Original Material
«Пропали люди антисоциального образа жизни». В деревнях Ивановской области похищают мужчин, чтобы отправить их на войну
В похищениях могут быть замешаны местные власти
В Ивановской области неизвестные похищают местных жителей, принуждают их подписывать контракт и ехать на войну. Родственники пропавших рассказывают «Вёрстке», что мужчины выпивали, перебивались случайными подработками и не отличались крепким здоровьем. Их близкие считают, что похитители прицельно искали «неблагополучных» односельчан — а списки таких мужчин помогли составлять местные власти.
Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал
«Где гарантия, что завтра не придут в ваш дом? В наши дома? Братцы, это что делается-то?! Пришли, забрали человека из постели, вывели — не дали даже одеться, посадили в машину, увезли! Нет, вы извините меня, у него мама пожилая. Вы не подумали о том, что будет с ней?» — возмущается на видео Алёна Тихомирова, активистка из Ивановской области. В январе 2025 года она встречалась с жительницами деревни Никониха, чтобы поговорить о похищении их близких. Позже они узнают, что мужчин отправили на войну в Украину.
С осени 2024 года в Ивановской области при странных обстоятельствах пропали по меньшей мере шесть местных жителей. Об этом «Вёрстке» рассказали их родственники — они уверены, что близких похитили.
Сценарии пропажи людей похожи: мужчины отправляются на подработку и исчезают — или к ним приезжают неизвестные и куда-то силой увозят. По словам родственников, большинство похищенных не имели постоянной работы, нередко выпивали. У некоторых даже не было своего телефона — и номера, к которому можно было бы привязать банковские услуги. При этом, как говорят близкие пропавших мужчин, при подписании контракта с Минобороны похищенным каким-то образом открывали счета в «Промсвязьбанке».
Родственники не смогли выяснить, остаются ли выплаты за службу на счетах пропавших мужчин или их присваивают похитители. При этом в октябре прошлого года стало впервые известно о мошенничестве со стороны сотрудников пункта отбора: в соседней Владимирской области полиция задержала трёх человек, которые крали деньги у добровольцев, подписавших контракт. Мошенники забирали у военных сим-карты и получали доступ к их зарплатным счетам, а затем выводили средства.
Случай в деревне Никониха
О пропаже мужчин в Ивановской области местные жители стали рассказывать в соцсетях в начале 2025 года. 13 января блогер и волонтёр Евгений Шманцарь из Кохмы («Жека Кохомский») выложил в телеграм-канале видео, где он и активистка Алёна Тихомирова опрашивают двух жительниц деревни Никониха.
На видео женщина по имени Татьяна Малкова говорит, что в середине декабря 2024 года в Никониху приехали трое мужчин и зашли к ней домой без предупреждения. На вопрос, кто они, ответили «вас не волнует» и отказались предъявить документы. Но показали бумагу со списками местных жителей.
Тихомирова утверждает на видео, что эти списки составляла администрация Парского поселения, куда входит деревня Никониха. «Малоимущие, пьющие и неработающие. В этих списках в основном вот такие люди», — объясняет активистка.
Татьяна Малкова рассказывает, что двое незнакомцев забрали её сожителя, когда он убирал снег на улице. Один из неизвестных в этом время остался с женщиной дома. Он спрашивал, где её сын, и угрожал арестом.
«Вёрстка» выяснила, что сожителя женщины зовут Максим Андриевский. 46-летний мужчина присматривал в деревне за скотиной и следил за участком, который арендует адвокат из областного центра. По словам родственницы Андриевского, i мужчина он «неблагополучный», много выпивал — несмотря на приступы эпилепсии и запреты врачей. Андриевский мог, по её словам, держаться и не пить, но его спаивала сожительница, Татьяна Малкова: «Я говорю: „Тань, ему пить нельзя“. — „Ну чуть-чуть… чтобы он меня не бил“».
