Можно ли сделать абажур из хурмы? Основатель «Переработкинской» Александр Широбоков рассказал, почему закрыл популярный экоцентр и как экспериментирует с органикой

В этой рубрике «Бумага» рассказывает о людях, годами меняющих Петербург к лучшему. Мы фиксируем, как последние годы изменили их жизнь и проекты, но не лишили любви к Петербургу и горожанам.

В 2019 году Александр Широбоков ушел из найма и вместе с женой создал свой экопроект «Переработкинская» по приему вторсырья. Он отличался тем, что сочетал коммерческие услуги экотакси и бесплатный для жителей прием вторсырья в популярном экоцентре в «Севкабель Порту».

Спустя четыре года супруги закрыли экоцентр и сократили масштабы созданной инфраструктуры ради новых экспериментов. Александр открыл лабораторию Yebio по созданию материалов из растительных отходов — от овощей и фруктов до водорослей и тростника.

Для рубрики «Бумаги» «Было/Стало» основатель «Переработкинской» Александр Широбоков рассказал, как он запустил экопроект по сбору вторсырья после работы на мусорном полигоне, как «Переработкинская» переживала отъезд клиентов в 2022 году и зачем теперь он создает картхолдеры и абажуры из хурмы.

Кто такой Александр Широбоков?

Александр окончил Ленинградское мореходное училище по специальности «Эксплуатация, техническое обслуживание и ремонт холодильно-компрессорных машин и установок на судах дальнего плавания». В разное время он работал журналистом, менеджером по продаже рекламы, арт-директором, фотографом.

С 2019 года Александр Широбоков — основатель экопроекта «Переработкинская», который сейчас работает в формате экотакси для частных лиц и вывозит вторсырье бизнесов. К проекту также обращаются для экологизации компаний, организации раздельного сбора отходов, обучения.

С весны 2022-го до конца 2023-го на Кожевенной линии работал экоцентр «Переработкинской» — там можно было приобрести экотовары и сдать на переработку 40 видов вторсырья.

Было: открытие «Переработкинской» после почти десяти лет работы на мусорных полигонах

— В самом начале 2010 года я совершенно случайно попал на один из полигонов [под Петербургом]. Тогда я сидел без работы, деньги закончились, а занимавшийся металлоломом брат позвал меня выйти на пару недель. Двумя неделями дело не ограничилось — так я остался на полигоне.

Скоро я начал сотрудничать с компанией, которая одной из первых в Петербурге занялась сбором пластиковых бутылок из грязного, смешанного мусора. Раздельный сбор тогда был только в зачатке. А мы собирали пластиковые бутылки, что называется, с земли. В итоге около 300 тонн пластика мы ежемесячно отгружали на перерабатывающие заводы. 300 тонн — это несколько миллионов бутылок в месяц, если считать, что одна двухлитровая бутылка из-под колы весит 40 граммов.

В этой компании я проработал около пяти лет. Затем меня пригласили руководить полигоном в Ленобласти. Там не было никакого порядка, всё записывалось на бумажечках, стояла поломанная техниках — ощущалось советское наследие. Мне всё это было очень интересно, и за год–два нам удалось автоматизировать и наладить все процессы. Но после я начал скучать.

На днях я смотрел интервью с девушками, которые запускали кафе завтраков Eggcellent, — и мне понравилась фраза одной из основательниц, что ей неинтересно сидеть на работе и выбирать себе в это время пуховик на маркетплейсе, потому что это значит, что ей нечего делать. В момент, когда я автоматизировал все процессы, я думал так же: мне скучно, хочется чего-нибудь поинтереснее. Я выгорал. Меня держала зарплата, но я понимал: то, что мы делаем, — это, конечно, круто, но неправильно. Зачем всё сначала смешивать в мусорном баке, привозить на полигон, а затем на сортировочной линии вручную разделять?

В 2017-м я съездил в США по обменной программе. Нам — группе ребят из России — показывали проекты по обращению с отходами и рассказывали про планку, к которой стремятся за рубежом. Я наблюдал за экопроектами в других странах, в интернете и хотел сделать что-то свое в Петербурге. До 2019 года я вынашивал идею. И в итоге появилась «Переработкинская» — проект по раздельному сбору вторсырья.

Развитие: запуск экотакси в пандемию

— Мне казалось, что некоммерческие экологические проекты [по приему и обработке вторсырья], которые я видел в США и которые мне очень нравились, в России не будут работать. Если в других странах НКО получали средства от государства и частных фондов, то у нас к этому еще нужно было идти. И я сразу решил: нужно, чтобы наш проект самостоятельно зарабатывал.

В 2019 году «Переработкинская» запустилась как симбиоз коммерческого и некоммерческого. Некоммерческое — для людей, которые приносят сдавать свои чистые, красивые отходы. Для того, чтобы проект зарабатывал, мы открыли оптово-розничный пункт приема — газелями принимали картон, макулатуру, стекло. Мы накапливали вторсырье, обрабатывали и сдавали. По сути, мы действовали по схеме «купи-продай», но с небольшими техническими обработками: запрессовать, отсортировать и так далее (доход от вторсырья, по словам Широбокова, зависит от размера партии: чем больше им сдаст один клиент, тем больше проект сможет заработать на сдаче сырья на переработку с учетом расходов на хранение, доставку и обработку; оптовый прием вторсырья от бизнеса финансово выгоднее, чем прием от обычных людей; при этом лишь десятая часть фракций вторсырья может приносить прибыль — прим. «Бумаги»).

