«Для значительной части общества это просто констатация факта»

«Альтернативу для Германии» признали экстремистской партией — что это значит? Она вообще сможет существовать? И как теперь изменится политическая жизнь Германии?

2 мая Федеральное ведомство по охране Конституции ФРГ признало партию «Альтернатива для Германии» (АдГ) «убежденной правоэкстремистской организацией». Этот статус не означает запрета ее деятельности, но дает полиции право применения обширных механизмов прослушки и наблюдения. «Медуза» поговорила с политологом, директором берлинского Центра изучения Восточной Европы Дмитрием Стратиевским и с историком-германистом, редактором немецкого проекта Dekoder Дмитрием Карцевым о том, чем обусловлено это решение и как оно повлияет на будущее партии и в целом Германии.

Как вы оцениваете текущую роль АдГ в политической жизни Германии?

Дмитрий Стратиевский: Cейчас АдГ — одна из наиболее значимых партии страны. Начинала она как небольшая партия евроскептиков, правой профессуры и ультраправых консерваторов, не реализовавших себя в других политических силах, но за прошедшие 12 лет стала константой германской политической жизни и частью истеблишмента. Она пользуется популярностью, что видно по ее результатам на выборах самого разного уровня. В пяти землях на востоке страны АдГ, по сути, стала народной партией — у нее есть стабильный электорат, и она прирастает новыми симпатизантами.

Дмитрий Карцев: Сейчас «Альтернатива для Германии», наряду с Левой партией, стала основной партией проекции недовольства деятельностью федерального правительства. Такие «партии проекции» в недавней немецкой истории уже были — например, в свое время эту функцию выполняла Партия зеленых. Они привлекают избирателей, которым в деятельности правительства не нравится не что-то конкретное, а, скажем так, весь его «вайб». В последние месяцы такое недовольство вызвал, например, довольно сложный процесс принятия финансового пакета или долгое формирование правительства, которое потребовало множества компромиссов. В этих условиях АдГ привлекает к себе, в частности, недовольных избирателей Христианско-демократического союза (ХДС) с более правыми взглядами. Кроме того, на фоне нестабильности рейтингов Союза Сары Вагенкнехт часть его потенциальных сторонников тоже переходит к АдГ, особенно на востоке страны.

Чем обусловлено решение Федерального ведомства по охране Конституции о признании АдГ экстремистской партией?

Дмитрий Стратиевский: Это решение сформировалось не вчера и даже не позавчера. Германские спецслужбы давно вели наблюдение за АдГ. Ранее были признаны правоэкстремистскими местные земельные ячейки в трех восточногерманских федеральных землях, а также молодежная организация партии «Молодая альтернатива» и одна из крупнейших внутрипартийных фракций под названием «Крыло», которые затем были распущены. Поэтому решение о признании АдГ экстремистской давно назревало, но правоохранителям не хватало доказательств. Германия — правовое государство и парламентская демократия, поэтому на их сбор уходит довольно много времени. Это касается не только запрета партии, для которого установлены очень высокие барьеры, но и начала полноценного наблюдения за партией и признания ее правоэкстремистской. Поэтому решение ведомства по охране Конституции стало результатом многолетних наблюдений и сбора доказательств.

Дмитрий Карцев: В своем докладе Федеральное ведомство по охране Конституции объясняет, что сейчас идет третий этап проверки деятельности АдГ — сначала велось наблюдение и проверка отдельных случаев, в 2021 году партии было вынесено подозрение, и вот теперь на основании собранных доказательств она объявлена правоэкстремистской. Ведомство изучило подозрения и посчитало их обоснованными, тем более что партия не меняет свою политическую программу и лозунги. В 2022 году административный суд в земле Северный Рейн — Вестфалия подтвердил, что у ведомства были основания для вынесения подозрения в склонности АдГ к экстремизму, и последующие расследования это доказали.

Одно из обоснований заключается в том, что АдГ считает неравноправными граждан Германии с миграционными корнями, приехавшими из стран с преимущественно мусульманским населением. Еще один важный момент заключается в том, что руководство партии в течение долгого времени сохраняло связи с молодежной организацией, которую уже давно признали экстремистской и недавно распустили. Кроме того, отделения партии на востоке Германии — в Бранденбурге, Саксонии, Тюрингии и Саксонии-Анхальт — уже объявлены правоэкстремистскими. Влияние лидеров этих отделений в АдГ росло, и это, я думаю, в определенной степени повлияло на решение.

