Бунт Центробанка

Модное слово «стагфляция» имеет не экономическую, а политическую природу, и Эльвира Набиуллина тут совершенно ни при чем

(18+) НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ КОЛЕСНИКОВЫМ АНДРЕЕМ ВЛАДИМИРОВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА КОЛЕСНИКОВА АНДРЕЯ ВЛАДИМИРОВИЧА.

Глагол «кошмарить» появился когда-то в эпоху правления Дмитрия Медведева, и относился он к проблемам бизнеса. Но применять его стоит уже по отношению ко всем обществу в целом, когда в постмедведевскую эру политическое время вновь опрокинулось в плотоядный юрский период. Причем помимо «кошмарной» составляющей у системы есть еще один механизм — «сигнальный». (Когда-то коллега Кирилл Рогов* назвал такую систему «кошмарно-сигнальной».)

И вот Центробанк в последнее время, используя сильно эзопов язык аналитических текстов и такое оружие, как ставка, просто «обсигналился» о непростом положении российской экономики. А спровоцировано оно ее структурой, искривленной в сторону «готовых металлических изделий» (в том числе того типа, который был передан недавно «Мосфильмом» вооруженным силам). Экономическому нездоровью способствуют гигантские расходы — на «оборону и безопасность», по секретным статьям бюджета и по социальным, в той их части, которая тоже носит военный характер.

ЦБ идет против течения, используя свою относительную независимость. «Бунт Эльвиры Набиуллиной», разумеется, — сигнальная ракета такого масштаба, что не заметить ее совершенно невозможно. Поэтому в бой против Нацбанка пошли одни старики, причем из олигархических кругов: от Олега Дерипаски до короля ВПК Сергея Чемезова. При такой ставке ЦБ, говорят они, бизнесы могут обанкротиться, экспорт высокотехнологичной (то есть, называя вещи своими именами, военной) продукции остановится, и наступит в экономике та самая стагфляция, сочетание стагнации и инфляции. Виноватой же окажется Набиуллина. В общем,

вместо еще недавно модного у истеблишмента слова «гомосексуализм», хорошо знакомого и образованной девушке Фиме Собак, появилось другое богатое слово — «стагфляция».

Претензии олигархических кругов, равно как и сторонников установления множественных валютных курсов (у кого лоббистские возможности шире — тому и более выгодный курс рубля), не соответствуют азам экономической теории. То есть вообще всей экономической азбуке.

• Во-первых, масштабные или, как в случае сегодняшней России, гаргантюаобразные государственные расходы естественным образом приводят к инфляции.

• Во-вторых, если эти траты непроизводительные (не на образование и здравоохранение, например, а на военные цели), то они и вовсе не имеют собственно экономического смысла. Потому что стимулируют производство товаров, которые не потребляются людьми для удовлетворения их мирных естественных потребностей. И эти квазитовары имеют своей целью (в буквальном смысле слова) не жизнь, а смерть человека. Те рабочие места, которые создаются для перепроизводства вооружений и прочей околовоенной номенклатуры изделий в нормальной экономике созданы быть не могут, потому что в ней поддерживаются сектора, производящие мирную продукцию. И стимулируются доходы работников отраслей человеческого капитала, например, врачей, медсестер, учителей. Зарплаты, которые выплачиваются в непроизводительных секторах таковы, что перегревают рынок. За деньги только остается держаться, потому что спрос оказывается выше предложения, которое может сформировать искривленная экономика.

Вот, собственно, Центробанк и «сигналит»: хватит «кошмарить» общество потребления, меняйте модель экономики обратно к норме, изменяйте структуру и снижайте масштабы государственных расходов — тогда можно будет поговорить и о снижении ставки, и о стимулах для производства нормальных товаров, и о возвращении к инфляционному таргету, достижение которого сейчас смотрится как ненаучная фантастика.

Если переходить с эзопова языка на человеческий и с экономического на политэкономический:

пора останавливать военный конфликт — тогда нормализуется экономика, и рост ВВП не будет состоять почти исключительно из производства вовсе не нужных потребителю товаров.

А так он де факто искусственный, как в СССР — зато мы делали ракеты и выбивали деньги под переброску сибирских рек, но не могли произвести туалетную бумагу, мясо и масло импортировали из Новой Зеландии. Если копать яму от забора и до обеда, а потом закапывать ее — это пойдет в зачет роста ВВП, но здоровым его не назовешь.

Стагфляция — это отнюдь не результат движения ставки ЦБ, а следствие одного политического решения. Экономика сейчас целиком зависит от политики, включая ситуацию на рынке труда: политически мотивированные ограничения трудовой миграции; антиконституционное преследование несогласных с выдавливанием их из страны; непроизводительное использование трудовых резервов, изымаемых из экономики, способствуют созданию того самого дефицита рабочей силы.

Демографические же показатели не улучшить ни на йоту, если сохранять ситуацию, когда в принципе невозможно не только планирование репродуктивного поведения, но и планирование жизни в целом. И никакие битвы с абортами, чайлдфри и прочими недружественными Чайльд-Гарольдами не помогут. Потому что к собственно повышению рождаемости они не имеют никакого отношения. В таких специфических процессах танго действительно танцуют вдвоем. А когда одна из сторон воспроизводства населения релоцировалась за границу или в окоп, думать о пополнении рядов весело галдящих будущих читателей учебника истории Мединского–Торкунова как-то совсем не получается.

Так что стагфляция может затянуться, как и придется затянуть пояса после того, как пузырь военизированной экономики раздуется до размеров аэростата и лопнет.

А виновата будет Набиуллина. Или, как было принято говорить в иные времена, Чубайс. Да что там — Сорос с Горбачевым. А так бы мы жили припеваючи и не имели бы границ, как можно было прочитать на билбордах в ходе президентской кампании. И расплачивались бы не токсичными долларами, а разноцветными тугриками БРИКС, предъявленными на последнем саммите в Казани.

* Внесены властями РФ в реестр «иноагентов»