Original Material
«Сейчас все боятся, что головы полетят»: почему власти оказались не готовы к наступлению ВСУ в Курской области
Украинские войска смогли прорваться благодаря просчетам российского командования, коррупции и отсутствию обороны
Российское командование не рассчитывало на наступление украинских военных в Курской области — оно оказалось совершенно не готово к вторжению в этот регион, рассказали источники «Вёрстки» в вооружённых силах РФ, российском правительстве, а также на региональном и муниципальном уровнях власти Курской области.
Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал
Именно поэтому на границе не было подготовленных подразделений личного состава, что и привело к массовой сдаче в плен солдат-срочников и пограничников. Местные власти также не рассчитывали на вторжение, поэтому не реализовали все необходимые мероприятия по подготовке оборонительных сооружений. В правительстве опасаются: когда ситуация разрешится, курским чиновникам и ответственным в Минобороны могут грозить уголовные дела.
«Никто не готовился к вторжению»
Прорыв ВСУ в Курской области стал крупнейшим вторжением иностранных войск в Россию со времён Второй мировой. Украинским властям 15 августа даже удалось создать на занятых территориях российского региона военную комендатуру (то есть фактически они установили там свою власть). По словам главнокомандующего ВСУ Александра Сырского, к 15 августа глубина проникновения украинских ВС на российскую территорию достигала 35 километров (позже он заявил о продвижении ещё на 1 – 3 км). По данным украинской стороны, захвачено 92 населённых пункта.
Российская сторона данных о захваченных территориях не предоставляет. Однако 12 августа врио губернатора области Алексей Смирнов на совещании у президента случайно проговорился о 28 занятых ВСУ сёлах (Владимир Путин после этого прервал его и выразил недовольство, заявив, что об этом должны докладывать военные). Смирнов также упоминал о том, что у властей нет данных о судьбе порядка 2000 жителей этих территорий.
Чиновник, близкий к руководству Курской области, рассказал «Вёрстке», что дежурные мероприятия по обороне в регионе проводились почти с начала войны, но «по факту никто не готовился к вторжению». «То есть что будут какие-то отдельные ДРГ [диверсионно-разведывательные группы] на границах — да. Но то, что произошло, оказалось неожиданностью. По линии военных ничего не сообщали, первые сутки царил полный пиздец», — сказал он.
По разным оценкам, в Курскую область вошли порядка 6 – 12 тысяч военнослужащих ВСУ. Первые сутки после вторжения прокремлёвским блогерам и СМИ была дана команда подсветить «нелепость атаки», писала «Вёрстка». Но на деле ВСУ удалось добиться того, чтобы Россия отвела часть войск из Украины и бросила их на российские территории. Судя по всему, речь идёт о харьковском направлении.
«Экспорт военных действий на территорию России катастрофичен», — заявил собеседник «Вёрстки» в правительстве. Он считает, что отказываться от позиций на украинских территориях «ни за что не будут», но при этом людей «объективно не хватает».
Отчасти о проблемах российского командования, приведших к прорыву ВСУ, говорил министр обороны России Андрей Белоусов. По его приказу был создан Координационный совет по вопросам безопасности Белгородской, Брянской и Курской областей. Комментируя будущую деятельность совета, Белоусов потребовал, чтобы в рамках совета вопросы решались «без проволочек», а информация с мест докладывалась «оперативно и правдиво».
Глава Минобороны не зря обратил внимание на сроки передачи информации, рассказал «Вёрстке» чиновник правительства. «В Кремле историей с Курском очень недовольны. Вовремя о том, что грозит вход противника, не докладывалось, поэтому сейчас все на ушах и перекладывают ответственность друг на друга — военные на разведку, курские на военных», — рассказал он.
По словам источника, «сейчас все боятся, что головы полетят и уголовки будут, но это будет, конечно, позже». Вторжение, отметил он, застало врасплох как Минобороны, так и «курских». Под этой формулировкой он имеет в виду не только действующую администрацию Смирнова, который возглавил регион только в мае, но и команду экс-губернатора Романа Старовойта. После инаугурации президента он получил повышение и перешёл на должность министра транспорта.
Как писал Bloomberg со ссылкой на три анонимных источника, близких к Кремлю и Минобороны РФ, вхождение ВСУ в регион практически без сопротивления выявило недостаток оборонительных резервов армии России. Вооружённые силы, по словам собеседников издания, не получают достаточного пополнения за счет контрактников (к примеру, рост их числа в Москве, по данным «Вёрстки», начался только в начале августа за счёт увеличения выплат добровольцам «СВО»). Собеседники Bloomberg даже высказали предположения о необходимости новой волны мобилизации. Один из источников отметил, что приказ о мобилизации может быть отдан уже в конце 2024 года.
