Пломбированный когнитивный вагон

Юлия Латынина — о том, как приход Трампа к власти сделает мир лучше

Редакция может не разделять мнения автора.

Интеллектуалы — это люди, чьи конечные продукты — неосязаемые идеи, и их обычно оценивают по тому, звучат ли эти идеи хорошо для других интеллектуалов или находят отклик у общественности.

Работают ли их идеи, делают ли они жизнь других лучше или хуже — это совсем другой вопрос.

Томас Соуэлл

В начале российско-украинской войны значительная часть российской элиты и тем более оппозиции оказалась на стороне Украины.

Если попытаться описать коротко их — и, во всяком случае, мои — чувства, то выйдет приблизительно так: «Ну всё. Путин зарвался, как Саддам Хусейн. Диктатура Путина есть первопричина войны. И сейчас он будет разгромлен западными демократиями, как Саддам, демократия победит, и Запад, который протянул России руку помощи в 1991 году, после падения СССР, примет ее в круг демократий».

Это была такая вековая мечта о рае. Сначала этот рай располагался на небе. Потом этот рай располагался в будущем и назывался коммунизмом, а в СССР у думающих людей этот рай располагался на Западе и назывался демократия и рынок.

После 1991 года Россия должна была вступить в этот рай, но что-то не сложилось: то ли олигархи, то ли Путин, то ли народ был не тот. Короче, у России не получилось, а вот у Украины — почти. Вот-вот она должна была вступить в НАТО небесное. Поэтому Путин на нее и напал.

Интересно, что довольно много людей, думавших подобным образом, вполне критически относились к современным левым элитам Запада, которых характеризует фарисейство, непрофессионализм, непотизм и высокомерие (цитата Станислава Белковского). Они, конечно, смеялись над Queers for Palestine — но на эту войну это как-то не проецировалось.

Первое, что произошло с теми, кто думал так, — во всяком случае, со мной, — они были совершенно ошеломлены хейтом со стороны украинской пропаганды.

И дело было даже не в официальной позиции властей, которые провозгласили русских «коллективным Сауроном» и «нацией нелюдей и убийц, биологическим мусором этого мира», как писал глава администрации президента Зеленского Андрей Ермак.

Дело было в анонимной громаде каналов, ботов и активистов. Это был принципиально новый тип пропаганды. Пропаганда, в ходе которой общественное мнение создавали даже не официальные пропагандисты, а бесчисленное количество ноунеймов. Каждый, кто осмелился бы не вполне соответствовать нарративу, должен был быть растерзан этими пираньями, которые забивали собой весь информационный фон, запугивали и заставляли присоединиться к группе.

В их описании эта война имела совершенно религиозный характер. Это была битва сынов Света с сынами Тьмы. Эльфов — с орками. Свободных людей — с генетическими рабами.

Что было единственным непонятным во всей этой ситуации, это где же тут те самые западные демократии? Ну, допустим, у активистов — эмоции. На них падают бомбы. Но ведь есть Госдеп. Президент Зеленский зависит от него чуть больше, чем на 150%. Демократы могли бы намекнуть Зеленскому, что это всё нехорошо. Что это как-то не соответствует общечеловеческим ценностям.

У Джоан Роулинг есть персонаж, который всё время называет Гермиону «грязнокровкой», то есть относит ее в ущербную категорию по самому факту ее существования. Этот персонаж — Драко Малфой. Понятно, что это слово никак не характеризует Гермиону. Зато оно характеризует самого Драко Малфоя. Если вы называете кого-то «грязнокровкой», «генетическим рабом» или «орком», это никак не характеризует тех, кого вы так называете. Зато это характеризует вас. С Путина-то спрос какой? Он ведь и не претендует на европейские ценности. Но вот с другой стороны драко малфои с абсолютной, непрошибаемой уверенностью считают себя гарри поттерами.

И в ситуации, когда Украина ведет войну не на жизнь, а на смерть, это дает козыри в руки Путина и, вместо того чтобы превращать врагов в друзей, превращает друзей во врагов.

Демократическая партия США всё это поддерживала. Как выяснил республиканский сенатор Рэнд Пол, только в 2024 году Госдеп выделил «украинским инфлюенсерам» $4,8 млн.

Это было тоже странно. Ведь если демпартия США разделяла эту идеологию, то у них опять-таки были лучшие способы выразить солидарность. Для этого нужно было просто послать в Украину войска, принять ее в НАТО или хотя бы снабдить достаточным количеством оружия.

Вместо этого США в 2022 году прямо удержали Залужного от атаки на сухопутный коридор, заставив вместо этого тратить армию под Херсоном.

