Воздушный поцелуй палачам

Кем на самом деле была легендарная шпионка Мата Хари?

В начале 20-го века Маргарет Гертруда Зелле считалась одной из самых сексуальных женщин Парижа. Ее танцы буквально сводили с ума мужчин, готовых ради ночи с ней на всё. Но в историю танцовщица вошла не как культовая куртизанка, а как шпионка. А ее сценический псевдоним «Мата Хари» стал нарицательным для всех шпионок в будущем. Однако в последнее время всё чаще причастность танцовщицы к шпионажу подвергается сомнению. История самой знаменитой шпионки — в материале «Новой газеты Европа».

Маргарет Гертруда Зелле родилась 7 августа 1876 года в Леувердене (Нидерланды). Ее отец, Адам Зелле, был владельцем шляпного магазина. Бизнес не приносил больших денег, но позволял содержать семью, в которой было четверо детей. Маргарет была единственной девочкой, а потому росла избалованной вниманием братьев, которые считали своим долгом защищать сестренку.

Через пять лет после рождения дочери Адам Зелле вложил свои сбережения в сомнительное (по тем временам) предприятие по переработке сырой нефти. И не прогадал: нефтеперерабатывающая отрасль развивалась столь стремительно, что уже через пару лет инвестиции стали приносить очень приличный доход. А потому Адам смог устроить детей в самые престижные учебные заведения.

Как позже выяснили исследователи жизни легендарной шпионки, Маргарет с детства отличалась невероятной красотой и экстравагантными поступками. В частности, могла появиться в школе в вызывающем платье, да еще и без корсета. Или на уроках по литературе могла процитировать фривольные отрывки из произведений Ги де Мопассана.

Однако все эти выходки не мешали девушке получать неплохое образование. Кроме родного языка, она знала немецкий, французский и английский. Активно участвовала в постановках школьного театра. Неплохо разбиралась в искусстве, интересовалась историей и географией. Особенно ее привлекали голландские колонии в Индийском океане. Об английской Индии в те времена ходило множество слухов, у Нидерландов в Индонезийском регионе тоже были свои колонии. Маргарет мечтала там побывать с детства.

В 1889 году отец будущей шпионки влез в сомнительную биржевую операцию и в одночасье стал банкротом. В семье начались скандалы, и родители вскоре развелись. Маргарет вынуждена была перейти в гораздо менее престижную школу. А после смерти матери в 1891 году отец вообще отправил дочь на содержание ее крестному отцу в город Снек.

После окончания школы Маргарет поступила в училище для учителей дошкольного воспитания в Лейдене. И почти сразу завела интрижку с директором училища. Крестный, узнав об этом, тут же забрал Маргарет и запер дома. Но через пару месяцев та заявила, что сидеть взаперти не намерена, и отправилась к своему дяде в Гаагу. Там она поучилась на нескольких курсах, но профессии так и не приобрела. Да и обстановка в доме дяди была очень строгой. Единственным выходом из этой ситуации было замужество.

Маргарет начала регулярно просматривать газеты с брачными объявлениями. Весной 1895 года она наткнулась на объявление: капитан колониального корпуса, размещенного в Ост-Индии (нынешняя Индонезия), ищет себе спутницу жизни. Он был старше Маргарет на 20 лет, но девушку это не остановило. Очень уж хотелось вырваться из-под постоянной опеки. Она написала капитану, они встретились и потенциальный жених был очарован юной красоткой. 11 июля 1895 года был заключен брак между Маргарет и Рудольфом Мак-Леодом, подданным Нидерландов шотландского происхождения.

Через несколько месяцев капитан Мак-Леод вместе с женой вернулся к месту службы на остров Ява. В 1897 году у них родился сын, еще через год — дочь. Однако семейная жизнь оказалась еще более невыносимой, чем опека родственников.

Рудольф, особенно в подпитии, ревновал красавицу жену к каждому столбу. Запрещал ей носить роскошные платья, редко позволял выходить одной на улицу. В то же время он почти открыто содержал любовницу.

В конце концов Маргарет не выдержала и сбежала от мужа к его сослуживцу ван Редесу. А чуть позже поступила в местную танцевальную школу и увлеклась индонезийскими танцами. Причем всего за несколько месяцев достигла там успехов, которые признавали и индонезийские танцовщицы. Там она и выбрала себе псевдоним «Мата Хари». В переводе с малайского (который Маргарет успела изучить) это означало «глаз дня» или «солнце».

Ее муж, осознав, что теряет, через несколько месяцев стал добиваться возвращения Маргарет в семью, пообещав, что больше не будет ограничивать жену в свободном перемещении по острову и нарядах, которые ей нравятся. Та вернулась, но продолжала занятия в танцевальной школе. А в 1899 году умер их сын, и налаженный мир опять разладился. Но Маргарет из семьи больше не уходила. Скорее всего, потому, что на горизонте не наблюдалось никого, кто мог бы взять ее на содержание. А вернуться в Европу она не могла из-за отсутствия денег.