У Максима была сломана лодыжка, рассказывают сожительница и родственница Андриевского. Так его, всё ещё хромого, и увели неизвестные. Одежда похитителей была похожа на полицейскую форму, утверждает Татьяна Малкова. Родственница Андриевского рассказала «Вёрстке», что в тот же день полицейские также заезжали к матери Максима и забрали его паспорт, хотя «военник» и СНИЛС оставили.
После того, как её сожителя забрали, Малкова вышла из дома — и увидела, что те же мужчины куда-то уводят и сына её соседки Антонины Савельевой — 39-летнего Александра. Антонина Савельева рассказывает «Вёрстке», что у Александра тоже не было постоянной работы. Иногда удавалось только попасть на вахту, но больших денег заработать никогда не получалось: Александр выпивал и часто болел.
О пропаже Савельева заявила в полицию, но ей сказали, что мужчину объявят в федеральный розыск только через месяц, если он не найдётся. Ещё в полиции посоветовали женщине «идти к военным», потому что сами они «с военными бодаться не могут». «А я могу, да? В общем, продинамили, короче», — говорит Савельева «Вёрстке».
Савельева и Малкова нашли ещё двух односельчан, которых пытались похитить и, вероятно, отправить на войну — но они смогли сбежать. Как считают женщины, неизвестные избивали мужчин в заброшенном детском лагере, заставляя подписать контракт на «СВО». Блогер Евгений Шманцарь рассказал «Вёрстке», что это могло происходить в лагере «Лесная полянка». Родственница Андриевского утверждает, что видела ролик с этими похищенными мужчинами после их избиения: его якобы выложила активистка Алёна Тихомирова. «Там вернулись двое, но избитые. И потом через два дня это [видео] удалено было. Я в шоке была, они там вообще синие», — описывает видео девушка.
«Вёрстке» не удалось найти само видео, а Алёна Тихомирова проигнорировала сообщение от журналистки. «Они не стали разговаривать, потому что они боятся уже. Они сидят там зашуганные, запуганные, — говорит Шманцарь после встречи со сбежавшими мужчинами. — Там началось уже следствие, они уже со всем разберутся».
Родственницы Андриевского и Савельева уверены, что с похищениями связана администрация Парского сельского поселения. «Потому что здесь рука руку моёт. Администрация моёт руку полиции. Откуда у них списки?» — говорит родственница Андриевского. Она не понимает, как ещё могли похитители додуматься, что нужно ехать именно в Никониху за безработными мужчинами: деревня находится в такой глуши, что даже таксисты туда не могут доехать, а рядом нет ни аптек, ни магазинов. «А они конкретно приехали, зная, куда, и зная, в какой дом зайти!» — возмущается девушка.
Мать пропавшего Андриевского, по словам его родственницы, пыталась попасть на приём к главе поселения Лидии Малковой — но безуспешно. В Иванове, в пункте отбора на службу на улицы Парижской Коммуны, ей сказали, что Андриевского у них нет, а дальше в другие органы обращаться родственница не хочет.
Шманцарь в видео от 14 января говорит, что после публикации истории из Никонихи ему стали поступать сообщения из разных мест Ивановской области о пропавших, которые вели «антисоциальный образ жизни». Сейчас все три публикации про похищения людей удалены со страницы Шманцаря в VK по требованию Генпрокуратуры. Но они остаются доступны через VPN (1, 2, 3).
«Вёрстке» не удалось дозвониться до администрации Парского поселения, в которое входит деревня Никониха. Не ответила глава Парского Лидия Малковаi и на звонки на личный телефон.
«Поехал только наш дурачок»
Жительница Иванова Марина Петроваi узнала о пропаже бывшего мужа в ноябре 2024 года от своей подруги. Она рассказала, что житель села Шилыкова Игорь Бикбулатов не пришёл на почту за ежемесячной пенсией ветерана Чеченской войны. Он часто выпивал, но так никогда не пропадал, сказала «Вёрстке» его дочь Елена Бикбулатова.
Соседи Бикбулатова рассказали его родным, что в посёлок приезжал неизвестный мужчина на красной машине. Он предлагал местным ехать работать в Белгород — якобы «восстанавливать город». «Никто не согласился, поехал только наш дурачок», — рассказывает дочь Бикбулатова. Больше Игоря не видели.