В такой ситуации дело приобретало совсем неприятный характер. Получалось, что украинские активисты (в том числе на небольшие американские деньги, ибо идеологические вложения имеют громадный мультипликатор) превращают Украину же в расходный материал для взаимного стирания с Россией.

Их идеология становится когнитивным оружием, направленным, заметим, сразу против обеих сторон. Она заставляла жертву стирать себя об агрессора с полной уверенностью в победе и оттого — с невозможностью прекратить войну.

Но и это было только начало. Выяснилось, что огромное количество российской эмиграции и интеллектуальной элиты так или иначе зависит от западной бюрократии. Кто-то — на стипендии, кто-то — на гранте. Кого-то непосредственно содержит Free Russia Foundation (FRF) — один из крупнейших каналов выдачи грантов на российскую оппозицию, чьи возможности растут на глазах.

В 2018 году FRF выдала всего $20 тыс. грантами, в 2021-м — уже $235 тыс., а в 2022-ом — $1 млн 42 тыс. В 2022 году FRF получила входящими $3,36 млн, а уже в 2023-м — $5,061,364 млн.

Таким образом, цифры возросли с 20 тысяч долларов, розданных в 2018 году, до 5 млн, полученных в 2023-м! Даже если учесть, что розданное и полученное — это не одно и то же, рост поражает.

И эта оппозиция — с теми или иными вариациями — стала говорить всё то же, что говорит современная левая сетевая западная бюрократия по поводу западных же обществ. Колонизаторы, вечная вина, коллективная ответственность, репарации, плохие капиталисты.

И вот тогда-то стало понемногу ясно, что когнитивная составляющая украинской войны — это лишь отдельный небольшой фронт той гигантской когнитивной мировой войны, которую современные неомарксисты, пронизавшие университеты и бюрократию Запада, ведут против старого Запада, с его ценностями индивидуализма, успеха, науки, логики и неприкосновенности частной собственности, часть того, что профессор Гад Саад называет woke mind virus (в буквальном переводе «вирус пробужденного разума», термин популяризирован Илоном Маском в 2021 году и указывает на левые политические движения, направленные на защиту социальной справедливости, которые их оппоненты рассматривают как фанатичные или разрушающие общество, либеральная пресса в США активно критикует это понятие — прим. ред.).

Иногда эта война прорывается, как лава, наружу, когда, например, ХАМАС нападает на Израиль и оказывается, что защитники всего доброго находятся целиком на стороне «жертв» из ХАМАС, resistance is justified (сопротивление оправдано). Оказывается, что детей убивать нельзя, но если переименовать детей в «поселенцев» и «колонизаторов», то можно.

Но чаще Третья мировая когнитивная война ведется другими способами. Мозгоимением в университетах. Завозом в страну избирателей, которые потом объявляются жертвами, которым все должны. Объявлением «жертвами» капитализма, колониализма и белого патриархального сексизма уже имеющихся категорий избирателей. Выборами. Культурой отмены. Индоктринацией. Внедрением групповой солидарности. Цензурой. Судебными преследованиями за «хейтспич». Дебанкингом. Травлей в соцсетях. Проникновением во всевозможные учебные, национальные и особенно международные бюрократические структуры (бюрократия и левые вообще созданы друг для друга, и те и другие хотят распределять, контролировать и запрещать).

Словом, созданием номенклатуры, которая ведет себя в точности так, как это описано в знаменитой книге Восленского. Этой номенклатуре помогают активисты — особый род безответственных и инфантильных бездельников, существующих на гранты-подачки, и массы, которых соблазняют тезисом о том, что они жертвы. Кому же не приятно быть жертвой, которой все должны?

Это, по удачному выражению Михаила Веллера, меньшевики, то есть социалисты, которые пришли к власти не путем восстания, а путем всеобщего избирательного права.

Это Волан-де-морт, лишенный тела после падения СССР, но куда успешней существующий в качестве паразита. Это LeftNet, по аналогии со знаменитым SkyNet. Это Новый Коминтерн.

Woke mind virus — это набор безумных и нереалистичных принципов, на которых нельзя построить здоровое общество, но которые позволяют это общество разделить на жертв, которым можно всё; угнетателей, которые должны каяться и платить, и активистов и номенклатуру, которые и решают, кто будет жертвой, а кто — угнетателем.

Это набор крайне маргинальных суждений, которые не могут быть реализованы, а при попытке реализации приведут к нищете и резне, но которые объявляются единственно гуманными и эмоционально верными. Всё, что справа от этих суждений, объявляется фашизмом и доказательством бесчувственности тех, кто не разделяет эти великие идеалы.

И кроме того, woke mind virus — это мощное когнитивное оружие. Так же, как Коминтерн в 1930-х годах вполне намеренно использовал против Запада «полезных идиотов», и сейчас, платя бывшим хозяевам Коминтерна их же монетой, сторонники стратегического сдерживания России охотно используют против нее «полезных деколонизаторов».