Первый наш пункт приема открылся в 2019 году под Вантовым мостом на Октябрьской набережной. Когда началась пандемия и всё закрывалось, мы оказались единственным в городе пунктом, который продолжил работу. Весной 2020-го мы запустили экотакси (сервис, который за деньги вывозит отходы частных лиц и владельцев кафе, отелей, магазинов, офисов, производств, складов). Сперва поступало много заявок от горожан, а к лету к нам обратился первый бизнес.

К ноябрю 2020 года мы остались работать в формате экотакси. Бизнес шел хорошо, мы стабильно зарабатывали. Тогда мы решились на открытие экоцентра в «Севкабель Порту». В 2021 году благодаря краудфандингу мы собрали 600 тысяч рублей, привлекли компании-спонсоров.

Кризис: нехватка денег и закрытие экоцентров

— В 2022 году компании, с которыми у нас были договоренности о помощи, начали или уходить из страны, или сокращать расходы. Несмотря на все трудности, мы открыли экоцентр в «Севкабель Порту» в апреле 2022 года. И к нам повалил народ. Летом 2023 года трафик был сумасшедший! Мы работали три дня в неделю: по пятницам к нам приходило около 400 человек, по субботам — 600-700, а по воскресеньям — больше тысячи.

Но денег не хватало. Вторсырье от населения мы принимали бесплатно, а это минусовая история, потому что мы тратим еще на обработку, хранение, доставку.

У нас были донаты, процент от реализации товаров и доходы от экотакси — почти всё вливалось в экоцентр. Аренду «Севкабель Порту» мы постоянно задерживали, нам помогали закрывать долги другие проекты (например, проект «Такие же») и частные жертвователи.

Осенью 2022 года я временно уехал из России, вся работа легла на плечи Тани, [моей жены и соосновательницы «Переработкинской»]. Началась зима. Наше помещение было холодным, мы устанавливали газовые пушки, но тепла они давали мало — в таких условиях работать было очень тяжело. Весной я вернулся в Петербург, и к следующей зиме мы с Таней решили закрыть экоцентр. 10 декабря 2023 года, в самые холода, мы работали последний день.

За несколько месяцев до этого нам пришлось закрыть экоцентр в ДК Газа — это проект молодого активиста Паши, которому мы помогли организовать вывоз вторсырья. Когда он вышел из проекта, мы взяли его пункт сбора в управление. Больше двух лет этот пункт мы тащили благодаря трафику посетителей: в ДК Газа часто приходили сдавать вторсырье пенсионеры, нам не хотелось отнимать у них эту возможность, но мы всё равно работали в убыток.

Стало: заземление и появление лаборатории Yebio по созданию органических материалов

— Весной 2022 года заказы экотакси упали на 20 % [по сравнению с предыдущими месяцами]. Когда объявили мобилизацию, закрылись или сократили расходы некоторые заведения, которые были нашими клиентами. Так сложилось, что мы оказываем услуги для хорошего времени: когда у людей есть, что поесть, и когда кукушечка не отлетает. Когда в обществе происходит что-то глобальное, не всегда есть дело до раздельного сбора мусора — и это нормально. Многие из тех, кто уехал в первую волну эмиграции в 2022 году, — это осознанные люди, наши клиенты. Экологичность всегда должна быть в первую очередь в голове, поэтому и активнее всего нашими [платными] услугами пользовались люди-гуманисты, которые против насилия.

Сейчас мы вернулись к стабильному уровню дохода. После закрытия экоцентров у нас освободилось время, мы можем принимать больше заказов на экотакси: и от частных клиентов, и от бизнеса. Чтобы комфортно себя чувствовать, нам нужно, чтобы нам сдавали меньше вторсырья и ездили мы меньше, но платили за наши услуги больше. В 2024 году мы подняли стоимость наших услуг.

Мы поняли, что не готовы сейчас расти — в плане вкладывания себя, своих усилий. Пока что мы видим свое развитие не столько в увеличении количества заказов, сколько в прикручивании дополнительных услуг: для наших клиентов мы проводим лекции, Таня делает мерч из вторсырья. И нам комфортно. Мы заземлились, чтобы сохраниться. Если раньше — во времена экоцентра — в нашей команде было около 15 человек, то сейчас я вновь стал постоянным водителем «Переработкинской». И знаете, это помогает разгрузить мозги.

Когда у нас развязались руки и появилось больше свободного времени, я начал активно заниматься своим новым проектом Yebio (название произошло от английского восклицания «yeah!» и слова «bio») — по созданию материалов из растительных отходов. Он появился после того, как осенью 2023 года мы с [моей женой] Таней путешествовали по Европе в рамках очередной обменной программы. В магазине Марселя я увидел кружку, сделанную из апельсиновых корок, а в Германии — сувенирную продукцию из винных пробок. Я подумал: «Круто! Вот бы что-то такое поделать». Вернувшись в Петербург, я начал экспериментировать.