После окончания контракта Рудольфа в 1903 году и возвращения семьи в Голландию Маргарет тут же потребовала развода. Рудольф с легкостью согласился и отсудил у нее дочь, а значит, и отказал в содержании бывшей жене. Маргарет недолго погоревала и уехала в Париж. Когда ее позже спрашивали, почему она выбрала именно этот город, она отвечала: «Не знаю, но я думаю, что всех жен, сбежавших от мужей, тянет в Париж».

Сперва она попробовала себя в роли натурщицы. Но тут дело не сложилось. По мнению самой Маргарет, из-за того, что у нее была маленькая грудь. Но ей удалось устроиться в цирк, где она выступала в амплуа экзотической наездницы под именем «леди Греша Мак-Леод». Ее номер перемежался скачками и танцами.

По воспоминаниям современников, Мата Хари не совсем укладывалась в эталоны красоты, существовавшие в то время, но обладала просто сногсшибательной пластикой. Теперь это помогало ей заводить богатых любовников. Одним из них оказался промышленник и меценат Эмиль Гиме. Он любил театр и балет, часто посещал заведения. Однажды любовница станцевала для него индонезийский танец — и Гиме сразу понял, что встретил настоящий талант; хотя для того чтобы быть танцовщицей, по тогдашним критериям Маргарет была «старовата» — ей исполнилось 27 лет. Но Эмиль Гиме убедил любовницу станцевать на закрытом аукционе в частном музее.

Выступление состоялось 13 марта 1905 года и произвело фурор. Вот как газета «La Vie Parisienne» («Парижская жизнь») комментировала это событие:

«Эти абсолютно подлинные брахманские танцы мадам Мата Хари выучила на Яве у лучших жриц Индии. К нашей большой радости и к наслаждению для глаз Мата Хари станцевала для нас танцы принцессы и волшебного цветка, призыва Шивы и танец Субрамайен. На ней очень упрощенное одеяние баядеры; в конце, как апогей простоты, она стоит перед Шивой гордо и без покрывала, лишь в трико телесного света, скрывающем наготу. Чтобы умилосердить бога, она представляет себя ему. Это очень впечатляюще, очень смело и очень целомудренно. Мата Хари — голландка, шотландка и яванка одновременно. От северных рас у нее высокий рост, сильное тело, а на Яве, где она выросла, она приобрела гибкость пантеры, движения змеи. Добавьте ко всему этому огонь, зажженный Востоком в глазах его дочери, тогда вы получите представление о новой звезде, которая зажглась вчера вечером над Парижем».

С того вечера Мата Хари (настоящее имя было окончательно забыто) стала знаменитостью. За 1905 год она выступала в общей сложности сорок раз. Ее подмостками сперва были фешенебельные салоны, затем театры Парижа. Однажды она выступала вместе со знаменитой в те времена певицей-сопрано Линой Кавальери и исполнительницей древнегреческих танцев Айседорой Дункан (жена Сергея Есенина в 1922–1924 годах).

О ней писали все европейские, а потом и американские газеты. Ее имя появлялось на пачках сигарет, почтовых открытках, шоколадных конфетах и коробках печенья. Мата Хари стала получать огромные гонорары, отчисления за рекламу, поклонники забрасывали ее драгоценностями. Но деньги у танцовщицы не задерживались: она была не только транжирой, но и страстным игроком. А вот ее отец вовремя подсуетился и издал книгу «История жизни моей дочери и мои возражения ее бывшему супругу». Книга стала бестселлером и принесла отцу танцовщицы солидные деньги.

Концертные номера Мата Хари были весьма откровенны, тем и привлекали. К тому же — загадочная восточная экзотика. За несколько последующих лет Мата Хари побывала в театрах не только Франции, но и Италии, Испании, Голландии, Австрии, Германии, где в 1906 году познакомилась с лейтенантом Альфредом Кипертом. Он отвез танцовщицу в Силезию, где в то время проходили военные маневры. Там Мата Хари была арестована немецкой контрразведкой. Ее заподозрили в связях с русской разведкой, так как одним из ее постоянных любовников в то время был сын русского адмирала Вадим Маслов.

Когда именно и кем из немецких разведчиков была завербована Мата Хари, так до сих пор и неизвестно. Немецкие документы времен Первой мировой войны были уничтожены самими немцами во время революции в 1918 году. А архив «Сюрте» (французская служба безопасности) и полицейский архив были уничтожены французами в 1940 году, когда немцы подходили к Парижу. Известно лишь то, что ей был присвоен номер Н-21, которым и подписывались донесения, составляемые шпионкой.

— Несмотря на то, что большинство документов, касающихся Маты Хари, были уничтожены, кое-что всё-таки осталось, — рассказал «Новой-Европа» историк Ицхак Казински. — В частности, архив Парижского суда уцелел почти полностью. Впрочем, особых подробностей там нет, потому что

в те времена еще не было принято вести стенографию судебных заседаний, где фиксируется каждое слово. В судебных документах имеются лишь отсылки к неким документам «Сюрте» и французской полиции, которые до нас не дошли.