Узнав о пропаже бывшего мужа, Марина Петрова подала заявление в полицию. Примерно через месяц её позвали в отделение.
«На меня [там] наорали — дескать, я его ищу только из-за квартиры. Я им пыталась объяснить: какое я имею вообще отношение к этой квартире, если он мне бывший муж, мы в разводе уже 24 года? — возмущается Петрова. — Единственная, кто имеет к ней отношение, это моя дочь Елена. На что мне этот гражданин полицейский сказал прямо матом: „Хуй тебе, хуй твоей дочери, нихуя вы не получите!“»
Затем полицейский потребовал от Марины, чтобы она отказалась от поисков бывшего мужа. Потому что его уже нашли — на войне в Украине.
От полиции родные узнали номер части, в которой якобы служит Бикбулатов — 29750. «Была проблема её найти. Потому что её не существует», — говорит его дочь Елена Бикбулатова. Номер дали с ошибкой.
Елена поехала в военкомат по месту прописки отца в Лежневе, там ей сообщили, что её отца отправили на «СВО». В пункте отбора в Иванове Елене удалось получить выписку из личного дела отца, а также копию контракта и выписку из приказа от ноября 2024 года. При этом в выписке указана другая часть — в/ч 95410, а настоящий номер — 29760 — ей сказали в военкомате.
Она уверена, что Бикбулатов пошёл на службу недобровольно. «Он пьёт больше 20 лет и весом килограмм 40 – 45 при росте 170. Какой из него военный — непонятно. Он никогда никуда не высовывался вообще», — говорит девушка.
В середине января Елена написала заявление в военную часть в Луге с просьбой предоставить информацию о месте службы отца. Также девушка обратилась в военную прокуратуру, управление СК по Ивановской области, комитет по правам человека, приёмную Бастрыкина и МВД. «Все ответы, которые мне приходили, сводились к тому, что „ваше заявление перенаправлено“ туда, „перенаправлено“ сюда, — говорит Бикбулатова. — Короче, они [органы] просто пересылали их друг другу».
Елена не понимает, как отец мог оформить контракт с переводом денег на карту, если у него не было телефона и симки для оформления счёта в «Промсвязьбанке». «Скорее всего его личный банковский счёт зарегистрирован на номер похитителя», — написала Елена в обращении к Уполномоченной по правам человека в Ивановской области Светлане Шмелёвой, которое есть в распоряжении «Вёрстки». Елена также сообщила «Вёрстке», что ей удалось заблокировать карту отца в «Промсвязьбанке», позвонив в службу поддержки.
Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал
Исчезновение братьев Додоновых
Братья Евгений и Владимир Додоновы пропали в декабре 2024 года. 49-летний Евгений пошёл на работу экспедитором и не вернулся, 47-летний Владимир отправился на встречу, где ему должны были предложить охранять машины.
По словам дочери Евгения, Виктории Розановой, 12 декабря Владимир позвонил матери и сообщил, что неизвестные люди «везут его по какой-то трассе», после чего связь оборвалась. Ранее он говорил, что ему предложили работу и он собирается идти на встречу с будущим работодателем.
На следующий день после того, как Додонов сообщил, что его похитили, Розанова с матерью Владимира и Евгения обратились в полицию и вскоре — в «Лиза Алерт». «Вот на этом поиски, грубо говоря, закончились, потому что полиция не стала выяснить ничего, — говорит девушка. — Дядя — весь больной, инвалид, прошёл две Чечни. То есть он и работать особо не может. А тут — на войну пойти?»
В пункте отбора на улице Парижской коммуны в Иванове Розановой дали копию военного контракта её отца. Но дата рождения там стояла не Евгения, а его брата — Владимира, также стояла и его подпись. Контракт самого Владимира Виктории не предоставили.
