уж тем более мечтать об их рывке на Москву, поскольку такой сценарий неизбежно будет сопровождаться гибелью и страданиями мирных людей. Не стоит отмахиваться от этой проблемы: слава, мол, Украине — и закрыли тему. Но что мне кажется необходимым — так это понять, что

между желанием победы Украине, которая, по моему глубокому убеждению, отвечает и интересам России, с одной стороны, и сочувствием несчастьям соотечественников, например, тех, кто пострадал в последние дни в Курской области, с другой, — нет противоречия.

Если вы сохраняете идентификацию со своей страной, то гибель ее жителей, особенно мирных людей, которых подставило под удар свое же государство, никогда не будет для вас просто статистикой, как цифры жертв гражданской войны где-нибудь в Африке. Вы, если у вас есть такая возможность, будете стараться минимизировать жертвы, обустраивая бомбоубежища, например, или работая врачом. Вы, если вы человек известный и влиятельный, в случае масштабного наступления Украины на территории России (лично я считаю такой вариант маловероятным) будете обращаться к украинцам с просьбой предоставлять гуманитарные коридоры, стараться минимизировать число жертв. Вы не будете радоваться несчастьям тех, кто жил с вами на соседних улицах и говорит на одном языке. Но вы не имеет права забывать, кто начал эту войну и чьей победой она должна закончиться. В интересах, в том числе, и своего народа.

Собственно, многие немцы восемьдесят лет назад сталкивались с той же проблемой.