Повлияла ли на принятие этого решения текущая политическая обстановка — внушительный результат на последних парламентских выборах и растущая поддержка, о которой говорят последние опросы?

Дмитрий Стратиевский: Честно говоря, я не нахожу здесь актуальную политическую подоплеку. Действительно, руководство партии «Альтернатива для Германии» уже заявило о политическом давлении и о том, что ведомство по охране Конституции придерживается политически предвзятого подхода. Но я таких процессов не наблюдаю. Если были бы какие-то признаки политического давления, то АдГ могла бы быть признана правоэкстремистской еще раньше. Ведомство по охране Конституции вело очень тщательный сбор и на земельном, и на федеральном уровне, и сегодня мы видим лишь вершину пирамиды.

Ведь эта партия и ранее демонстрировала весьма высокие результаты: в 2024 году она победила в Тюрингии и заняла второе место в двух других федеральных землях, на выборах в бундестаг и на выборах в Европарламент. То есть она оказывает серьезное влияние на жизнь страны. Однако сейчас действительно было накоплено достаточное количество доказательств для того, чтобы объявить АдГ экстремистской, — отчет, на основании которого вынесено такое решение, насчитывает 1 100 страниц.

Дмитрий Карцев: Есть и будет много спекуляций относительно того момента, когда было вынесено это решение, однако мы видим, что проведенное ведомством расследование с выборами и в целом с политической конъюнктурой не связано. В то же время политическая конъюнктура могла повлиять на решение министерства, в ведении которого находится Федеральное ведомство по защите Конституции. Дело в том, что в декабре 2024 года предыдущий руководитель ведомства по охране Конституции ушел в отставку, чтобы баллотироваться в бундестаг, и сейчас у него нет действующего главы. Решение явно выносилось на уровне Министерства внутренних дел, а нынешний министр внутренних дел Нэнси Фезер через несколько дней уходит в отставку и в новый кабинет не войдет — ее портфель достанется Христианско-социальному союзу (ХСС). Все это дает почву для спекулятивных предположений.

Означает ли это решение, что партия будет исключена из политической жизни Германии и вообще прекратит свое существование?

Дмитрий Стратиевский: Нет, но, на мой взгляд, для АдГ это очень тревожный звонок, серьезный сигнал, который показывает, что эта партия исповедует идеологию, не совместимую с германским правовым полем, а именно национализм, расизм, шовинизм, ксенофобия и попытка исключить отдельные группы населения из общественной жизни страны.

В Германии есть такое понятие, которое на русский можно было бы перевести как «свободный демократический базовый строй» (Freiheitlische demokratische Grundordnung). Так вот, по мнению правоохранителей, идеология и политическая практика этой партии с ним несовместима. Это означает, что к партии будет приковано дополнительное внимание, но при этом она может участвовать в выборах, проводить агитацию онлайн и офлайн, распространять агитационные материалы и организовывать митинги.

Но это серьезный удар по репутации партии. Я думаю, что у представителей АдГ возникнут большие проблемы с занятием должностей, например, в правоохранительных органах, в судах, в прокуратуре, в спецслужбах. У партии могут возникнуть проблемы с финансированием, потому что в Германии частному бизнесу и физическим лицам непросто жертвовать деньги партиям, признанными правоэкстремистскими. Собственно, поэтому АдГ уже сейчас громко протестует против решения ведомства по охране Конституции и собирается подавать в суд иск с требованием его отмены.

Дмитрий Карцев: Нет, АдГ не будет исключена из политической жизни, потому что это не решение о запрете ее деятельности. Запрет партий — это другая процедура, которая происходит следующим образом. Бундестаг, бундесрат или Федеральное правительство — вместе или по отдельности — должны подать иск в Конституционный суд, который его рассматривает и принимает решение о запрете. В послевоенной немецкой истории таких случаев было всего два: постнацистская Социалистическая имперская партия в 1952 году и Коммунистическая партия четыре года спустя.

