«Если это не демонстрация чрезмерной власти, то что тогда?»

Как зарубежные бигтех компании цензурируют Рунет и при этом говорят о правах человека

Влиятельные технологические корпорации, такие как Google, Meta и Apple, еще недавно казались флагманами прогресса. Технооптимисты верили, что быстрое распространение интернета — свободной площадки, где каждый может высказываться, находить единомышленников и создавать горизонтальные связи, — приведет к демократизации по всему миру. Уже давно понятно, что надежды, связанные с бигтехом, не оправдались, диктаторы по всему миру научились манипулировать интернетом в своих целях.

Но к 2024 году можно констатировать: технологические гиганты не просто не помогают демократизации, они органично вписываются в авторитарные системы. «Новая газета Европа» рассказывает, как в 2024 году бигтех помогает Путину цензурировать интернет и как российские политики в изгнании пока безуспешно с этим борются.

В марте 2022 года, в первые дни военной агрессии России против Украины, корпорация Apple вместе с несколькими другими западными технологическими гигантами заявила, что «глубоко обеспокоена» действиями российских властей и принимает ряд мер в ответ на вторжение: приостанавливает продажи своей продукции в России и «ограничивает ряд сервисов для россиян», в том числе — Apple Pay.

В России закрылись специализированные магазины «яблочной» техники, но очень скоро посредники наладили поставки с помощью параллельного импорта. Дефицита айфонов в России на протяжении трех лет военных действий не было, а некоторые новинки появляются в продаже в Москве раньше, чем в европейских странах. По мнению экспертов в области прав человека, компания обладает инструментами для того, чтобы остановить серый экспорт в Россию, но не делает этого.

В России по-прежнему действует российское юрлицо Apple и приносит пусть небольшую, но прибыль. За 2023 год «Эппл Рус» заработала 2 миллиарда рублей

(что, впрочем, является малой частью от довоенной выручки. В последний довоенный 2021 год корпорация заработала в России 300 с лишним миллиардов).

В рамках добровольных ограничений и в связи с санкциями США из App Store также были удалены некоторые российские приложения: например, приложения подсанкционных банков, «РЖД» или каршеринга «Ситидрайв». Но парадоксальным образом одновременно App Store подчиняется и требованиям российского Роскомнадзора.

«Настоящий злодей»

Летом 2024 года стало известно, что компания удалила из своего магазина несколько популярных VPN-приложений, включая NordVPN, Proton VPN и Red Shield VPN. В сентябре 2024-го проект GreatFire, который отслеживает состояние сайтов, подвергшихся цензуре, сообщил, что за два летних месяца Apple удалила еще 60 VPN-приложений, причем большую часть из них — непублично. По информации GreatFire, тогда общее число удаленных из российского App Store VPN-приложений достигло 98 и продолжает расти.

Подобные сервисы позволяют обходить запреты на доступ к информации со стороны российских властей. Сейчас для россиян, оставшихся в стране, это единственный способ зайти на сайты независимых изданий, заблокированных Роскомнадзором. В России VPN-сервисы запрещены еще с 2020 года. В 2024 было принято еще несколько законов: о запрете популяризации сервисов для обхода блокировок и запрет на публикацию статистики о работе VPN в России.

App Store удаляет и другие сервисы в рамках цензурных требований российского государства: дейтинг-приложения, связанные с ЛГБТК+ и приложения независимых медиа, например, «Сибирь.Реалии». Корпорация также удалила со своей площадки для подкастов контент объявленных нежелательными The Insider и «Медузы», и даже не имеющих такого статуса «Эха Москвы», Русской службы BBC и «Холода». В январе корпорация обратилась к создательницам подкаста «Привет, ты иноагент» с просьбой из-за претензий Роскомнадзора самостоятельно удалить из Apple-подкастов сезон «Сестры» о родственницах российских военных. (Ольга Чуракова и Соня Гройсман удалять контент не стали, он по-прежнему доступен на площадке).

