После плена — на передовую

Военных, возвращенных в Россию в результате обмена, отправляют в военные части, а потом — на фронт. Такая практика незаконна. Можно ли этого избежать?

Военные, возвращенные в Россию в результате крупнейшего обмена пленными в формате «1000 на 1000» в конце мая, рассказали, что их возвращают обратно в военные части, сообщили «Новой-Европа» в движении «Идите лесом». После этого их могут снова отправить на фронт, подчеркивают правозащитники. Однако, согласно Женевской конвенции, использовать военнопленных на действительной службе нельзя.

Родственники военных не раз говорили, что после обмена им даже не дают увидеться со своими близкими: мужчин, включая раненых, просто направляют на передовую. Правозащитники предупреждают, что то же самое может случится с тяжелобольными и молодыми солдатами, которых возвратят в рамках обмена, о котором Россия и Украина договорились на переговорах в Стамбуле 2 июня. Законны ли такие действия Минобороны и как можно этого избежать — разбирается «Новая-Европа».

Родственники военнослужащих, которых обменяли 19 марта 2025 года, рассказали, что им даже не дали увидеться со своими вернувшимися из плена близкими. По их словам, мужчин, включая раненых, вернули на передовую и отправили на фронт.

После обмена они находились в поселке Мосрентген, в части №61899, рассказала одна из родственниц. Однако, продолжает девушка, бывших военнопленных «увезли на КамАЗе» в Донецк, затем один из них вышел на связь и сообщил, что они доехали до Макеевки. На следующий день другой из военных сказал, что они доехали до незнакомого им места и что у них забирают все личные вещи: телефоны, крестики, цепочки, и что к ним приставили охрану, рассказывает родственница. Вскоре они сообщили, что их отправляют на передовую:

— Наши парни прошли через ад в плену. <…> У большинства осколочные ранения и контузии, переломы, которые без вмешательства врачей зажили. У одного нет ноги, им всем требуется медицинская помощь, прохождение ВВК [военно-врачебной комиссии] и в конце концов отпуск. А их больных отправляют на передовую, — говорится в обращении.

Правозащитникам за последнюю неделю также поступали многочисленные сообщения, что военных, возвращенных в Россию в результате крупнейшего обмена пленными в формате «1000 на 1000» в конце мая, отправляют в военные части,

рассказал в разговоре с «Новой-Европа» представитель движения «Идите лесом» Иван Чувиляев. Оттуда военнослужащих уже могут отправить прямо на фронт:

— К нам обращаются в основном родственники, но были обращения и от военнослужащих тоже, и их пугает в первую очередь именно то, что их отправляют обратно в часть. После процедуры обмена военному подлежит сначала самое неприятное — допрос в ФСБ. После этого его привозят в военную часть, где они приписаны. Казалось бы, это просто формальность, но часть может находиться, например, в Луганской области. Также военных по приезде просто заставляют подписывать контракты с Минобороны, а от этого отказаться невозможно — часто документы подписывают просто за них, — напоминает Чувиляев.

Что говорит закон?

Женевская конвенция (статья 117) прямо запрещает использовать бывших военнопленных на действительной военной службе. Однако и в России, и в Украине законодательство не позволяет по собственному желанию уволиться с воинской службы во время войны, даже тем, кто побывал в плену, и фактически все контракты с Минобороны РФ — бессрочные.

Согласно российскому законодательству, за бывшими пленными и заложниками сохраняется статус военнослужащих, то есть пребывание в плену не является основанием для увольнения из армии, обращает внимание в разговоре с «Новой-Европа» юрист проекта «Призыв к совести» (он предпочел остаться анонимным по соображениям безопасности. — Прим. ред.):

— Если после плена у военнослужащего ухудшилось здоровье, теоретически он может требовать проведения военно-врачебной комиссии, и если она подтвердит ухудшение здоровья — требовать увольнения уже по здоровью. Но практически добиться этого сейчас очень трудно,

— добавил он.

Как обращает внимание адвокат Максим Гребенюк, Минобороны пользуется лазейкой и ссылается на другие положения Конвенции (статью 110), в которых описаны особые категории пленных, подлежащих непосредственной репатриации (например, неизлечимые раненые и больные, умственные или физические способности которых, по всей видимости, сильно понизились). Также российское военное ведомство ссылается на указ Путина «О частичной мобилизации», где возвращение из плена не названо основанием для увольнения со службы.

Новый обмен — новые бывшие пленные на фронте?

Накануне в Стамбуле прошел второй раунд российско-украинских переговоров, по результатам которых Украина и Россия договорились о новом обмене: всеми тяжелобольными военнопленными и лицами в возрасте до 25 лет.

В «Призыве к совести» подчеркивают»: есть вероятность, что даже этих пленных могут отправить обратно на передовую:

— Надо инициативно требовать проведения военно-врачебной комиссии. Командование может «не заметить», что военнослужащий — тяжелобольной. Надо жаловаться куда только возможно: командованию, в медслужбу округа, в прокуратуру, в Минобороны. Писать рапорта с требованием направить на военно-врачебную комиссию. Тут очень подходит цитата: «Спасение утопающих — дело рук самих утопающих», — отмечают правозащитники.

Рыть окопы после плена — не в первый раз

Несмотря на международные нормы, Минобороны РФ не в первый раз отправляет обратно на фронт военных, прошедших через украинский плен и вернувшихся в Россию по процедуре обмена.

Именно так в 2024 году случилось с мобилизованными Василием Григорьевым и Дмитрием Давыдовым: как рассказывали «Военные адвокаты», мужчины полгода пробыли в украинском плену, а затем их обменяли и уже через месяц вернули на передовую, где заставляли рыть окопы и блиндажи. Военнослужащие бежали из полевого лагеря и на попутках добрались до Москвы. Там они обратились за юридической помощью. На время разбирательств их прикомандировали к воинской части в Подмосковье, там Давыдов умер из-за «внезапной остановки сердца» через три дня после обращения в военную прокуратуру, писали «Осторожно, новости».

Кроме того, представитель движения «Идите лесом» Иван Чувиляев рассказал «Новой-Европа», что военных, попавших в плен в Курской области и обменянных в сентябре прошлого года, также отправляли на фронт:

— В Курской области в плен попадали в основном срочники, и после обмена этих срочников отправляли в те части, за которыми они закреплены. Хотя, по логике вещей, и они, и их близкие ожидали, что после плена их просто вернут домой, — рассказал собеседник «Новой-Европа».

Также о том, что вернувшихся из плена бывших заключенных, которых завербовали на войну из колоний, используют как рабочую силу на фронте, рассказывали в «Холоде». По данным издания, около 30 бывших осужденных, которых вернули из плена в Россию летом 2023 года, отправили в оккупированный Новоазовск рыть окопы на учебных полигонах.