Следующий раз Владимир Додонов вышел на связь с неизвестного номера в конце января, уже из госпиталя в Белгородской области, в санатории «Красная поляна». По словам Розановой, туда его привезли в «тяжёлом состоянии», но подробностей она не знает. О похищении Владимир рассказал, что его два дня держали в каком-то помещении, где его и ещё несколько людей били и давали пить вино, от чего постоянно хотелось спать. «Он говорит: „Я помню давали какие-то документы, а как подписывал, не помню“», — пересказывает Розанова разговор с дядей. Владимир последний раз видел своего брата Евгения на передовой. Похитители были с ними на сборном пункте. С отцом у Розановой нет связи с момента его пропажи.
«Вёрстка» связалась с сотрудником госпиталя, который на условиях анонимности подтвердил, что видел Владимира Додонова и давал ему позвонить со своего телефона. «Ничего [у него] не было: ни телефона, ни сим-карты, ни просто карты банковской, ничего из вещей такого», — рассказывает собеседник «Вёрстки». Он видел, что у мужчины были перемотаны ноги и заметил следы от антисептика.
«Когда мы обратились в военный Следственный комитетi, и когда вроде как наше дело взяли и начали рассматривать, у них там был допрос [папы и дяди], и всё подтвердилось, что да, их там выкрали, похитили, заставили», — утверждает Виктория.
Из приказов Додоновых, которые есть в распоряжении «Вёрстки», следует, что они также приписаны к части 29760, в городе Луга, Ленинградской области.
Ушёл в магазин и не вернулся
Жительница Иванова Оксана Турлапова пошла гулять с ребёнком утром 28 января. Вместе с ними из дома вышел её брат Вадим Вальков — он собирался дойти до магазина и немного прогуляться.
Турлапова говорит, что брат часто выпивал, но всегда возвращался домой. На этот раз домой он больше не вернулся. На следующий день после пропажи брата Оксана стала обзванивать полицию, госпитали и морги. 30 января Вадим позвонил ей с неизвестного номера и сказал, что его похитили. Турлаповой он сказал, что к нему подошли двое мужчин, напали на него и посадили в машину. Вальков добавил, что, вероятно, сейчас «едет на СВО». Он поклялся, что ничего не подписывал и не собирался на войну.
За полгода до этого Турлапова обсуждала с братом, готов ли он поехать воевать. Тот на фронт точно не хотел — в том числе потому, что ему было уже 53 года и он слеп на один глаз.
Во время звонка Вадим успел сказать, что у него отняли личный мобильный телефон и кто-то упомянул, что он в Воронеже. «Я ему говорю: ну, может, сбежать?» — «Оксан, куда сбежать? Это вообще-то воинская часть, а не детский лагерь», — пересказывает Турлапова разговор с братом. Номер части мужчина ей не сообщил.
Вальков звонил сестре с номера, который «Вёрстка» индентифировала как контакт 20-летнего Кирилла Заеца. Его также по открытым данным нашла Турлапова и увидела его фото в соцсетях.
После звонка Оксана написала сообщение на этот номер и попросила держать в курсе, куда отправится брат. В ответ ей написали, что Вадим дальше поехал с другим человеком и дали его контакт. Как рассказывает женщина, по этому телефону незнакомец сказал ей, что не знает, где находится Вальков — но добавил, что сам едет на фронт как доброволец, «проехал Рязань».
Сестра Валькова по открытым данным выяснила, что «добровольца» зовут Константин Галин, и нашла его фотографии. В конце января Турлапова пошла в отделение полиции по Советскому району Иванова — но сотрудник, который записывал её обращение, не принял во внимание телефонные номера, по которым она связывалась с братом и неизвестным «добровольцем». «Я ему сказала, что вот, брат выпивал, и он зацепился именно за эти слова, типа: „Да мало ли что он вам там спьяну наговорил“, — вспоминает она. — Пусть даже если человек выпивал, но это же не значит, что его, как скотину, должны забрать и утащить».
