Грязь в лицо королевы

Как во время наводнения в Валенсии испанцы, украинцы и россияне поняли, что могут рассчитывать только на себя. Репортаж Ирины Кравцовой

29 октября в окрестностях Валенсии прошли экстремальные дожди: всего за восемь часов в регионе выпала годовая норма осадков. В результате сильнейшего наводнения погибли по меньшей мере 217 человек. Десятки людей по сей день числятся пропавшими без вести. Жители Испании обвиняют власти в том, что те опоздали с уведомлением о катастрофе на четыре часа — лишив сотни человек возможности спастись. А еще в том, что чиновники вместо того, чтобы помогать людям, заботились лишь о своих рейтингах, фактически бросив их один на один с последствиями наводнения.

Спецкор «Новой-Европа» Ирина Кравцова отправилась в пострадавшие города, чтобы узнать, как испанцы, бежавшие от войны украинцы и россияне вместе пережили эту катастрофу.

«Te amo»

Вечером 29 октября фармацевтка Сильвия из Бенетусера (муниципалитета, расположенного в получасе езды к югу от Валенсии) была на работе. Миниатюрная молодая девушка с темными кудрявыми волосами стояла за кассой и ждала окончания рабочего дня. Около семи часов вечера, когда на улице уже стемнело, она заметила, как за стеклянными дверями ее аптеки побежали стремительные потоки воды, хотя дождя в тот день не было. Девушка решила переждать. Но вскоре и в аптеке, и вообще на всей улице пропал свет. Она попыталась дозвониться семье, но звонок не проходил — мобильная связь тоже исчезла. Тогда Сильвия сняла белый халат, надела рюкзак и вышла на улицу, рассчитывая как-то добраться до дома. Там ее ждал девятимесячный сын.

Она сделала шаг за порог и ощутила, что джинсы намокли по колено. Сильвия пошла, но вода прибывала так быстро, что уже через несколько шагов она перестала чувствовать землю под ногами. Ее захватило течение. В этой плотной глинистой жиже со скоростью примерно 30 километров в час несло стулья, стекла, стеллажи, телевизоры, посуду, холодильники, утюги и детские игрушки. Чудом ей удалось выплыть на перпендикулярную улицу, где течение было чуть спокойнее. Вокруг не было ни души — некому было ее спасти. Она зацепилась за столб и в полном отчаянии, заливаясь слезами, записала голосовое сообщение мужу. Почти после каждой фразы повторяя: «Te amo, te amo, te amo» (я тебя люблю). «Не знаю, дойдет ли до тебя мое сообщение, но я хочу, чтобы ты знал: ты — человек, которого я люблю больше всех в этом мире. Я очень тебя люблю. Это правда.

Ты — лучшее, что со мной случилось. Я люблю тебя. Пожалуйста, позаботься о нашем мальчике. Чтобы он помнил маму, которая у него была. Пожалуйста.

Пусть мы с ним успели побыть вместе всего восемь месяцев и 29 дней. Скажи ему, что он — лучшее в моей жизни. Я тону. Я больше не могу. И я не знаю, что делать. Мне очень страшно. Я люблю тебя и нашего сына. Пусть он помнит свою маму. Пожалуйста. Я люблю тебя, моего брата, моих родителей, мою бабушку. Скажи всем, что я их правда очень сильно люблю».

В то время, когда Сильвия записывала это голосовое сообщение, Полина и Владимир Тимофеевы, пятиэтажный дом которых был совсем рядом, на той же улице, находились у себя в квартире на втором этаже. Несколько лет назад супруги переехали в Бенетусер из Мариуполя. Никаких уведомлений об опасности испанское правительство к тому времени не разослало. Поэтому, когда вода уже затопила город, Полина (в прошлом стюардесса, а теперь эйчар в международной компании) спокойно примеряла дома наряды, заказанные в интернет-магазине. В 19:50 она подошла к лифту, чтобы спуститься на парковку за вещами и потом поехать на танцы, но к ней «в одних трусах» выбежали соседи с криками: «Не вызывай лифт — на улице потоп!» Полина вернулась в квартиру, они с мужем вышли на балкон и с ужасом стали наблюдать за стихией, которая в то время уже уносила вниз по улице не только мебель и домашнюю утварь, но и мотоциклы.