Для каждой страны есть свои собственные штаммы woke mind virus. Как выглядит штамм для России?

В нем можно выделить несколько главных строчек кода.

Деколонизация

Россия, говорят нам, — последняя колониальная империя. Она должна быть расчленена. Деколонизация — это то Царствие небесное, которое подарит угнетенным народам России счастье.

Сразу скажем одну простую вещь. Эта идея нереализуема, а попытка ее реализации приведет к превращению территории бывшей России в поле одной большой длящейся много десятилетий резни и к тотальной деградации любых населяющих ее обществ. Именно так выглядит деколонизованный Ближний Восток.

Я не сомневаюсь, что в случае отделения Удмуртии, Мордовии, Татарстана, Ингрии и т. д. в них найдутся активисты (из тех же бывших членов «Едра»), которые будут сносить памятники, учреждать языковые патрули и требовать завтра перейти в университетах на мокшанский. Вот в чем я сомневаюсь, так это в качестве управления этими территориями, перспективах построения в них процветающего общества и возможности организовать что-то более сложное, нежели выращивание помидоров.

Именно поэтому угроза «деколонизации» — это одна из немногих вещей, которая способна сплотить нынешние российские элиты (в том числе региональные) вокруг Путина.

Именно поэтому те, кто хоть чуть-чуть претендуют на то, чтобы быть политиками, этой повестки сторонятся. От ФБК или Яшина ее не услышишь. Но повестка идет сверху, она важнее и старше их.

Для того чтобы понять, откуда она идет, достаточно посмотреть на Радио Свобода. Во время СССР Радио Свобода было оплотом свободы слова. Оно противостояло тоталитаризму и рассказывало о свободе и рынке.

О чем рассказывает Радио Свобода сейчас?

В 2016–2017 годах оно запустило несколько отдельных проектов. Один, Idel.Реалии, — это о Поволжье. Поволжье, если вы не знали, — это объект российской имперской экспансии. Другой проект — Север.Реалии. Вы живете в Сибири? Для вас в 2017 году были запущены Сибирь.Реалии. Будьте уверены — они не пройдут мимо бед угнетенных колониальных народов Бурятии, Якутии и Тувы, тем более что кроме Free Russia Foundation есть еще Free Buryatia Foundation. Еще один проект Радио Свобода — легендарный Votvot, который Михаил Светов охарактеризовал как проект, освоивший «два миллиона долларов на деколонизации пельменей и повторном показе бесплатных фильмов». Радио Свобода, напомню, финансируется непосредственно Конгрессом, вещает на 27 языках и в 2023 году стоило 123 млн долларов.

Какой съезд оппозиции за рубежом ни возьми — обыкновенно будет там секция про деколонизацию с безденежными благородными донами, которые пытаются застолбить себе место в будущем пломбированном вагоне. «Экзистенциальной угрозой Западу является не поражение России в войне, а ее существование. Это миссия российской политэмиграции в войне России против Украины», — объяснял недавно на одном из таких конгрессов социолог Игорь Эйдман.

Замечательный режиссер Илья Хржановский и выдающийся публицист и писатель Михаил Зыгарь сняли целую сериюмульфильмов про «великих русских злодеев» — Александра Невского, Петра I, Александра Суворова и даже Петра Столыпина. Стихи — Дмитрия Быкова и Орлуши. Озвучка — Чулпан Хаматовой.Ролики выставленына одноименном канале с 24 подписчиками. Просмотры — 320 у Ермака, 209 — у Калиты, больше всех у Суворова — 1,3 тыс. просмотров.

Были бы у меня претензии к этим роликам, которые призваны «подтолкнуть российское общество к дискуссии по поводу нашего имперского прошлого», если бы они появились где-нибудь в 2002 году на российском ТВ? Ни малейших. Ровно наоборот, критическое отношение к власти было всегда важнейшей частью мысли.

Но тут нюанс. Сняты ролики, как указано в титрах, на деньги западных фондов, чьи страницы полныочаровательными женщинами в хиджабах, которые борются с климатическим колониализмом. Вот представляете, если бы британские активисты сняли издевательский мультик про кровавого Генриха VIII — но на деньги RT? Что бы вы сказали?

Крупнейший распределитель демократических грантов в США — это NED, National Endowment for Democracy. Заведует в нем распределением грантов на Россию Мириам Ланской. Мириам Ланской — соавтор книги Ильяса Ахмадова, бывшего министра иностранных дел республики Ичкерия, а до того — боевика в отряде Басаева. В своем интервью Мириам Ланской так описывает возможное будущее Чечни: «Обустройство Чечни под протекторатом ООН с введением временного управления на период, позволяющий выработать демократические нормы для свободного волеизъявления чеченского народа».