В пункте отбора на улице Парижской Коммуны сказали Турлаповой, что у них нет копии контракта её брата. Оксана обратилась в военную прокуратуру Ивановского горнизона, копия документа есть у «Вёрстки». Там сообщили, что такая пропажа — не единичный случай в Иванове. «Он [военный прокурор] посмотрел по своим данным и сказал, что данных о том, что он [брат] заключил контракт, нет и, наверное, его комиссовали. Он добавил: «Ждите, брат придёт», — рассказывает она. По мнению Турлаповой, её так пытались успокоить, ведь «комиссовать» могут только, если у человека уже был договор с Минобороны.
Вскоре Турлапова снова пошла в прокуратуру, и тот же прокурор, с которым она общалась ранее, на этот раз сказал, что её брат заключил контракт 11 января. Однако в местном пункте отбора ей дали выписку из приказа, в котором сказано, что Вадим — на военной службе по контракту и что ранее на срочную службу он не призывался. При этом, по словам Оксаны, Вальков проходил «срочку».
Согласно выписке из приказа, которая есть у «Вёрстки», Вальков — в той же войсковой части в Луге, где и Бикбулатов и Додоновы.
«Такого у нас нет»
Турлапова и Розанова периодически звонят в воинскую часть в Ленобласти, чтобы узнать про родных. Розановой говорят, что происходит с её дядей, жив он или нет и где находится. Турлаповой неизменно говорят: «Такого у нас нет».
В середине февраля Турлапова пришла в пункт отбора на Парижской коммуны и сидела там два часа, чтобы застать начальника пункта и попросить его найти контракт брата. «Ко мне подходили три разных человека и просили удалиться, — говорит она. — Наверное, они не хотели, чтобы я что-то слышала. Например, я видела, что все выпивающие люди подписывали контракт — там не было ни одного нормального мужчины, только немного опустившиеся люди».
В пункте отбора Турлапова заметила Заеца в гражданской одежде и Галина в военной форме. Хотя раньше Галин уверял Оксану по телефону, что едет на войну как доброволец.
Чтобы удостовериться, что перед ней действительно Константин Галин, Оксана набрала его номер телефона. «Я слышу — идёт звонок, вхожу в кабинет [куда зашёл Константин], он берёт трубку и говорит: „Да, вас слушаю“. А я ему говорю: „Давайте с вами поговорим“», — вспоминает Турлапова. Они вышли в коридор. На вопрос Турлаповой, зачем он её обманул, Константин ответил, что она всё придумала.
«Вёрстка» связалась Галиным, и тот сказал, что его уже допрашивали по поводу ситуации с Вальковым. «Все вопросы по поводу этого, так скажем, происшествия, которое инициирует сестра [Валькова], сегодня был в военном следственном управлении и ответил следовательноi. Разглашать какие либо данные о личном составе действующей армии я не уполномочен», — сказал он.
Дозвониться до Кирилла Заеца «Вёрстке» не удалось. Журналистка позвонила по телефону пункта отбора на улице Парижской Коммуны. Мужчина, представившийся Сергеем, сказал «Вёрстке», что Заец и Галин — инструкторы пункта отбора. «Вёрстка» подтвердила, что номер принадлежит Галину. Из данных о его доходах, которые есть распоряжении редакции, последние несколько лет 2024 года он работал в исправительной колонии, а в прошлом году — в «Вайлдберриз».
«Криминальные элементы»
По мнению директора правозащитной группы «Гражданин. Армия. Право» Сергея Кривенко, сценарий с похищением социально уязвимых мужчин для найма на контракт вполне возможен. Он объясняет это необходимостью привлекать солдат на фронт и усилиями, которое государство на это тратит.
Кривенко отмечает, что оформить военный контракт и сделать банковский счёт для выплат довольно легко — главное, чтобы кандидат на службу имел при себе паспорт. «За кого-то расписаться, за кого-то симку купить, оформить [её] и отдать. Ну, то есть я думаю, что это вполне реальные истории», — отмечает правозащитник.