Удаление приложений из магазина Apple привлекает много внимания еще и потому, что компания создала закрытую, замкнутую на себя инфраструктуру. Пользователи Apple, в отличие, например, от владельцев смартфонов на системе Android, не могут устанавливать приложения из других источников, кроме официального магазина компании. Из-за этого удаление приложения из App Store делает просто невозможным его использование на айфоне.

Еще одна проблема, вызывающая беспокойство правозащитников, связана с давлением, которое Apple благодаря своей монополии на установку приложений в айфонах может оказывать даже на не принадлежащие ей сервисы: например, на Telegram.

В 2021 году российские власти хотели удалить бота команды Навального в мессенджере, но Дуров находился вне их досягаемости. Тогда они обратились к Apple с требованием надавить на владельца компании. Apple пригрозила Дурову удалением Telegram из App Store в случае, если он не пойдет на уступки,

— и это сработало.

«Этот случай показывает, как Apple превращается в супер-модератора платформ, которые должны быть самостоятельными и свободными в управлении своим контентом, — говорит Бенджамин Исмаил, специалист проекта Apple Censorship, который занимается мониторингом цензуры в App Store. — Если это не демонстрация чрезмерной власти, то что тогда?»

«Не новая, но абсолютно двуличная»

Участие западной корпорации в российской цензуре в 2024 году вышло на новый уровень, но нельзя сказать, что это новая тенденция.

В том же довоенном 2021 году Apple не только надавила на Дурова и Telegram, но и сама удалила из своего магазина «Умное голосование» команды Навального. В Китае, где корпорация действует с 2009 года, в App Store недоступны тысячи приложений, следует из данных Apple Censorship. Этот сервис тестирует определенную выборку приложений во всех странах, где присутствует Apple. Недоступность какого-либо приложения в App Store в конкретной стране не обязательно означает, что его удалили по цензурным соображениям. Но такая методология может дать примерное представление о масштабе государственного вмешательства. В рейтинге Apple Censorship cреди стран-лидеров по количеству недоступных приложений, помимо Китая, — Афганистан, Россия и Латвия.

В 2017 году Apple вынуждена была отвечать на неудобные вопросы со стороны американских сенаторов о цензуре и помощи диктаторам. Тогда представители корпорации заявили, что соблюдают законодательство тех стран, где работают, даже если не во всём согласны с ним.

Но случай с Россией отличается даже от китайского. Например,

заметен избирательный подход к исполнению российского законодательства: так, удаление из App Store приложений российских подсанкционных банков прямо противоречит статье Уголовного кодекса России, которая запрещает соблюдение иностранных санкций.

Видимо в этом случае угроза от правительства США кажется Apple более существенной.

«Практика по удалению приложений по требованию Роскомнадзора абсолютно лицемерна, — говорит киберадвокат и сооснователь «Роскомсвободы» Саркис Дарбинян. — Компания заявляет о защите приватности и свободе информации, а сама помогает цензуре в странах с цифровым авторитаризмом и объясняет это своей аполитичностью. И их не беспокоит, что законы в странах присутствия иногда противоречат международному праву и правам человека».

Права человека и права диктаторов

Несмотря на то, что влияние Apple на демократические институты по всему миру невозможно переоценить, сам создатель айфона Стив Джобс всегда занимал подчеркнуто нейтральную политическую позицию и почти не высказывался на политические темы. Такой же подход разделяет и его преемник на посту CEO компании Тим Кук.

Соцсети, широкополосный интернет и айфон изменили правила игры в политике, но диктаторы тоже научились ими пользоваться

В 2008 году Барак Обама стал первым президентом, который фактически победил благодаря интернету. Он собрал рекордные для своего времени пожертвования через Facebook и специально созданную платформу My.BarackObama.com. Причем существенную часть средств принесли не крупные спонсоры, а обычные граждане. Через интернет-площадки Обама привлек к своей кампании рекордное количество волонтеров. Его речи и выступления расходились на мемы. Он продвигал себя с помощью вирусной рекламы.