Но даже по этим косвенным признакам можно понять, что пик деятельности Маты Хари как немецкой шпионки приходится на 1914–1915 годы.

Вплоть до начала Первой мировой войны Мата Хари постоянно перемещается по Европе. Но основной ее маршрут — Париж–Берлин и обратно. Начало войны танцовщица встретила в Берлине, откуда ее, как ни странно, довольно долго не выпускали. Позже Мата Хари будет утверждать, что всё то время ее «колола» немецкая контрразведка, подозревая в шпионаже в пользу России и Франции. Но в конце концов ее отпускают в нейтральную Голландию. Оттуда через некоторое время Мата Хари через Испанию возвращается в Париж.

К моменту возвращения танцовщицы во Францию, в конце 1915 года, там разразились несколько шпионских скандалов. А потому почти все иностранцы были взяты под плотное наблюдение. Ну а Мата Хари, которая приехала из Германии, привлекла самое пристальное внимание.

Свои сообщения шпионка отправляла через резидентуру немецкой разведки в Испании. Как подданная нейтральной Голландии Мата Хари имела возможность перемещаться по воюющей Европе. А за ней неотступно следовали агенты французских спецслужб, которые и зафиксировали несколько подозрительных контактов танцовщицы с немецкими подданными.

Видимо, Мата Хари почувствовала слежку или ей кто-то подсказал. Так или иначе, она решила сделать ход конем. Сама пришла во французскую разведку и предложила им свои услуги в качестве агента, с порога заявив, что хотя никогда и не работала на какую-то разведку, но готова попробовать. После недолгих раздумий французы послали Мату Хари в начале 1917 года с незначительным поручением в Мадрид. А через некоторое время после приезда в Испанию танцовщицы французская разведка перехватила радиограмму немецкого резидента в Испании. В этом сообщении говорилось, что агент Н-21 перевербован французской разведкой, но готов продолжать работу на Германию. По некоторым данным, этот перехват был организован самими немцами, чтобы отвлечь внимание французской разведки от серьезных агентов. 13 февраля 1917 года по возвращению в Париж Мата Хари была арестована французской разведкой и обвинена в шпионаже в пользу противника в военное время.

— Следствие по делу танцовщицы-шпионки длилось несколько месяцев, что для того времени довольно редкое явление, — считает Казински. — Но и французов можно понять:

одно только перечисление французских любовников Мата Хари (если бы этот список был обнародован) могло вызвать массу скандалов и отставок в самых высоких политических кругах Франции.

И именно по этой причине процесс над Матой Хари, сперва обещавший быть громким и публичным, проходил за закрытыми дверями.

Судебное разбирательство началось 24 июля 1917 года. Обвиняемая наотрез отказалась признать себя шпионкой. «Проститутка — да, предательница — нет!» Но государственный обвинитель Андре Морне патетически заявил:

— Вред, нанесенный этой женщиной, неописуем. Она — величайшая шпионка нашего времени.

В то же время известный английский контрразведчик начала ХХ века Орест Пинто в своей книге «Охотник за шпионами» написал следующее:

«Я не женоненавистник, но считаю, что, кроме «фрейлейн Доктор», не было женщины-шпионки или женщины-охотника за шпионами, которая могла бы сравниться с выдающимся шпионом-мужчиной. Мата Хари, безусловно, завоевала громкую славу. В глазах публики она стала олицетворением очаровательной женщины-шпионки. Но Мата Хари была глупым экспансивным созданием. Если бы ее не казнили, она не прослыла бы мученицей и никто бы даже не слышал о ней».

Как бы там ни было, но через день после начала судебных слушаний суд вынес Мата Хари смертный приговор за «шпионаж в пользу Германии, приведший к разгрому нескольких французских дивизий». Осужденная подала апелляцию, которая была отклонена. Также было отклонено и прошение о помиловании на имя президента Пуанкаре.

Утром 15 октября 1917 года Мата Хари надела свое лучшее платье и вышла во двор крепости Венсен в Париже. Она отказалась надевать повязку на глаза и с гордо поднятой головой смотрела на 11 солдат, готовившихся к расстрелу. После того как ружья были нацелены на нее, она послала палачам воздушный поцелуй. Прогремел залп 10 ружей (один молоденький солдат упал в обморок), затем офицер, командовавший казнью, подошел к упавшему телу и сделал контрольный выстрел в левый висок. Так родилась легенда.

Тело Маты Хари не было востребовано никем из ее родственников, поэтому было передано в анатомический театр. Ее голова была забальзамирована и сохранена в Музее анатомии в Париже. Однако в 2000 году обнаружилось, что голова исчезла; по мнению специалистов, пропажа могла произойти еще в 1954 году при переезде музея. Отчеты, датированные 1918 годом, показывают, что музей получил также остальные части тела Маты Хари, но данных об их точном местонахождении не сохранилось.