Только тогда им на телефоны пришло предупреждение: «Ожидаются сильные дожди. Просьба без крайней необходимости не покидать помещения».

В девять часов вечера Владимир со своего балкона на втором этаже услышал тихий женский голос, который еле слышно просил: «Помогите». Он и другие соседи, которые так же стояли на балконах, направили фонари вниз и увидели в потоке воды женщину. Это была Сильвия. Она держалась за решетки окон на нижнем этаже дома Тимофеевых. К тому моменту она провела в ледяной воде уже около полутора часов.

— Мы с ней встретились глазами, — рассказывает Полина. — Она не понимала, почему все на нее молча светят и даже ничего не говорят. Я прочитала в ее взгляде беспомощное: «Ты меня видишь?»

«Я вижу тебя!» — крикнула Полина и бегом вынесла на балкон простынь. Владимир сбросил ее девушке, та ухватилась, но соскользнула и ушла под воду. Вскоре она вынырнула около следующего окна и снова схватилась за решетки, которые были еще дальше от двери подъезда. Другой сосед тоже сбросил ей простыню, но во второй раз Сильвия даже побоялась за нее хвататься.

Полина пыталась дозвониться в 112 — звонок не проходил. Тогда Владимир побежал в уже затопленный подъезд и доплыл до стеклянной двери. Попытался кулаком выбить стекло, но оказалось, что это триплекс (крайне ударопрочный материал, который сложно разбить. — Прим. авт.). Тимофеев «сплавал» за молотком в квартиру, вернулся и продолжил. К нему присоединился еще один сосед — молодой мужчина из Украины, который заселился в этот дом буквально за день до наводнения.

Совместными усилиями за десять минут мужчины разбили стекло, а потом, держась за дверной косяк, чтобы самих не вынесло в поток, сумели затащить Сильвию в подъезд «и добуксировать ее до второго этажа».

— Я боялся, что она в панике будет цепляться и подтапливать меня, но у нее к тому моменту уже, очевидно, не осталось на это сил. Она даже ничего не говорила. Мы были в ужасе и тоже всё делали молча, — вспоминает Владимир. — Только оказавшись в безопасности и, наконец, встав ногами на пол, она тихо сказала: «Грасиас» (спасибо). После этого я пошел отмываться в свой душ, а ее к себе пригласили наши соседи.

DANA

Большинство прибрежных средиземноморских городов Испании расположены вдоль русел сезонных дождевых ручьев. Во время сильных дождей в обычно сухие каньоны собирается дождевая вода с окрестных гор, и они превращаются в бурные потоки, сносящие всё на своем пути. Это довольно типичное для средиземноморской осени климатическое явление (оно называется термином DANA), редко приводящее к настолько катастрофическим последствиям.

Эпицентром нынешней трагедии стали ближайшие пригороды Валенсии, особенно городок Пайпорта. Сам город Валенсия фактически не пострадал благодаря тому, что русло реки Турия, некогда протекавшей через весь центр, в 1960-е годы вынесли за городскую черту, а на месте старого русла разбили парк. Причиной переноса стало катастрофическое наводнение 1957 года.

Кристина С. эмигрировала из России сразу после начала войны. Весной 2024 года она купила квартиру в Пайпорте, в доме возле русла реки Пойо. Правда, от реки там осталось одно название: она давно пересохла и представляла собой парковую зону с протоптанными тропинками, где люди выгуливали собак.

В два часа дня 29 октября Кристина вышла на балкон и увидела: на месте того, что еще утром было «парком», теперь «бежит полноводная большая река», течение несет кучу мусора, кресел, стульев, деревьев и домашних вещей. В 18:30 эта «река» уже вышла из берегов и начала затапливать Пайпорту. Уведомления с предостережением не выходить из дома правительство Испании разослало жителям Пайпорты только в 20:12, когда выйти из дома было уже и так невозможно, людей на первых этажах и парковках затапливало.