Спустя несколько лет новые технологии сыграли решающую роль в «Арабской весне», события которой позже даже назовут «революцией соцсетей». В 2011 году протестующие в Египте, Тунисе и Ливии из-за цензуры в традиционных медиа активно использовали Facebook и Twitter для распространения информации о репрессиях и организации митингов. В Египте это привело к свержению президента Хосни Мубарака. В российском сегменте примерно в то же время возникли свои примеры масштабной политической мобилизации через интернет: например, в 2010 году люди объединялись для борьбы с лесными пожарами, затем в ходе выборов 2011 года — для наблюдения за выборами. Интернет также стал главной площадкой для сбора и публикации доказательств, которые показали масштаб фальсификаций.

Свой политик, который использовал интернет для продвижения, как Обама, появился и в России. Алексей Навальный, юрист из Москвы, начал свою карьеру с блога в «Живом журнале» (сейчас заблокированном), где публиковал расследования о коррупции. Затем он вместе с командой начал использовать для своих политических кампаний YouTube: ролики про особняки чиновников и схемы госзакупок набирали десятки миллионов просмотров и выводили людей на протесты. Навальный, даже имя которого почти 10 лет было негласно запрещено упоминать и чиновникам, и провластным СМИ, использовал интернет как свою главную площадку и обходился без платформ, контролируемых государством.

Впрочем, довольно скоро заговорили и об обратной стороне свободы интернета — о фальсификациях. Далеко не вся информация, которая широко расходилась в интернете, оказывалась правдивой. К тому же политики научились манипулировать интернет-пространством: крупнейшие интернет-площадки наводнили боты. Причем если сначала ими пользовались в основном авторитарные режимы, то сейчас это инструмент, к которому прибегают и те, кто называет себя демократическими силами. Крупнейший скандал вокруг аналитического центра Cambridge Analytica показал, что персональные данные пользователей, которые собирают соцсети, могут быть мощным оружием в руках нечестных политтехнологов.

К 2024 году правительства многих стран задумываются о том, как правильно регулировать интернет, чтобы сохранить свободу высказываний, но ограничить возможности манипуляции общественным мнением. Но хорошего решения пока не придумало ни одно государство.

Тем не менее современные западные корпорации не могут существовать в отрыве от международных правил и хотя бы номинально выражают уважение к правам человека. На официальном сайте Apple, например, опубликован документ о политике корпорации в отношении прав и свобод человека.

Так, в документе говорится, что Apple не просто уважает базовые права на информацию и на тайну частной жизни, но верит «в способность технологий объединять и вдохновлять людей по всему миру», и также, что «бизнес должен быть силой, которая выступает на стороне добра».

Политика компании предусматривает, что Apple соблюдает Всеобщую декларацию прав человека, принятую ООН, и в то же время действует в строгом соответствии с законами той страны, в которой она ведет бизнес. Причем в документе прямо не сказано, что же делать, если местные законы противоречат Всеобщей декларации: Apple просто ссылается еще на один документ — Руководящие принципы ведения бизнеса ООН. При этом в самих этих Принципах очень четко прописана ответственность за соблюдение компанией прав человека даже в тех случаях, когда это противоречит местным законам.

«Понятно, что компании должны соблюдать законодательство и взаимодействовать с властями в каком-то объеме, — говорит Дарбинян из «Роскомсвободы», — реагировать на случаи реального мошенничества, удалять контент с детским порно или вредоносными ссылками. Но для стран с цифровым авторитаризмом должен быть особый подход к таким требованиям, особая проверка».

Принцип открытости

Есть еще один принцип, который Apple декларирует в своих документах, но не выполняет на практике: открытость и прозрачность решений.

«Мы хотим, чтобы каждый — от наших клиентов до наших конкурентов в индустрии — знал о наших ценностях. Мы работаем с широкими кругом людей — от профсоюзов, правозащитников до локальных лидеров общественного мнения — для того чтобы наш прогресс был значимым и видимым. Мы на связи со всеми заинтересованными лицами: структурами ООН, правительственными и неправительственными организациями, представителями гражданского общества и экспертами в сфере прав человека», — декларируется в программных документах корпорации.