Собеседник «Вёрстки» в российском правительстве утверждает, что пока о таком решении ему неизвестно, а военные ведомства надеются обойтись своими силами, хотя в Генштабе и Минобороны «давно поднимали этот вопрос [о новой мобилизации]».
Почему наступление ВСУ оказалось успешным
Почти сразу после прорыва границы ВСУ вышли на западную окраину курского города Суджа, рассказал «Вёрстке» военный, участвующий в обороне Курской области. По данным WSJ, чтобы пройти линию обороны региона, украинским военным понадобилось всего три выстрела.
«Сработал элемент неожиданности. Мы вошли очень легко, практически без сопротивления. В ночь на 6 августа границу пересекли первые группы, и было несколько направлений», — рассказывал BBC один из украинских военных, участвующих в операции в России.
КТО КОНТРОЛИРУЕТ СУДЖУ?
Развернуть↓С 14 августа Суджа полностью пропала из сводок Минобороны России, что говорит о том, что войска от неё, по всей вероятности, отступили уже тогда. Российская сторона продолжала отрицать захват Суджи и после 14 августа. Например, заместитель начальника Главного военно-политического управления ВС России, командир спецназа «Ахмат» Апти Алаудинов 15 августа уверял, что «в Судже до сих пор остаются ещё наши формирования, то есть враг не контролирует Суджу на все 100%».
16 августа ВСУ допустили в город иностранных журналистов. Они зафиксировали как тот факт, что город под контролем ВСУ, так и то, что в городе остаются местные жители. Они делают укрытия в подвалах, пишут на заборах предупреждения о том, что «здесь живые люди».
Население Суджи — порядка 5 000 человек. Это наиболее крупный город, захваченный ВСУ. На двух дорогах, ведущих от Суджи — в сторону Курска и в сторону города Льгов, — продолжаются бои. В первом случае бои продолжаются у села Мартыновка, во втором — у села Сафоновка. Город важен ещё и тем, что рядом с ним находится газоизмерительная станция (ГИС) «Суджа». По участку трубопровода, проходящему через него, российский газ транзитом через Украину до сих пор поставляется в Европу.
Оборонительные линии были прорваны легко, потому что действующей боеспособной армии там не было: отсюда и большое количество взятых в плен срочников и пограничников, рассказал «Вёрстке» волонтёр, по собственной инициативе развозящий гуманитарную помощь в горячие точки: ему удалось пообщаться с людьми, покинувшими свои дома.
«Украинцы сразу продвинулись по нескольким направлениям, потому и первые бои были скорее локализованы. Даже официально признавали, что линии фронта нет. Под ударом многие старики, их же, как кстати, и в ДНР и ЛНР, не уговоришь дома покинуть. У некоторых на попечении внуки», — рассказал он.
Ставка Минобороны в тот момент была сделана на наступление, в том числе в Сумской области, рассказал «Вёрстке» военный, участвующий в обороне Курской области. Предполагалось, что если ВСУ и атакуют российские регионы, то атаки будут продолжаться по сценарию Белгородской области — то есть дальнобойным оружием, дронами и ракетами, а не личным составом, продолжает он.
«На территории, на которой давно идут бои, например, на харьковском направлении, вокруг Авдеевки, Часова Яра, строятся инженерно-фортификационные сооружения. Грубо говоря, есть возвышение (например, вышка или высокое здание), с неё будет корректироваться огонь, — рассказывает ещё один волонтёр, работавший в первые дни прорыва в приграничных регионах Курской областиi. — Вокруг строятся укрытия, бетонированные окопы. Продвигаться пешим ходом через такие сооружения быстро невозможно. Так вот в Курской области вдоль границы с Украиной ничего подобного не было вообще. Просто землянки, из которых сбежал „Ахмат“, оставив срочников». По словам собеседника «Вёрстки», местность на границе региона была недостаточно заминирована, что позволило ВСУ беспрепятственно войти в Курскую область.
Собеседник «Вёрстки» в правительстве Курской области указал, что «заминировать всю границу уже невозможно». «Во-первых, там населённые пункты очень близко к границе. Слободка-Ивановка 2 км от границы, Тёткино, Гордеевка, Успеновка и Викторовка, — перечисляет он. — Это и люди, которые там ходят, и коровы пасутся».
Минировать дороги, по его словам, тоже было невозможно (ВСУ зашли в Курскую область через многосторонний автомобильный пункт пропуска «Суджа). «Да, дорогой пользуются. Дорогу минируют только в одном случае — если точно уверены, что по ней пойдут», — резюмирует он.