— Я с балкона видела, что, когда вода только-только начинала выходить за пределы каньона, люди забегали в свои машины, думая, что успеют уехать от воды, — рассказывает Кристина. — Они не рассчитывали, что она будет прибывать настолько быстро. Вскоре они оказывались в ловушке запертыми в своих машинах. Я знаю об одной молодой семье из нашего города: женщина и трехмесячный ребенок погибли в машине, а мужчина сумел выбраться через окно и спасся.

Кристина и сама сначала не рассчитала масштаб катастрофы. В 18:50, когда наводнение уже начиналось, она побежала в кладовку на парковке, чтобы забрать оттуда свои вещи.

— Когда я туда прибежала и стала сгребать вещи, вода только заходила, а через 15 минут уже лилась с потолка, — вспоминает девушка. — Я побежала к выходу. Для того чтобы попасть в свой подъезд, мне нужно было обогнуть дом. Вода была мне по колено, но я не могла идти, потому что под ногами была жижа, в которой несло непонятно что, и я просто не представляла, на что сейчас наступлю. Ко мне подошел пожилой испанский мужчина лет семидесяти и за руку довел до подъезда. Без него я бы не дошла.

Кристина повторяет, что именно отсутствие своевременных уведомлений от правительства привело к тому, что люди «абсолютно не рассчитали уровень опасности».

— Мой друг живет в соседнем городке Масанаса. Туда тоже пришла DANA. Когда их город вода только начала затапливать, он стоял на балконе и видел, как на детской площадке играли дедушка и внучка. Когда вода побежала по площадке, девочка привстала на лавочку. Дедушка находился рядом с ней. Очевидно, они решили, что надо переждать, и вода уйдет. Но и десяти минут не прошло, как воды стало так много, что течение подхватило ребенка и понесло вместе с горой мусора. Мужчина успел схватиться за столб, а девочку через секунду унесло. Друг говорит, что женщины с балконов так истошно завизжали, когда увидели это… Он и сам не смог всё это наблюдать и ушел в комнату.

Вода из Пайпорты и окрестных городов стала постепенно уходить той же ночью. Так что в районе двух часов ночи те, кто всё это время наблюдал за стихией с балконов, стали укладываться спать. Многие при этом заводили будильники так, чтобы просыпаться каждый следующий час, и оставляли возле подушки телефон и документы. На следующее утро после наводнения жителям Пайпорты разрешили бесплатно брать любые продукты из супермаркета Lidl, который стоял подтопленный и без электричества.

— Питьевую воду разобрали сразу. Я взяла несколько маленьких упаковок сока. Бездомный мужчина при мне покидал магазин с упаковкой пива и целой ногой хамона. Такой счастливый. Это надо было видеть, — улыбаясь, вспоминает Кристина.

«Пришлите мне сюда эти войска!»

Воскресенье 3 ноября стало уже пятым по счету днем, когда Хавьер и Мария Хосе из Пайпорты пыталась избавиться от воды своем гараже. Они в спортивной одежде, уставшие и вымотанные. В их семье никто не погиб, но все очень подавлены и испуганы.

Вся Пайпорта сейчас коричневая от грязи и ила, которые принесла вода. В центре узких улиц одна на другую до сих пор навалены машины, бытовая техника, мебель, посуда и детские игрушки (посреди мусора и грязи они почему-то особенно бросаются в глаза). Под ногами до сих пор — где-то по щиколотку, чаще по середину икры — коричневая жижа. Жители Пайпорты и волонтеры дружно сгоняют ее в люки, набирают в ведра и несут выливать к реке. На пятый день еще не обследованы все подвалы и машины, в городе стоит неприятный запах. Многие вокруг в перчатках и респираторах.