До начала полномасштабной войны в Украине встречались случаи вымогательства денег у контрактников. По словам Кривенко, криминал в армии вообще распространён. «Когда пошла первая программа по созданию контрактной армии, контрактникам стали платить большие по тем временам деньги. И вокруг них стали собираться криминальные элементы, которые стали разными способами либо внутри воинской части через офицеров как-то делать так, чтобы эти военнослужащие делились, либо извне», — вспоминает эксперт.
В октябре прошлого года во Владимирской области подтвердился случай мошенничества с выплатами военнослужащих на фронте. Полиция задержала сотрудников пункта отбора, которые присваивали себе средства контрактников. «Оформлявшие документы сотрудники пункта отбора присваивали сим-карту, которую должны были выдать гражданину вместе с привязанной к её номеру банковской зарплатной картой», — сообщали в МВД. Задержанные получали доступ к счетам контрактников и похищали их выплаты. Мошенники украли более 11 млн рублей.
Родственники пропавших мужчин в Ивановской области не имеют доступа к их банковским счетам, на которые поступают деньги за контракт, и не знают точно, имеют ли их близкие военнослужащие доступ к выплатам.
Гроб с замазанным окошком
В первый месяц пропажи брата Турлапова не могла нормально есть. Коллеги стали отмечать, что она сильно похудела. «Я даже не хотела ни с кем общаться, — вспоминает она, — поняла, что приходится мне это рассказывать каждый раз, а для меня это боль, и я замкнулась в себе. Я просто ненавидела мир». Девушка работает парикмахером, и ей пришлось, как она говорит, «забить» на работу, потому что у неё больше не было на работу времени.
Из-за отсутствия брата, который часто присматривал за матерью, Оксана переехала с ребёнком жить к маме — и сейчас живёт на её пенсию. Времени на работу не хватало и из-за постоянных посещений различных ведомств. «Даже было такое, что иногда рука тянулась к алкоголю. Но потом я себя останавливала и понимала, что это ни к чему хорошему не приведёт», — рассказывает Турлапова.
Оксана рассказывает, что 21 февраля в военном следственном отделе СК по Ивановскому горнизону майор юстиции Артем Маслов показал ей видео с Вальковым. На ролике Вадим стоит в бронежилете и отвечает на вопрос человека за кадром, добровольно ли он подписал контракт на «СВО». «Я, если честно, не помню, я бухой был, очнулся уже здесь [на войне] в военной форме», — пересказывает Турлапова слова брата из видео. Полностью видео майор посмотреть ей не дал.
Через четыре дня Турлапова вернулась в военный следственный отдел и написала заявление о привлечении к делу пропажи брата сотрудников пункта отбора Константина Галина и Кирилла Заеца. Сотрудник отдела СК Александр Мартынов, который принял у неё заявление, сообщил Турлаповой, что её брат находится в Марковке Луганской области и служит сапёром.
«Молю Бога, чтобы брат вернулся, чтобы война закончилась, — говорит Оксана, — Верю в то, что он родился в рубашке, что он вернётся и, возможно, это для него будет каким то уроком. Возможно, он изменится».
Елена Бикбулатова после пропажи отца подолгу сидела дома и много плакала. Чтобы отвлечься, шила футболки для «Вайлдберриз», но всё равно всё свободное время посвящала поискам отца. Каждый день проверяла почтовый ящик, ожидая хоть каких-то сообщений об Игоре Бибкбулатове — и постоянно сидела в чатах, где отслеживала новости о ситуации на фронте. «Очень сложно найти человека без связи, без каких либо контактов, без знания чего, куда, какая часть, какой позывной, какое направление, — вспоминает девушка, — Я думала, у меня ничего не получится».
Её отец Игорь вышел на связь 6 марта. Один из офицеров помог ему созвониться с дочерью. «Ну давай говори, чё ты, как соскучился, как ты любишь их», — говорит закадровый голос на видео с Бикбулатовым, которое, по словам девушки, она получила от командираi. «Дочь, привет! У меня всё хорошо, так что не переживай, вот дождичек маленько [идёт]. Дочь, никуда там ничего не пиши там ни по комитетам, здесь всё замечательно», — говорит Игорь Бикбулатов.
