Кто из вас без греха, тот пусть первый бросит в меня камень. В Киеве удар был не по жилым кварталам, а по заводам

Путин ответил на вопросы иностранных журналистов на ПМЭФ

You can read this story in English here.

Мы за то, чтобы правила международной торговой организации не менялись в силу политической конъюнктуры и против всяких торговых войн и ограничений.

Когда я говорил, что некоторые мои близкие изучают китайский язык, я упомянул свою внучку, у которой воспитательница из Пекина — она с ней свободно говорит на китайском. Дочка моя еще в начале 2000-х годов начала инициативно изучать китайский язык. У нас развивается и военно-техническое сотрудничество [с Китаем]. Мы регулярно проводим учения и будем проводить в этом году.

Если канцлер ФРГ хочет позвонить — мы не отказываемся от контактов. Разговоры с Шольцем и другими лидерами носили регулярный характер, но когда наши европейские партнеры задумали нанести нам стратегическое поражение на поле боя, они сами прекратили контакты. Они прекратили — они сами пускай возобновляют. Может ли Германия внести больший вклад в наши переговоры с Украиной, чем США — сомневаюсь. Посредник должен быть нейтральный, а мы видим танки «Леопард» на поле боя, и Германия раздумывает поставлять «Таурусы» для атак на российскую территорию. Это не повлияет на ход боевых действий, но отношения испортит.

Мы не считаем перевооружение НАТО угрозой для РФ. Потому что мы самодостаточны с точки зрения обеспечения своей безопасности.

Сегодняшний кризис в отношениях с Европой начался с 2014 года — проблема в том, что западные страны способствовали госперевороту на Украине. Мы всегда слышали, что надо жить по правилам, но какое же это правило, если Франция, Германия, Польша подписали договор между оппозицией и властями во главе с Януковичем, а через несколько дней оппозиция совершила госпереворот — и никто даже не чихнул? Правила вы пишете для других?

После Крыма начались события на юго-востоке Украины. Мы восемь лет пытались договориться. В конце концов мы приняли решение положить этому конец, используя наши вооруженные силы. Это значит, что мы собираемся нападать на Восточную Европу? Ну что это за бред? И все понимают, что это бред, и обманывают свое население, чтобы обеспечить выколачивание денег из бюджетов и объяснять этим провалы в экономике и социальной сфере.

Если бы журналисты видели, как были уничтожены нашими ракетами целые жилые кварталы, они вряд ли могли бы вам об этом что-то сказать: они не остались бы в живых. Удар был не по жилым кварталам, а по объектам оборонно-промышленного комплекса, по заводам, которые производят военную технику. Мы этим и занимаемся и не делаем из этого никакого секрета, демилитаризация Украины — одна из целей специальной военной операции.

До сих пор не могу понять, почему ФРГ отказалась от использования российских энергоносителей? «Фольксваген» погибает, «Порше» погибает, стекольная промышленность погибает, сфера удобрений погибает — ради чего? Назло кондуктору куплю билет и не поеду — так, что ли?

Нужно найти решение, которое не только положило бы конец сегодняшнему конфликту, а создало бы условия невозобновления подобных ситуаций на длительную историческую перспективу. Я готов встречаться со всеми, в том числе и с Зеленским. Вопрос в том, кто будет подписывать документы. Нам важна юридическая составляющая. Нам все равно, кто ведет переговоры. Я готов встречаться, если это будет какой-то завершающий этап, чтобы не сидеть и что-то делить, а поставить точку. Но подпись должна стоять легитимных властей.

Мы отдали [Украине] шесть тысяч тел, взамен получили 57. Готовы еще около трех тысяч отдать. Это трагические цифры, но это все-таки положительный итог переговоров. Но мы готовы и субстантивно вести переговоры. Переговорные группы в контакте, они договариваются о встрече после 22 июня.

Я даже обсуждать такой возможности [что США убьют верховного лидера Ирана Али Хаменеи] не хочу. В нашем договоре о стратегическом партнерстве с Ираном нет статей, связанных с оборонной сферой. К тому же, наши иранские друзья нас об этом [военной помощи] и не просят.

Дело даже не в том, поставляют западные страны оружие [Украине] или нет, но если укомплектование [ВСУ] меньше 50%? Там же происходит массовая и принудительная мобилизация. Потери превышают уровень мобилизации. Поэтому мы и говорим — давайте садиться и договариваться. Мы предлагали условия в Стамбуле в 2022 году — они были гораздо более мягкие. Сейчас ситуация поменялась. Не будут договариваться — ситуация, может быть, еще изменится — в худшую для них сторону. Не надо тянуть.

Кто из вас без греха, тот пусть первый бросит в меня камень.

Это приблизительный пересказ разговора Владимира Путина с представителями мировых информагентств в рамках Петербургского международного экономического форума. Ответы российского президента на вопросы журналистов отредактированы и сокращены, их смысл полностью сохранен.

Фото на обложке: Вячеслав Прокофьев / РИА Новости / Спутник / IMAGO / SNA / Scanpix / LETA