— Ни один государственный орган не поддержал нас, ни один! Ни федеральное правительство, ни региональное, ни местная городская администрация, — очень эмоционально говорит Мария. — Что я чувствую? Ужасную беспомощность. Мы смогли очистить дом от воды исключительно благодаря волонтерам. Недавно был День Испании. В Мадриде проходил парад военной техники. А когда случилась реальная катастрофа, где они все есть-то? Почему они на парадах маршируют, а помочь народу в нужный момент не могут? Пришлите мне сюда эти войска! Впрочем, то, что правительство не справилось, меня не удивило. Политики в Испании, они такие — ни с чем не могут справиться.

Все жители пострадавших пригородов Валенсии говорят, что «государство опоздало» с рассылкой уведомления об опасности в среднем на четыре часа. В испанских городах сейчас даже рисуют граффити на стенах: там изображена кисть руки над водой, а в ладошке телефон с уведомлением об опасности.

Юрист Владислав Феклин эмигрировал в Валенсию в 2023 году. В воскресенье 3 ноября он помогает жителям соседней Пайпорты справиться с последствиями наводнения: он в резиновых сапогах и спортивной одежде шваброй сгоняет глинистую жижу в люки и расчищает дороги.

— В первые несколько суток после катастрофы у людей из пострадавших городов не было связи. В официальных источниках появлялись новости о 50 погибших, но масштаб произошедшего всё равно тогда нам был не ясен, — рассказывает он. — Дороги по направлению в затопленные населенные пункты были закрыты, туда никто из волонтеров не шел, потому что думали, что опасно. А пострадавшие без связи даже не могли попросить о помощи. Когда люди стали массово скупать в супермаркетах питьевую воду, мы в языковой школе шутили, что испанцы паникеры… А оказалось, что они не паникеры. В течение следующих дней, когда валенсийцы пешком стали доходить до своих родных в затопленные деревни, стало понятно, что случилась ужасная катастрофа — и мощная недооценка опасности властями. Стала появляться информация о том, что количество погибших гораздо выше.

— Одно дело, что правительство непростительно опоздало с рассылкой уведомлений об опасности. Но не менее чудовищно то, какую мерзкую возню политики устроили на следующий день, когда они должны были помочь нам хотя бы справиться с последствиями, — рассуждает 39-летний Луис Роденас. Он тоже стоит со шваброй, весь в грязи, и помогает своей семье и соседям очистить улицу от глинистой жижи.

— Они не хотели помогать нам, — взволнованно говорит Луис. — Правительство нашего региона — правое, а правительство государства — левое. И тем и другим был важен только их рейтинг и пиар.

Пока они дискутировали, кто же из них должен помогать нам, и те и другие бездействовали. Никто не брал на себя ответственность — вообще никто. Мы остались с последствиями катастрофы один на один. Если бы они договорились хотя бы в течение среды (следующего дня после наводнения. — Прим. авт.), нам было бы легче.

Провинции в Испании обладают значительной автономией. В соответствии с конституцией, устранение последствий чрезвычайных ситуаций, которые случились в регионе, ложатся на провинцию этого региона. Вечером 29 октября, когда DANA уже пришла в пригороды Валенсии, глава Валенсийской провинции Карлос Масон обозначил «второй» уровень чрезвычайной ситуации. Что означало, что он может запрашивать некоторую помощь у правительства Испании, но не передает им контроль над устранением последствий ЧС в своем регионе.

— В последующие дни вместо того, чтобы помогать нам, они бодались между собой, — говорит Луис Роденас.

Дело в том, что Карлос Масон состоит в правой партии Partido Popular (Народная партия), а премьер-министр Испании Педро Санчес — в Социалистической рабочей партии (PSOE). Это главные конкурирующие партии в Испании. У Педро Санчеса в последние годы скандал за скандалом: то его жену поймали на воровстве, то он участвует в создании законопроекта по амнистированию террористов из Страны Басков, чем вызывает недовольство у электората.