Другие родственники пропавших, с которыми поговорила «Вёрстка», утверждают, что всё ещё не могут связаться с родными. Журналистка «Вёрстки» не смогла дозвониться ни до братьев Додоновых, ни до Вадима Валькова. Актуального номера Андриевского найти не удалось. Где он сейчас, до сих пор неизвестно, говорит его родственница «Вёрстке». «Если я даже о нём ничего не слышу, значит, он живой», — уверена она.
Дядя Виктории Владимир Додонов последний раз выходил на связь в феврале. Девушка узнала, что дяде трудно ходить — и его отправили в одну из военных частей Пскова. Там он продолжает служить, так как не может расторгнуть контракт. Он также сказал племяннице, что в самых боевых действиях не участвовал, хотя ранее в военной части в Луге ей сообщали, что он на Купянском направлении.
Отец Розановой — Евгений Додонов — числится как пропаший без вести, об этом ей сказали по телефону военной части. «Бабушка себя очень плохо чувствует. Не спит ночами, не ест вообще ничего», — рассказывает Розанова о состоянии семьи после пропажи отца и дяди.
Виктория работает пекарем в кафе и после смены либо постоянно сидит в телефоне, либо ездит в Следственный комитет, чтобы узнать хоть какую-то информацию о родных. «Постоянно бегаешь в неизвестность. Как дальше? Чего дальше? Чего мы добьёмся? Добьёмся мы вообще какой-то справедливости или нет?», — говорит Розанова.
Волонтёр Евгений Шманцарь 12 февраля опубликовал видео в VK, где рассказал об угрозах. «Мне идут много сообщений от знакомых, да и не от знакомых, что будь острожен. Сейчас на тебя везде навели бинокли, а эти люди, ты сам понимаешь, ничего святого, ничего людского нету, им ничего не стоит тебя убрать», — говорит волонтёр на видео. По какой именно причине ему поступают угрозы, он не пояснил, этот вопрос от журналистки «Вёрстки» он проигнорировал.
20 февраля в другом видео Шманцарь рассказал про удаление его роликов в VK по требованию Генпрокуратуры. «Я полагаю, что к этому приложили руку наши какие-то административные ресурсы для того, чтобы прикрыть свою жопу», — говорит мужчина. По его мнению, «дискредитацией армией» являются не его видео с родственниками пропавших мужчин, а сами похищения. Больше на эту тему блогер не выступал.
Антонина Савельева продолжала искать пропавшего сына и ждать ответов от органов на её заявления, пока 21 января к ней домой не пришли военные. Они сообщили, что Савельев погиб 10 января в результате потери крови из-за ранения в Харьковской области. Его тело привезли в гробу через несколько дней, похороны состоялись 29 января.
Савельева до сих пор не уверена, что в могиле лежит именно Александр, потому что окно цинкового гроба было закрашено, а вскрывать его она не стала, потому что это дорого. Женщина получила от властей компенсацию в 50 тысяч рублей для ритуальных услуг, а Минобороны помогло организовать похороны. «Это вроде с помпой всё было [похороны], но как мне смотреть на всё это? Человека, считай, просто убили», — грустит Савельева. Из извещения о смерти она узнала, что сын был приписан к той же самой военной части в Луге, что и другие похищенные.
Савельева хочет, чтобы «наказали этих тварей», которые похитили её сына и отправили на «СВО». Ей известно, что следствие всё ещё идёт. «Сказали, чего-то как-то маленько сдвинулось, — говорит она, — И этих как бы [похитителей] арестовали». Но деталей ей узнать не удалось.
Текст: Анастасия Короткова, «Знаки препинания»
Обложка: Алиса Кананен
Каждая история — это голос человека, который нуждается в том, чтобы его услышали. «Вёрстка» рассказывает истории людей из разных уголков России, давая возможность каждому быть услышанным. Подпишитесь на ежемесячную поддержку «Вёрстки» сейчас, чтобы продолжать читать нас завтра!