При этом правозащитники рассказывают, что в реальности Apple скрывается от активистов за стеной молчания.

«Мы писали развернутые отзывы, подавали апелляции, обращались в европейский офис компании, объясняли, почему их действия наносят вред демократическим институтам из России,

— говорит Дарбинян. — Но в ответ на все запросы получали полный игнор. Мы не видим никаких возможностей для диалога; кажется, компания в нём совсем не заинтересована».

Не отвечает Apple и не запросы журналистов. Всё взаимодействие крупнейшего технологического гиганта с медиа по всему миру заключается, по сути, в публикации пресс-релизов на официальном сайте и хорошо отрепетированных публичных презентациях новых продуктов.

На это же жалуется и глава Apple Censorship Бенджамин Исмаил: «Apple систематически отказывается комментировать случаи [удаления приложений журналистам]. А технологические издания, зависящие от доступа к продуктам Apple, часто не могут критически освещать ее деятельность, опасаясь прекращения сотрудничества со стороны компании».

«Новая газета Европа» отправила запрос в пресс-службу Apple для этой публикации; представители компании прочитали письмо, но не посчитали нужным ответить на наши вопросы.

Другие технологические гиганты

Периодически претензии правозащитников возникают и к другим представителям бигтеха.

С лета российские власти делали первые попытки замедлить YouTube на территории России. А к декабрю падение трафика на этой площадке стало по-настоящему масштабным. Российский сегмент YouTube традиционно был площадкой, которой успешно пользовались независимые от власти блогеры. Просмотры на сайтах многих независимых медиа сильно упали после начала войны и введения цензуры, но ролики на Youtube продолжали набирать миллионы просмотров.

Российские оппозиционные политики, например Юлия Навальная, вдова погибшего в российской тюрьме Алексея Навального, обратилась к Google с просьбой активно противодействовать блокировкам, тем более успешный опыт такого сопротивления есть — в свое время российские власти не смогли заблокировать Telegram.

Как отмечает правозащитник Дарбинян, корпорация Google легче идет на контакт, чем Apple. Например, YouTube иногда удаляет какие-то ролики по требованию властей, но при апелляционном обращении чаще всего восстанавливает.

Google действительно удаляет далеко не всё, о чём просит его российское государство. В России корпорация накопила 33 млрд рублей штрафов за отказ избавляться от «противоправного контента».

Относительно успешным случаем, когда активистам из России удалось донести свою точку зрения до Google, можно назвать случай с Google Discover. Он по умолчанию включен на всех устройствах Android и показывает пользователям подборку рекомендованных статей при открытии новой вкладки в браузере Chrome. В 2023 году там продолжали появляться ссылки на материалы «Царьграда» и «Комсомольской правды». Об этой проблеме много говорили российские и зарубежные медиа. В ноябре 2023 года издание «Агентство» сообщало, что сервис больше не продвигает российские пропагандистские издания.

Впрочем, осталась проблема с тем, что Google понижает выдачу российских независимых медиа в общем поиске для пользователей из России, потому что все они официально заблокированы в России.

Алгоритм поиска настроен таким образом, что воспринимает заблокированные ресурсы как ненужные пользователю, и Google не делает специальных исключений для авторитарных стран, где многие ресурсы недоступны по политическим причинам.

Ударили по российским пользователям и добровольно введенные бигтехом санкции в связи с агрессией России против Украины. Еще в марте 2022 года Google отключил показ рекламы российским пользователям, а позже — и монетизацию просмотров на YouTube для российской аудитории. Однако российские аккаунты YouTube всё ещё могли, например, получать доход от просмотров аудитории из других стран. Теперь же стало невозможно и это.

Сложности при распространении независимой информации возникают и на площадках Facebook и Instagram корпорации Meta. Компания объявлена в России экстремистской организацией, но пользователи из России по-прежнему заходят туда через VPN. При этом площадки в целом пессимизируют выдачу политической информации: расследования или новости о войне просто не попадают в ленты читателей. Причем с этой проблемой массово сталкиваются не только российские, но и белорусские, и молдавские, и даже украинские журналисты.