Само по себе мнение Мириам Ланской совершенно легитимно. Ну бывает, верит человек в умеренных мусульман, которые строят демократию под протекторатом ООН. Это у них, как известно, очень хорошо получается — что в Ираке, что в Афганистане, что в секторе Газа.

Но есть проблема. Предисловие к книге Мириам Ланской написал Збигнев Бжезинский. Бжезинский, как легко понять, ни в лепреконов, ни в умеренную мусульманскую демократию под протекторатом ООН не верит. Позволительно предположить, что Бжезинский, ветеран realpolitik и холодной войны, видит в «умеренной чеченской демократии» под протекторатом ООН инструмент дальнейшего сдерживания России.

Предшественницей Мириам Ланской в NED была Надя Дюк. Надя Дюк — дочь уроженца Западной Украины Петро Дюка, который во Вторую мировую,согласно конспекту его собственной биографии, был «завербован в германские части», а потом «стал частью национальной армии». Мы можем легко понять, каким образом в 1990-х годах украинские профессора, которые до этого учили студентов марксизму-ленинизму, вдруг открыли, что Украина всегда была колонией России и надо ее деколонизовать, особенно Юго-Восток.

«Деколонизация» — это вовсе не дискурс украинских активистов. Ровно наоборот — это дискурс, спущенный сверху добрыми деколонизаторами в рамках Мировой когнитивной войны. Это проект «1619» в переводе на русский и украинский.

Помните эту идею? «1619» — это проект NYT, который планировал переписать всю американскую историю как историю эксплуатации черных рабов. Во главе его NYT поставил Николь Ханну-Джонс,которая считала, что «белая раса — это крупнейшие убийцы, насильники, грабители и воры современного мира».

Для торжества такого дискурса нужны не только обвинения предполагаемых «жертв» — нужно обязательно раскаяние предполагаемых «угнетателей». Нужен совет из крупных интеллектуальных фигур и бесчисленных ноунеймов массовки, которые будут проводить семинары, митинги, стихийные сессии покаяния, обнаруживать всё новых жертв империи.

Еще раз повторим. «Деколонизация» — это вовсе не специфический идеологический инструмент, придуманный Западом для России. Если вы, например, заглянете в книжный магазин при Британском музее, то названия книг, которые вам там предложат, будут таковы: Legacy of Violence. The History of the British Empire, Britain’s Slave Empire, Black Tudors, Black and British, A Forgotten History, Possessions. Indigenous art/Colonial Culture/Decolonization.

«Деколонизация» — это специфический идеологический инструмент, придуманный западными марксистами, номенклатурой и активистами для порабощения и идеологического унижения той самой цивилизации, на которой они паразитируют.

Это инструмент, который берет всё, что раньше считалось достижениями Запада, включая территориальную экспансию, рост технологий, научный образ мышления, христианские ценности, экспорт цивилизации, и переименовывает это в «колонизацию». Точно так же он поступает и с Россией.

Обратим внимание, что у «деколонизаторов» нет проблем с Московской Русью — лапотной, дремотной и невежественной. Мишенью их критики служит именно Российская империя — могущественная, интернациональная, европейская, с немецкими императорами на троне, с остзейскими чиновниками, украинскими вельможами и грузинскими генералами. Они ненавидят ровно тот момент в истории России, когда она была частью победоносной Европы, и ровно те ее черты, которые ее делали победоносной и интернациональной.

Более того, инструмент этот в свое время был изобретен именно коммунистами, и первый человек, который ввел среди западных интеллектуалов моду на «деколонизацию», был личный друг Ленина и организатор всей зарубежной пропаганды для «полезных идиотов» Вилли Мюнценберг. По иронии судьбы то, что когда-то было сознательной подрывной деятельностью Коминтерна против Запада, обернулось теперь против проигравшей холодную войну, униженной, ослабленной, но недостаточно, по мнению «полезных идиотов», раздробленной России.

Это такой новый пломбированный вагон, который едет по рельсам из грантов.

Антикапитализм

Другая важнейшая часть этого дискурса — антикапитализм.

Антикапитализм — важнейшая составляющая часть любого варианта неомарксизма. Капиталист, предприниматель, индивидуальный собственник в лице любого марксиста — это всегда Сатана. Его надо отменить или по крайней мере пристыдить так, чтобы он проявил деятельное раскаяние и пожертвовал деньги на борьбу с такими, как он.

У Маркса капиталистов надо было отменять, потому что они крадут прибавочную стоимость. В другой разновидности марксизма — учении глобального потепления — капиталистов надо отменять, потому что они разогревают планету.