Уверенности у Генштаба и Минобороны по поводу атаки ВСУ по Курской области «по-видимому, не было», добавляет он.
Собеседник в правительстве Курской области, который работал уже в то время знает, что Старовойт просил Минобороны о выделении дополнительных резервов личного состава в 2022 году. «Мы все тогда буквально кричали об этом, СМИ открыто писали», — утверждает он. Первые такие сообщения были с начала войны, например, газета «Коммерсантъ» писала со ссылкой на Старовойта: «Мы видим сообщения о хлопках, о работе авиации, в приграничных районах люди слышат взрывы, но это работает наша армия на сопредельной территории. С учетом складывающейся обстановки в приграничных районах Курской области по поручению министра обороны были приняты дополнительные меры и в регион направлено большое количество личного состава. К нам уже прибыло и пребывает дополнительное вооружение в виде артиллерийских и ракетных установок. Все направлено для того, чтобы обеспечить безопасность и здоровье жителей региона».
По словам собеседника «Вёрстки», «со временем это сошло на нет»: «Причина в том, что людей не хватало, всех, кого могли, отправляли на штурмы, за ленточку. Приграничных регионов несколько». Собеседник считает, что проблема уперлась в разведку, которая не доложила о готовящемся вторжении: «Или не донесла до высшего руководства, тут не знаю». По его словам, об этом военный комиссар Владимир Родионов и другие чиновники Минобороны перед региональными властями не отчитывались.
Недостаточно «ежей» и «зубов дракона»
Военный эксперт, пожелавший остаться анонимным, пояснил «Вёрстке», что при сооружении инженерно-фортификационные сооружений проводится рекогносцировка (разведка местности), которая учитывает и особенности ландшафта, и потенциальную опасность нападения.
«Не может быть, чтобы вся граница у вас была как поле, всю границу обычно и не надо закрывать, — отметил он. — Условно говоря, противник не пойдёт по горам или через бурелом — это даже на танках сделать проблематично».
При строительстве укреплений «берется в расчёт местность, где это потенциально возможно — ровные поля, подъезды, мосты, дороги». Там, по словам эксперта, ставятся противотанковые сооружения («ежи»), бетонные блоки, надолбы (бетонные кубы, тетраэдры, «зубы дракона») и так далее. «Вопрос сейчас в том, почему этих сооружений было недостаточно, и главное — где деньги, которые на фортификационные сооружения выделялись», — задаётся вопросом он.
Информацию о недостатке качественных оборонительных сооружений подтвердил и источник, знакомый с деятельностью курских администраций, подвергшихся атаке. В регионе Минобороны ставили «пики эти», но «недостаточно», возмутился он в разговоре с «Вёрсткой».
Строительством укреплений в Курской области занималась и региональная власть, и Минобороны, и ФСБ, говорит эксперт. Старовойт в своём Telegram-канале (сейчас он передал его Смирнову) отчитывался об окончании работ по комплектованию и строительству двух усиленных линий обороны Курской области ещё осенью 2022 года. Он писал также, что к 5 ноября будет готова третья линия, но её, судя по всему, не построили.
OSINT-аналитик Брэди Африк составил карту российских фортификационных сооружений по спутниковым снимкам. Он отметил в Кореневском и Суджанском районах Курской области лишь две линии обороны — вдоль самой границы и в 5 – 10 км от неё. После этого прежний губернатор упоминал линии обороны ещё несколько раз: он писал об их проверке и строительстве. О проведении работ с фортификационными сооружениями говорилось также в апреле 2023 года.
Telegram-канал «ВЧК-ОГПУ» в середине августа писал, что «Старовойт сильно взволнован, напряжен и буквально не находит себе места» из-за ситуации в Курской области. Дело в том, что в 2022 году, когда он ещё возглавлял её, на строительство оборонительных сооружений в регионе было истрачено порядка 16 млрд руб.
«Решение о строительстве принималось на совещании оперштаба под руководством губернатора Старовойта. Заказчик (ОКУ „Управление капстроительства Курской области“) и генподрядчик (АО „Корпорация развития Курской области“) были вполне понятны и полностью находились под контролем Старовойта и его приближенных. В итоге работы, которые должны были завершиться к середине 2023 года, конечно, не доделали до сего дня, зато бюджет попилили исправно», — пишет канал.
В конце года в дело вмешалась местная прокуратура с иском о взыскании с подрядчиков работ более чем 2 млрд рублей, но дело «замяли»: до суда оно не дошло, пишет ВЧК-ОГПУ.