Моя идея заключается в том, что я хочу разрабатывать материалы из растительных отходов. При этом предметы из этих материалов должны быть такими же прочными, красивыми и удобными, как и из привычного нам пластика, а в конце своего жизненного цикла они должны без проблем компостироваться.

Я вегетарианец, поэтому для меня важно, чтобы всё было этично, без использования ингредиентов животного происхождения — по этой причине я, например, не использую в своих опытах желатин и заменяю его агар-агаром.

Сейчас у нас есть своя мастерская: Таня в отдельном помещении шьет мерч на заказ (например, кардхолдеры и обложки для паспортов из кофейных пачек, сумки из мячей для регби и многое другое), а также отливает предметы из переработанного пластика в рамках своего проекта «Переработала», а я — экспериментирую с органикой и создаю библиотеку биоматериалов.

Из ткани на основе переработанных джинсовых волокон, древесного угля и водорослей мы сшили кардхолдеры. Из кофейной шелухи получилось сделать материалы, напоминающие кожу и резину. Из хурмы я создал абажур цилиндрической формы для лампы. В один из первых теплых дней этой весны мы с Таней гуляли по берегу Финского залива и собирали тростниковые остатки. Из них мы сделали твердый материал, который можно использовать в декоративном дизайне.

Пока я не стремлюсь созданные предметы продавать, потому что не до конца еще изучены свойства материалов. В этом июле, например, будет год одному материалу: я вижу, что он остался целым, из него можно шить и продавать кардхолдеры. Но можно ли из него сделать обувь, которую нужно мыть? Материал не водостойкий — и сейчас я исследую, как сделать его в этом плане более прочным. Лампа в абажуре горит с осени, не выключаясь, потому что я хочу посмотреть, не потрескается ли материал на основе хурмы из-за света и тепла.

В будущем я планирую зарабатывать на своих исследованиях, а основным продуктом хочу видеть именно разработку новых материалов. Я бы хотел работать с дизайнерами, с производителями мебели, чтобы они могли прийти и не только купить у меня готовый материал, но и заказать под свой запрос экологичную и прочную замену пластику.

Три совета для тех, кто хочет начать сортировать мусор, но не знает, с чего начать:

• Начинайте с малого: с ПЭТ-бутылок из-под лимонадов и воды, с крышечек, со стеклянных бутылок. Для старта достаточно одной–двух позиций, а потом можно постепенно добавлять другие. Сортировкой вторсырья, как и всем, нужно заниматься по возможностям. Самая большая проблема клиентов «Переработкинской» — если человек, открывая наш список из 40 позиций, начинает всё сразу собирать. Это сложно. И на этом многие ломаются.

• Вторсырье перед сдачей в пункт переработки стоит вымыть и высушить. Весь сопутствующий мусор — этикетки, наклейки с пластиковых упаковок — лучше вырезать и убирать. Но всегда действуйте по принципу разумного. Если вы взяли полиэтиленовый пакет с маленьким стикером и забыли отклеить, то ничего страшного не произойдет. Но если вы берете пакет после почтовой доставки, обклеенный стикерами, бумагой, скотчем (когда мусора больше, чем самого материала), то всё это надо вырезать. Если вы не готовы этим заниматься, то такие застикерованные пакеты иногда проще выбросить.

• Выбрасывать — тоже нормально. Если вы пришли домой после работы уставшим и у вас совсем нет сил для того, чтобы помыть коробочку из-под покупного винегрета, то и фиг с ней. И не стоит заставлять сортировать мусор домашних или близких. Мы живем в мире, где происходит куча всего. И если мы начали сортировать, но у нас что-то не получается, или если мы сортировали, но отказались, — это не должно быть причиной шейминга.

Мотивация: совмещать хорошие дела и заработок

— Мне нравится симбиоз двух составляющих: денег и хороших дел. Но по отдельности — делать хорошие дела бесплатно или зарабатывать деньги ради денег — мне не подходит. И я считаю, мне в этом плане повезло: я могу совмещать.

Я стараюсь искать вдохновение в окружающих меня вещах. Как и всякому гуманисту или адекватному человеку, мне очень сложно среди насилия, мизогонии, гомофобии. Но я спасаюсь своим кругом людей. Еще я считаю, что всё должно быть красиво в этом мире: ведь можно даже в самых убитых помещениях делать приятно и чисто. Когда я вижу классные места, меня это очень заряжает.

Видите, есть и хорошие новости 💚

Мы продолжим рассказывать вдохновляющие истории — а вы можете поддержать нашу работу

Поддержать

Что еще почитать:

• Это новый центр приема отходов «Сборка» на Петроградской стороне. Рассказываем, как он устроен
• «Мы теперь не safe space, а brave space». Как «Открытое пространство», несмотря на цензуру и давление полиции, уже 13 лет остается местом встречи активистов