В российской разновидности Нового Коминтерна всё стало еще проще. Российских предпринимателей надо отменить, потому что они виноваты в войне. Это они соучастники Путина.

В июне 2022-го группа Ермака — Макфола предложила ввести персональные санкции против 100 тысяч россиян. В их число входили все олигархи (100 человек), 4,5 тыс. госчиновников, а также директора и члены советов директоров российских и белорусских компаний. Де-факто любой человек, который владел в России больше чем ларьком шаурмы, мог попасть под санкции, которые должны были быть наложены, по мнению комиссии Ермака — Макфола, во внесудебном порядке. Исключать людей из этого списка планировалось опять-таки по публичной оферте группы, в случае если тот, цитирую, «передает значительную часть своего личного состояния недавно созданному Украинскому фонду реконструкции, контролируемому правительством Украины».

Это не шутка. Чиновники предлагали включить в список санкций 100 тысяч богатых россиян и публично же предлагали способ «деятельного раскаяния». Нечасто видишь международный документ, в котором прямо в тексте размещено что-то, подозрительно напоминающее оферту взятки.

Почему подобный документ появился у комиссии, которую возглавлял Ермак, — понятно.

Но вот почему под этим подписался карьерный американский бюрократ Майкл Макфол, который параллельно начал писать посты о коллективной ответственности всех россиян?

Ответ заключается в том, что этот список полностью ложится в русло убеждений нового Коминтерна. Ты успешен — значит, ты виноват. В данном случае — ты военный преступник.

Этот список был не один. ФБК, который вроде бы должен защищать россиян в эмиграции, немедленно выкатил свой список, из 6000 поджигателей войны. В списке оказалась учительница химии из Липецка Сигарева Екатерина Андреевна, бывшая доверенным лицом Путина, художественный директор ансамбля «Волховчаночка» Светлана Рублевская, космонавт Антон Шкаплеров, преступление которого заключалось в том, что он оказался членом комитета по строительству крымского моста, и Наталья Андрианова, которая в должности замдиректора Росавиации «управляет государственным органом Российской Федерации, который поддерживает или реализует действия или политику, которые подрывают или угрожают территориальной целостности, суверенитету и независимости Украины».

Список продолжили такие выдающиеся военные преступники, как Владимир Альбертович Аушев, член совета директоров «Трансинжстроя», Азбукин Владимир Михайлович, член совета директоров «Приокского завода цветных металлов», первый заместитель «Русгидро» Роман Бердников, глава челябинского регионального фонда развития Вероника Цагараева и Чурикова Оксана Николаевна, возглавляющя в Тамбове издательский дом, который публикует газету «Тамбовская жизнь».

Просто чтобы было понятно для сравнения. После Второй мировой, когда союзники упивались своим могуществом, во вторичных Нюрнбергских процессах судили ровно три германских компании: IG Farben — за производство газа Циклон Б для лагерей смерти, Flick — за масштабное использование рабского труда, включая заключенных концлагерей и угнанных с завоеванных территорий людей, и Krupp — за то же самое, причем большинство обвиняемых были оправданы американским военным трибуналом.

Но тут без всякого суда комиссия Ермака — Макфола предлагала санкционировать 100 тысяч человек, виноватых в том, что они платили налоги. А великодушный ФБК — только 6 тысяч. Включая учительницу химии из Липецка.

Параллельно ФБК сняли спецпроект «Предатели». Главная его идея заключалась в том, что все представители бизнеса в России в 90-х были предателями. Они предали демократию.

Месседжи «Предателей» во многом повторяли пропаганду коммунистов за одним важным исключением. Главной темой коммунистической пропаганды в 1990-х было «Ельцин развалил Союз». Однако этого — самого очевидного — обвинения в фильме не было. Вместо этого он начинался волнующей сценой приватизации Ельциным недостроенной квартиры в уродливом доме на Осенней улице.

В 2023 годутему бизнесменов, ответственных за войну, поддержал союзный ФБК и FRF «Проект». Издание, прежде знаменитое своими блистательными расследованиями, выпустило расследование «Псы войны: путеводитель по российским олигархам военного времени».

Расследование было построено так. Сначала шел длинный эмоциональный рассказ о людях, убитых в Буче, — расстрелянной женщине, расстрелянном ребенке. Потом сообщалось, из какого вида оружия они расстреляны. Потом — кто поставил для этого оружия алюминий, или азотную кислоту, или молибден.