— Он теряет рейтинг, теряет голоса, — говорит Феклин. — И тут у Масона в регионе случается огромное бедствие, техники и ресурсов для устранения которого у него нет. Вдобавок ко всему Масон еще и распустил ведомство, ответственное за борьбу с ЧС, в 2023 году. Запросить помощь Санчеса в условиях такой широкой собственной автономии означало бы, что он сам не справился. На этой почве между ними и возник спор. Масон публично говорит правительству: признавайте это национальной катастрофой, вы же сами говорите по телевидению, что это самое крупное наводнение с начала XXI века на европейском побережье. А те отвечают: обязательно признаем и сразу начнем активно помогать, только ты помощь официально запроси. Если Масон запросит помощь, то Санчес возьмет в свои руки руководство, у него действительно есть федеральные ресурсы, он действительно способен устранить последствия катастрофы, но, конечно, он будет потом на этом пиариться. Причем он не только сам наберет баллы, но и его партия тоже. Если же он возьмет и предоставит эти ресурсы Масону без официального запроса, то пиариться на решении проблемы потом будет Масон. А Partido Popular рассматривает для себя возможность выиграть парламентские выборы. И вот с 31 октября по сей день у них происходит бодание.

— В этом городе родилась моя бабушка, она жила на этой улице, здесь родилась моя мама, — чуть не плача говорит Луис Роденас. — Мои родители много работали. Будучи ребенком, я часто гостил у бабушки: на улице Balmes, где мы сейчас стоим, я учился кататься на велосипеде… Поэтому я не собираюсь никуда отсюда уезжать. Это место, где я провел всю свою жизнь. Но я думаю, что все наши политики — подонки. Они ничего не делают. Они предпочли заниматься политикой, а не людьми.

Волонтеры

Шокирующие подробности о том, что произошло в пострадавших пригородах, жители Валенсии в основном узнали аж через три дня. Тогда тысячи людей стали самостоятельно создавать чаты, кооперироваться и собирать воду, горячую еду, одежду и необходимые вещи для пострадавших в затопленных регионах. В пятницу 1 ноября было официально объявлено, что с семи часов утра субботы для волонтеров запустят автобусы, на которых они смогут доезжать до затопленных районов, чтобы помогать разгребать завалы.

— В 6:40 утра в очереди к автобусам уже собралось около 15 тысяч человек в резиновых сапогах, с метлами и швабрами, — говорит Владислав Феклин. — К 11 часам утра их число достигло десятков тысяч.

Для обычных машин трассу по направлениям к затопленным городам закрыли, поэтому вместе с сотнями других волонтеров Феклин пошел в пострадавшую Пайпорту пешком.

— Я раньше никогда не был свидетелем такой массовой кооперации, — добавляет он. — В субботу каждый восьмой житель Валенсии оказался на разборе завалов.

Наталья Ш. до эмиграции в Валенсию работала в российском благотворительном фонде, который занимается помощью детям с онкологическими заболеваниями. В прошлом году она поступила в магистратуру Валенсийского университета, чтобы стать модератором по разрешению конфликтов среди уязвимых слоев населения, в том числе среди мигрантов. Ее круг общения в Валенсии — это в основном испанцы. От них она и узнала о масштабах катастрофы (у многих из них в пригороде живут родители) и сразу присоединилась к сбору гуманитарной помощи.

— В эту неделю я почувствовала очень сильное разочарование, — говорит Наталья. — Ты уехал в поиске мира и потому что не мог смириться с тем, что делает твоя страна. И тут опять оказываешься в центре горя, страданий и полной неспособности и нежелания государства помогать людям. Ожидаешь ведь, что в Европе и особенно в таком социально развитом и защищенном государстве, как Испания, которая очень громко говорит о своих левых идеях, о том, как им важен человек, как они помогают бедным, всё и правда будет по-человечески. А на деле помогли людям только волонтеры. От государства же никакой помощи не было ни через день, ни через три.

Наталья признается, что в эти дни ей даже захотелось домой.

— Ты искал мир, а мира нет нигде, справедливости тоже нет. Но у людей здесь есть два преимущества, — говорит она. — Испанцы спокойно могут говорить о том, что они недовольны, и у них есть возможность на следующих выборах на это повлиять. Будут ли они на это влиять? Я не уверена. Я общаюсь со многими молодыми испанцами. Они говорят: а всё равно за нас всё решат. Мы ни на что не влияем.