О возможной коррупции при строительстве линий обороны писала и «Вёрстка». В Курской области на граничащих с Украиной территориях, вероятно, не были построены необходимые укрепления, на которые власти выделили более 3 млрд рублей. В 2023 году управление капитального строительства Курской области заключило два контракта на строительство фортификационных сооружений на 3,2 млрд рублей со сроком исполнения работ до 5 июля прошлого года.
При этом со строителями компании подрядчика отказались заключать договоры, принуждая их оформить самозанятость, чтобы платить меньше налогов, однако в какой-то момент рабочим перестали платить вовсе. Это и стало основанием для уголовного дела, суд встал на сторону строителей. При этом из решений суда следует, что рабочие строили укрепления в 100 километрах западнее места, где 6 августа прорвались силы ВСУ.
По мнению военного эксперта, в Курской области укрепления в итоге оказалось хуже, чем в Белгородской. Там, как писала «Вёрстка» в декабре 2022 года, линию «зубов», которую прозвали «линией Вагнера», на самом деле строили не структуры Евгения Пригожина, а региональные власти. «Но главное, из-за обстрелов и диверсионных групп там были готовы реагировать. Вероятно, Курская область была выбрана именно потому, что линия обороны там была наиболее слабая», — допускает эксперт.
При этом причиной прорыва ВСУ в регионе стала не только нехватка укреплений. «Невозможно поставить такое сооружение, которое исключит возможность доступа. Есть же саперы, инженерная техника. То есть ещё раз: без бойцов, готовых встретить противника, всё это бесполезно. Оно видно и по видеокадрам прорыва. „Зубы дракона“ есть, взрывы от мин есть, техника всё это преодолевает и спокойно заходит», — утверждает военный эксперт.
Он допускает также, что военные, которые охраняли пункты пропуска в области, не были достаточным образом информированы о возможности прохода через границу. «На КПП и МАППах не инструктировали о возможных военных действиях. Люди живут в другой повестке, думают, что у нас наступление [на украинские территории]. Все эти военные и прочие ребята, которые к этому близки, не находятся в верной повестке», — допускает он.
Как сейчас устроено взаимодействие военных и руководства региона
Сейчас военные в Курской области фактически отодвинули гражданскую администрацию от оборонных вопросов, говорит собеседник «Вёрстки» в правительстве региона и отмечает, что федеральные власти «спрашивают при этом с нас наравне». На губернаторе и федеральном Координационном совете лежит задача по эвакуации, организации ПВР и так далее, пояснил он. «Военные не дают полной информации о боях и планах, что затрудняет вывоз людей с территории», — жалуется источник.
И военные, и силовики не допускали гражданские власти к информации о приграничной ситуации, подтверждает собеседник, знакомый с деятельностью муниципальных администраций в области. При этом курские власти в силу своей специфики (в отличие от властей оккупированных территорий, среди высшего руководства этого субъекта очень много местных, которые хорошо знают районы) «часто понимали расклад лучше, чем военные», говорит он.
Военные на местах, как и другие силовики (МВД, МЧС, ФСБ и др.) в российской системе власти подчиняются федеральному ведомству. При этом о своей деятельности они докладывают правительству региона. Власти регионов, в том числе приграничных, регулярно проводят совещания с военными комиссариатами на местах.
Порядок взаимодействия военных властей и гражданских администраций прописан в законе достаточно общо, говорит политюрист, пожелавший остаться анонимным. «С учётом оперативной обстановки управленческие схемы могут варьироваться и меняться. На практике действует принцип „inter arma silent leges“ — „среди оружия законы молчат“. На территории, находящейся в боевой обстановке, всей полнотой власти обладают люди в погонах, обычная жизнь, не затронутая этими событиями, как и прежде, находится в ведении гражданских властей», — резюмирует он.
В Курской области сейчас действует режим контртеррористической операции (КТО), который не подразумевает передачу всей власти военным. «В Курске сейчас такого [двоевластия] нет: нам сказано „вы занимаетесь своим, мы своим“. Координационной совет же пока призван решать именно гражданские вопросы: переброску беженцев, ПВРы, организацию детей в школах, документов, лечения и так далее», — пояснил «Вёрстке» источник в правительстве региона.
По его словам, нельзя исключать полной передачи власти в регионе военным. Это может произойти, если Украине хватит ресурсов всерьёз закрепиться в области, в таком случае, считает собеседник «Вёрстки», военное положение в регионе неизбежно.
Обложка: Дмитрий Осинников
Поддержать «Вёрстку» можно из любой страны мира — это всё ещё безопасно и очень важно. Нам очень нужна ваша поддержка сейчас. Как нам помочь →