Вот эти-то поставившие и были псы войны. Четверть «НИИ стали», разработавшего алюминиевые броневые сплавы, сообщали нам, принадлежит владельцу АФК «Система» Владимиру Евтушенкову, азотную кислоту на завод им. Свердлова поставляет «Уралхим» Дмитрия Мазепина, а молибден для НПО «Прибор» поставляет компания Евгения Зубицкого. Компания «Альфастрахование» Михаила Фридмана, Германа Хана, Алексея Кузьмичева, Петра Авена и Андрея Косогова страхует некий «ЦНИИточмаш».

Коллективные списки и расследования, подобные «Псам войны», играли важную манипулятивную роль. Они должны были противопоставить «рядового эмигранта» «нехорошим богачам».

Рядовой эмигрант, уехавший из путинской России с ноутбуком и карточкой, на которой лежала тысяча евро, приглашался поучаствовать во флешмобе: отменим богачей. Это они виноваты в войне.

Также надо было отменять тех, кто известен. Чулпан Хаматову, которая была доверенным лицом Путина. Семена Слепакова, который недостаточно быстро написал антивоенную песню. Танцовщика Полунина, который выбил на груди татуировку Путина, и прочих.

Эта идея — вот они, богатые и знаменитые, и виноваты! — создавала идеальную атмосферу для коллективной травли всех, кто кланяется недостаточно быстро, а объектов травли приводила в соответствующее смиренное состояние. Не уверена, например, что Чулпан Хаматова взялась бы за озвучку пролеткультовских роликов Зыгаря, если бы не кампания торжествующей травли.

Но на самом деле кампания эта имела еще более страшный эффект. Она вводила понятие коллективной ответственности для всех богатых россиян и приглашала бедных поучаствовать в травле. А потом оказывалось, что карточки заблокированы у всех. В том числе и у тех, кто отменял Фридмана.

Инфантильный нацизм*

Здесь мы, собственно, подходим к третьей важнейшей составляющей современного неомарксизма — нацизм и расизм.

Возможно, многие сочтут слово «нацизм» дурным вкусом. Ведь в современной политической дискуссии чуть что, принято обзывать противника Гитлером. Но я тут использую это слово в его академическом значении, как во времена Чемберлена и Ломброзо, когда считалось, что некоторые нации и расы, — ну, например, евреи там, или азиаты, — не являются людьми в той же самой мере, что и белый англосакс.

Так вот, Новый Коминтерн тоже базируется на чистой, незамутненной и совершенно инфантильной дискриминации тех, кто имел несчастье родиться не с той графой и не с тем цветом кожи и разрезом глаз. С одной важной поправкой.

Классические нацизм и расизм отменяли народы за недостаточные способности, а нацизм Нового Коминтерна отменяет их за несоответствие высочайшим моральным идеалам.

Если белые когда-то держали черных в рабстве, то это все: это коллективный грех всей белой расы. И каждый белый — институциональный расист. И если ты это не признаешь, то это доказательство твоего расизма. Все россияне должны были выйти на улицу и свергнуть Путина. Не свергли? Значит, генетические рабы.

Здравый смысл снисходителен к конформизму обычных людей, порицает злодеев и восхищается героями. Он не будет отменять народ в тоталитарном государстве, — но он восхитится теми, кто вышел на площадь после вторжения СССР в Чехословакию. Новый Коминтерн же, наоборот, объявляет некую крайнюю позицию единственно эмоционально верной и правильной, а всех, кто ей не соответствует — недочеловеками.

Такая высокая заданная планка дает приятное чувство личного морального превосходства. Ведь предполагается, что тот, который задает такие рамки, — уж он-то им соответствует.

Могу рассказать очень смешную историю о том, как такая высокая планка работает. В санкционные списки Украины в свое время попали даже Сергей Петров, основатель группы «Рольф», который финансировал Навального, за что у него отобрали бизнес, и вице-президент Аэрофлота Андрей Панов.

В одном из эфиров я спросила главного спикера офиса президента Зеленского и одного из главных спикеров идеи поголовной ответственности россиян Михаила Подоляка, за что в санкции включили Панова, который публично осудил войну в двух своих колонках в Wall Street Journal и Financial Times, за что получил в России уголовное дело. Но Михаил Подоляк ответил: «значит, недостаточно осудил. Мало ли что опубликовал две колонки! Значит, надо было тысячу колонок опубликовать».

Шах и мат.

• ОТ РЕДАКЦИИ
  Автор настаивает на использовании термина «нацизм» для классификации описываемого явления, что представляется некорректным из-за исторического контекста, в котором нацизм четко указывает на национал-социалистическую идеологию и Третий Рейх.

Агрессор и жертва

Важнейшая психологическая манипуляция, которая очень важна для понимания структуры Нового Коминтерна, — это парадигма «угнетатель и жертва».