Я говорю своему другу: «Так, может, это потому, что ты на выборы не ходишь?» Он отвечает: «А что на них ходить, если за нас всё равно всё решат?» И ему 40 лет, молодой, адекватный, всё понимающий. Где-то я это всё уже слышала…

Король и королева

Все в пострадавших городах понимают, что наводнение стало следствием глобального потепления.

— С каждым годом в нашем регионе становится всё жарче и засушливее, дождей все меньше и меньше — их у нас практически больше нет. Они не идут даже тогда, когда мы получаем уведомления о том, что сегодня будут осадки, — говорит Мария Хосе.

Как быть с этой информацией — никто не знает.

— Испания — маленькая страна. Она ни на что не влияет. Россия, США, Китай — большие, они влияют на климатические изменения, вот пусть они с ними и разбираются, — говорит 67-летний Луис Антонио.

Луис — саксофонист. Он чуть не в слезах стоит возле музыкальной школы Banda Primitiva, которую создал 35 лет назад и все эти годы был ее президентом. Вечером 29 октября здание школы затопило. Уже пятый день он вместе с сыновьями пытается выгнать оттуда воду и грязь.

— Власти бросили нас. Вместо нас они выбрали свои амбиции, — говорит он с отчаянием.

56-летняя преподавательница информатики Сари Фольгадо с соседней улицы тоже чувствует себя брошенной. Сари с семьей уже пятый день разбирает завалы в подтопленном доме родителей, хотя сама живет в многоэтажке около русла реки Пойо и ее квартира не пострадала. Вечером 29 октября она выглянула в окно и увидела, как вода в еще с утра пересохшей реке несет машины. Она тут же позвонила родителям и попросила «сохранять спокойствие» и оставаться дома.

— Не правительство их предупредило, а я, — возмущенно говорит Сари. — Хотя раз уже даже машины понесло, то явно они могли успеть к тому времени отреагировать.

В этот же день, пока Фольгадо и ее соседи исключительно своими силами расчищали дома и улицы, в город прибыли пожарные и военные. Они освободили от жижи и завалов единственную улицу на въезде. В полдень на этой улице появились машины политиков. Из них вышли король Филипп VI с королевой Летисией, а также премьер-министр Педро Санчес и глава региона Валенсии Карлос Масон. Их тут же вплотную окружили жители Пайпорты, с ног до головы перепачканные грязью. Они подняли в руки швабры, лопаты и метлы и стали выкрикивать нецензурную брань в адрес политиков, в основном в адрес Педро Санчеса. Чаще всего его обзывали «Puta!» (ублюдок). Он потерпел это всего пару минут, а после сел в машину и ретировался. Жители Пайпорты закидали грязью его машину, но досталось и королевским особам. Мужчина бросил ком грязи прямо в лицо королеве Летисии. Она отошла в сторону, ее сочувственно приобняли женщины из Пайпорты. Королева прослезилась и перебросилась с ними парой фраз. Разъяренные жители Пайпорты скандировали: «Убийцы!», «Подонки!» — и требовали отставки правительств страны и региона (Масона и Санчеса). Люди кричали им: «Проваливайте!»

По официальным данным, в Пайпорте погибли по меньшей мере 60 человек.

Молодые мужчины подходили к королю и прямо в лицо высказывали, что власти слишком поздно прислали уведомления об опасности наводнения и никак не помогли им справиться с последствиями. Король понимающе кивал в ответ и что-то негромко отвечал.

В тот день у королевской четы были запланированы визиты и в другие пострадавшие города, но после визита в Пайпорту они, заметно перепачканные, отменили изначальные планы. Когда королевский кортеж покидал Пайпорту, раздосадованные местные женщины ударили по нескольким машинам руками. Никто из жителей Пайпорты после встречи с политиками, впрочем, задержан не был.