Могут надавить

Летом 2023 года представители гражданского общества из России обсуждали вопрос участия больших западных технологических компаний в путинской цензуре с европейскими политиками на большой конференции в Брюсселе. В частности, главный редактор «Новой газеты» лауреат Нобелевской премии мира Дмитрий Муратов тогда озвучил идею инициативы «Инженеры против диктатуры». Журналисты тогда обратились к бигтеху с открытым письмом. Оно осталось без ответа.

Тогда же на встрече в Брюсселе выступила зампред Еврокомиссии Вера Йоурова. Она сказала, что годами считала, что бигтех должен оставаться в стороне от политики, но с началом полномасштабной войны изменила свое мнение. «Они могут делать больше в плане фактчекинга, в плане обеспечения доступа российских граждан к Youtube, более тесно взаимодействовать с независимыми журналистами в изгнании».

В январе 2024 года она также публично обратилась к к Google и Meta «Борьба с дезинформацией и содействие свободе СМИ — это две стороны одной медали. Мы хотим, чтобы крупные технологические компании занимались и тем, и тем, — сказала зампред Еврокомиссии Financial Times, — это означает обеспечение видимости в интернете достоверной информации, а не пропаганды Минска или Кремля». Впрочем, депутаты Европарламента тогда же отмечали, что пока «крупные технологические компании не проявили никакой готовности или интереса к решению этой проблемы». Недавно встречу с технологическими гигантами устраивал и американский президент. Он просил бигтех помочь в обходе блокировок контента.

Европейские и американские власти сейчас активно занимаются регулированием технологических компаний, но в том, что касается их собственных интересов: в Европе идет несколько антимонопольных тяжб и принимаются законы, которые должны ограничить доминирующее положение на рекламном рынке нескольких технологических гигантов, включая Google и Meta. В Америке запретили TikTok из-за опасений, что социальная сеть собирает данные американских пользователей в интересах китайских властей.

Но в то, что касается поведения бигтеха в России, западные власти пока сильно не вмешиваются. «Гипотетически государства могут надавить, — говорит специалист в области цифровых гуманитарных наук, преподаватель Королевского колледжа Лондона Григорий Асмолов. — Американские власти достаточно эффективно занимаются ограничением TikTok. Но им это нужно, когда дело касается их самих, а не третьих политических структур или государств. Так что такой сценарий гипотетически возможен, но не очень вероятен. Мы видим, что он до сих пор не реализовался», — объясняет он.

«Риторика у всех одна: мы большая компания, у нас много разных процессов, даже если бы мы хотели быстро поменять что-то, мы не можем»,

— пересказывает общее настроение представителей индустрии независимая журналистка, которая участвовала в нескольких непубличных встречах с бигтехом.

«Несколько попыток организовать переговоры были, но на них Гугл, Эпл и другие компании на таких встречах представлены не очень высокопоставленными сотрудниками, — говорит координатор премии «Редколлегия» Сергей Пархоменко. — В руководстве этих компаний всегда были люди, назначенные специально для ведения переговоров с “общественностью”. Но они ни на что не влияют и веса их обещания никакого не имеют».

Профессор университета имени Коменского в Братиславе Андрей Рихтер отмечает, что бигтех нельзя напрямую обвинить в нарушении прав человека. «Правильно будет сказать, что Apple и другие корпорации порой способствуют правительствам, в том числе правительству России, нарушать права человека. Но какого-то общего юридического наказания для них за это в настоящий момент не предусмотрено. Международные законы пишутся не для корпораций, а для государств».

Рихтер также отмечает, что бигтех периодически «получает щелчки по носу» от международных институтов и правозащитников. «Например, их роль в цензуре Рунета упоминает в своем последнем докладе спецдокладчик ООН по защите права на свободное выражение мнения. Но полиции, ооновской же, которая могла бы наказать их за такие действия, пока не существует».