Это ее центральная часть. Вся woke culture, в сущности, и заключается в том, что всё, что было успешного в культуре Запада: наука, рационализм, индивидуализм, персональный успех, экспансия — было переименовано в «угнетение», «колониализм» и «имперство». «Расистской» была объявлена даже математика и грамматика.

Представьте себе, что вы черный мальчишка, который растет в Гарлеме. Вы можете упорно учиться, работать, воспользоваться всеми достижениями Запада и стать Томасом Соуэллом — величайшим социальным философом нашего времени. И вы можете ничего этого не учить и сказать, что вам все должны. Вы жертва.

Понятно, что томасы соуэллы среди представителей любой эпохи, любой расы и любой нации всегда будут в меньшинстве. А желающие быть жертвами — в большинстве. Быть жертвой — это очень приятное когнитивное упрощение. Это также идеальное средство воспроизведения электоральной базы. Ведь если вы вознаграждаете людей за проигрыш, то — как замечает тот же Соуэлл — они никогда не выиграют.

В случае военного столкновения woke-культура неизменно преобразовывает парадигму «жертва и угнетатель» в «жертву и агрессора». Причем агрессор — это всегда сильный, а жертва — это всегда тот, кто слабее и нуждается в донатах.

В случае российско-украинской войны эта парадигма легла идеально. С самого начала была задана очень высокая планка: Путин — агрессор. Россияне — тоже. Все российские военные, пересекшие границу Украины, — военные преступники. Сочувствовать им запрещено. За малейшее выражение сочувствия отменяют, как телеканал «Дождь» или Виктора Шендеровича.

А тот факт, что российский народ массово не соответствует этому высокому идеалу, лишний раз показывает его ущербность и выгодно оттеняет высокие моральные качества тех, кто разоблачает его дефекты.

Скажем снова: такая позиция по отношению к войне безумна.

Человечество воюет несколько тысяч лет, и, как правило, завоевательная война никогда не осуждалась жителями той страны, которая ее начала. Саргон Великий, Кир Великий, Александр Македонский, Цезарь, Наполеон — это были не военные преступники, а образцы для подражания. Мы с трудом можем себе представить митинг римлян на тему: «Юлий Цезарь, руки прочь от Галлии!»

Отказ от признания реальности

Еще одна ключевая парадигма — это игнорирование реальности.

Упражнение в игнорировании реальности — это основное упражнение левых интеллектуалов всего мира. Можно сказать, что это их системообразующая примета. Как буддист медитирует, чтобы впасть в нирвану, так современный левый интеллектуал натренирован не просто на то, чтобы не замечать реальность, — он мастерски обучен называть каждого, кто ее замечает, фашистом.

Мы даже можем сказать, что наступление на западную цивилизацию ведется с двух флангов. Один фланг — это имамы, которые требуют искоренить неверных, тиктокеры, которые постят видео о черных строителях Стоунхенджа, и прочие. Другой фланг — это интеллектуалы, которые запрещают это цитировать. Реакция таких интеллектуалов: не будьте фашистами, не цитируйте.

Абсолютно та же самая ситуация сложилась на российско-украинской войне.

Украинские активисты предъявляют к российскому обществу максимально невыполнимые требования. Что же российские интеллектуалы и активисты в пломбированной башне из слоновой кости? Они делают вид, что всего этого не замечают. Замечать — это фашизм. Бестрепетно они топят за границы 1991 года, за репарации и суд над российскими военными преступниками.

«Путинский режим, каждый пособник, каждый военный преступник и всё российское государство не должны уйти безнаказанными», — пишет Егор Куроптев, региональный директор FRF. «Хочу такого мира, когда будет разбита российская армия, уничтожен русский фашизм и Путин и другие военные преступники будут сидеть в клетке в суде», — пишет Сергей Медведев с Радио Свобода.

Тот факт, что Путин имеет стратегическое преимущество, что в реальных переговорах границы 1991 года не обсуждаются, что непрестанный крик «вперед» лишь стачивает восточных славян друг о друга, их не волнует. Замечать реальность — это так бестактно.

Выводы

Дискурс левых деколонизаторов и борцов с имперским прошлым не имеет отношения к реальной политике и тем ценностям, которые сделали Европу Европой. Это просто часть современной левой woke-культуры. Это типичное virtue signaling (демонстрация добродетели) и полная калька критической расовой теории в переводе на русский язык.

Главной жертвой этого дискурса стала Украина. Оказалось, что с таким подходом войну не выиграть. Левые хорошо раздают гранты, но плохо воюют — особенно если за ними стоят геополитики, которые, если уж так легла карта, не прочь стереть два куска расколовшейся империи друг о друга.