Сейчас в бундестаге лежит предложение запретить АдГ — его внесла межфракционная группа, которая была сформирована еще в прошлом созыве. Можно, конечно, предположить, что нынешнее решение Федерального ведомства по охране Конституции как-то повлияет на мнение депутатов, но для этого нужно, чтобы иск поддержали более половины депутатов, а это маловероятно. Еще в прошлом созыве бундестага с идеей запрета АдГ не были согласны многие христианские демократы — думаю, что нынешние депутаты этого хотят еще меньше.

Поэтому, скорее всего, до запрета дело не дойдет. Разве что Федеральное правительство, может быть, как-то включится, но это очень рискованно. Даже нынешнее решение может помочь АдГ играть собственную игру, представляя себя жертвами «картельного сговора», как они любят говорить. В общем, трудно представить, что политики пойдут на такой рискованный шаг, ведь быстрой эта процедура не будет — разбирательство может тянуться годами. Если оно не закончится до следующих выборов, то оно даже может помочь АдГ получить еще больше протестных голосов.

Насколько вероятно, что власти в результате проверок и прослушки найдут что-то криминальное?

Дмитрий Стратиевский: Вполне могут что-то найти. Партия и так, что называется, находится на карандаше. Мы помним, что представители партии участвовали в том самом пресловутом заседании касательно вопроса «ремиграции» и в других откровенно правоэкстремистских собраниях. Вокруг партии существуют достаточное количество неправительственных организаций вроде дискуссионных клубов или издательств праворадикального характера. Сейчас за этим будет проще наблюдать. Возможно, это звучит немножко странно, но в Германии спецслужбы находятся под очень жестким контролем со стороны как правительства, так и бундестага, поэтому без соответствующего статуса наблюдать за партией им было крайне сложно. Не берусь предсказывать, как будут работать спецслужбы, но думаю, что какие-то еще дополнительные весомые доказательства будут найдены.

Какой самый вероятный сценарий дальнейшего развития событий?

Дмитрий Стратиевский: На мой взгляд, самый вероятный сценарий заключается в том, что АдГ попытаются запретить. В Германии политическую партию может запретить исключительно Конституционный суд по представлению конституционных органов, то есть обеих палат Парламента или Федерального правительства. Осенью 2024 года году в бундестаге уже была создана группа депутатов, которая собиралась подать заявку в Конституционный суд с предложением проверить возможность запрета партии. Формулировка была очень аккуратной как раз потому, что на тот момент еще не было соответствующего вердикта ведомства по охране Конституции о признании партии правоэкстремистской. Сейчас он есть, поэтому я думаю, что попытка запрета АдГ будет предпринята.

Дмитрий Карцев: Очевидно, что «Альтернатива для Германии» оспорит это решение — посмотрим, что решит суд. Сегодня одна из главных тенденций в политической жизни Германии состоит в том, что далеко не все члены Христианского демократического союза (ХДС) были довольны ходом коалиционных переговоров с социал-демократами. И некоторые из них в своей голове уже проигрывали сценарий сотрудничества с АдГ. Нынешнее решение МВД не остановит движение в эту сторону, но может его притормозить. Кроме того, в новом кабинете министерство внутренних дел достанется ХСС, который довольно жестко настроен по отношению к АдГ, а это еще один признак того, что рассматривать варианты сотрудничества с этой партией теперь будет сложнее. И это довольно важное следствие принятого решения.

Как это решение изменит политическую жизнь Германии?

Дмитрий Стратиевский: Противники АдГ уже много лет обвиняют ее в правом экстремизме, поэтому для них, как и для значительной части германского общества, это просто констатация факта. Теперь это признано на уровне солидных спецслужб. Партия, конечно, уже начала представлять себя гонимой политической оппозицией, которая находится под давлением власть имущих и мейнстримных партий и так далее. Впрочем, эту карту она разыгрывает уже давно. Поэтому я не вижу здесь каких-то коренных изменений в политической жизни страны. Повторю, что партия и далее может участвовать в выборах любого уровня без всяких преград. Но теперь на ней есть определенное клеймо.

Дмитрий Карцев: Наверное, это решение даст некий протестный всплеск, и эта тема будет постоянно подниматься. Но ключевым фактором в итоге будет деятельность нового правительства. Если она будет успешной, то решение Федерального ведомства не сильно поможет АдГ эксплуатировать свой образ жертвы. Если же нет, то провалы властей будут лить воду на мельницу АдГ — мол, мейнстримные политики не справляются и еще и нас пытаются прикрыть.