Но Украина, в отличие от Намибии, не является вечной жертвой имперских колонизаторов. Ровно наоборот: Российская империя была бы невозможна без симбиоза Великороссии и Украины, и нынешняя территория страны является результатом экспансии Российской империи, а потом СССР — на Запад. Те земли, которые составляют сейчас Юго-Восток Украины, были завоеваны у турок и татар Российской империей. Те земли, которые составляют Запад, были захвачены Сталиным у Польши.

ОТ РЕДАКЦИИ
Эти и последующие рассуждения автора о роли Украины в империи резко противоречат современной украинской историографии, представленной, например, в работах известного ученого, профессора Гарвардского университета Сергея Плохия.

Уроженцы Украины и в XVIII, и в XIX, и в XX веках, если угодно, были перепредставлены в правящей элите империи по точно тем же причинам, по которым в правящей верхушке Британии было более чем достаточно шотландцев.

Украина не покинула СССР беспомощной ограбленной жертвой. Она покинула его крупнейшей страной в Европе с 52 млн населения и крупнейшими запасами вооружения. К 2013 году это население упало до 46 млн (причем несколько миллионов человек уехали в Россию), промышленность рухнула, а оружие распродали.

В одном только 2014 году, когда уже началась война, Украина продала Т-72 — 23 штуки, Д-30 — 6 штук, МиГ 21 — 5 штук, МиГ-29 — 1 штука, Ми-8 — 6 штук, Ми-24В — 2 штуки, ракеты и пусковые установки (тип не указан) — 18 штук — почти на миллиард долларов.

Вопрос: если демократия — хорошо, а диктатура — плохо, то как получилось, что украинская демократия за 30 лет разворовала, распродала и растратила все свои ресурсы — от человеческих до чисто военных?

Как получилось, что в 2000 году Клинтон отказал Путину во вступлении в НАТО, но в 2002 году НАТО стало официальной целью Украины? Неужели путинская Россия в 2000 году уже была диктатурой?

Как получилось, что все разумные консерваторы — от Джорджа Кеннана, автора знаменитой концепции сдерживания России, до Патрика Бьюкенена, советника Рейгана, — предупреждали об опасности распространения НАТО на восток и сравнивали эту политику с выдачей необеспеченных векселей?

«Как Чемберлен дал Польше военную гарантию, которую он не мог сдержать, так и США начали выдавать военные гарантии НАТО шести странам варшавского пакта, трем балтийским республикам, а вскоре — Украине и Грузии. Если в Москве к власти придет враждебный режим и реоккупирует эти нации, — писал Бьюкенен, — не поздоровится никому». «Если два или три векселя, которые мы выдали, предъявят к оплате, то банкротство внешней политики США будет явлено всему миру», — продолжал он.

Создание СССР и его последующий распад превратили Восточную и Центральную Украину, как и многие другие окраины России, в потенциально кровавые земли. Избежать этого можно было бы, только если бы Россия вела мудрую и взвешенную политику, становясь естественным экономическим центром притяжения для соседних стран, неоконсерваторы не поддались бы искушению использовать Украину против России в том же качестве, в котором во время Крымской войны использовали против России Турцию, а в самой Украине не стал бы так влиятелен украинский левый активизм.

Вы хотите, чтобы в России было антивоенное большинство? Тогда у вас единственный шанс. Тогда вам надо сказать: эта война — безумие. Украинцы — братский народ. 10 млн жителей Украины имеют родственников в России. Как бы и в чем бы ни заключались разногласия между двумя обрубками империи, эта война создаст больше проблем, чем решит. Мы не хотим, чтобы наши сыновья убивали наших братьев. Каждая ракета, рвущаяся в Киеве, рвется в нашем сердце.

Если вы вместо этого пускаетесь в рассказ о необходимости деколонизации Крыма и запрещаете сочувствовать мобилизованным, то не удивляйтесь потом, что те, кто был сначала против войны, замолкают.

Это всё реальность. Для того чтобы ее понимать, вовсе не надо быть ватником. Но — как справедливо заметил как-то Томас Соуэлл — вещи, которые легко объяснить простому, но непредвзятому человеку, невозможно объяснить высокообразованному интеллектуалу с заранее выбранной позицией.

Человеку свойственно поддерживать свою группу. Военная солидарность — один из сильнейших двигателей войны. Человек воюет потому, что приказали, и потому, что братишка погиб. И тут ему говорят, что он еще и преступник. Бросит ли он воевать?

Россия традиционно подражает Западу. Но те ценности, которые проповедует сейчас паразитическая левая номенклатура и обслуживающие ее интеллектуалы, не имеют ничего общего с теми ценностями, которые сделали Запад Западом. С индивидуализмом, свободой слова, рынком, защитой частной собственности и рациональностью.

Это когнитивный пломбированный вагон, который, будем надеяться, сошел с рельсов после избрания Трампа.