Original Material
«Заигрались в консолидацию вокруг флага». Зачем Госдума штампует законы об иноагентах
Депутаты жалуются на запреты законотворчества, а поддержка линии государства — простой способ отличиться и заработать бонусы
С 2022 года в России приняли семь крупных пакетов поправок к закону об иноагентах. С каждым годом они всё строже: от запрета на преподавание и участие в выборах — до уголовной ответственности уже после первого нарушения и введения спецсчетов. Но дело не только в подавлении инакомыслия. Такая рьяная «борьба с врагами» отражает внутреннюю трансформацию Думы.
Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал
«Проходные» законопроекты согласовываются с администрацией президента, а отдельные частные инициативы практически лишены шанса на одобрение: это подтверждают и многолетние наблюдения корреспондентов «Вёрстки», и общение как минимум с десятком статусных депутатов всех пяти фракций. При этом с депутатов никто не снимал KPI — фракции и аппарат Думы требует отчётов по активности. Линия на ужесточение законов об иноагентах одобрена Кремлём, а потому законопроекты продолжают появляться. Как говорит собеседник «Вёрстки» на Охотном ряду, в осеннюю сессию может появиться ещё одна инициатива, которая будет призвана ужесточить финансовые ограничения. Поддерживая такие законы, парламентарии не столько преследуют оппозицию, сколько защищают собственное положение в системе.
Девятый, десятый…
1 июля в Госдуму внесли новый законопроект об иноагентах: если сейчас уголовное дело против них можно возбудить только после двух административных протоколов за нарушение иноагентского законодательства, то когда закон примут, достаточно будет одного. То, что проект станет законом, сомнений нет: среди авторов инициативы «статусные» единороссы, такие как Василий Пискарев, Андрей Картаполов и Ирина Яровая, автор самого первого закона от иноагентах от 2012 года. Обычно эти имена в авторах гарантируют, что законопроект довольно быстро пройдёт три чтения нижней палаты парламента. Документ уже получил одобрение правительства и Верховного суда. Сам Пискарев — бывший сотрудник прокуратуры и СК, он дослужился до первого замглавы Следственного комитета и в 2016 году ушёл в депутаты, в Думе считается лоббистом интересов силовиков.
Что значит «статусный депутат»?
Развернуть↓Это представители парламентского корпуса, которые отличились идеальной исполнительностью и имеют «точки входа» — доступ к кураторам в Кремле, министерствам и администрации президента. Такие депутаты получают медийное внимание, влияние и ресурсы. К таковым, помимо вышеперечисленных относятся, например, Павел Крашенинников, Андрей Луговой, Андрей Макаров и др.
Это станет уже восьмой поправкой в иноагентское законодательство с 2022 года. И, судя по всему, не последней. Источник «Вёрстки», работающий в аппарате статусного единоросса (он занимается, в частности, написанием и юридическим анализом законопроектов), говорит, что депутаты хотят ужесточить финансовые ограничения для иноагентов. «Главное — не дать зарабатывать на россиянах, как говорил Вячеслав Викторовичi. Уже есть спецсчета и ограничения на перевод за рубеж средств от сдачи квартир в аренду и авторских вознаграждений от творческой деятельности. Но выходы они находят. Например, иноагент делает нотариальную доверенность на родственника, и тот от его имени распоряжается. Работаем над тем, чтобы эту лавочку прикрыть», — говорит он. Источник, близкий к Пискареву, подтверждает: есть ещё одна инициатива по иноагентам, но в чём заключается её суть, сообщить отказался.
Какие инициативы по иноагентам появились в 2025 году?
31 января — внесён пакет законопроектов, включающий:
— запрет на участие иноагентов в образовании и просвещении, отзыв лицензий у таких организаций;
— запрет на получение муниципальной поддержки;
— ужесточение контроля и штрафов до 50 000 рублей за маркировку.
2 апреля — Госдума в первом чтении одобрила три законопроекта: расширение оснований для
признания иноагентами, ужесточение УК и УПК, включая заочные приговоры.
12 мая — ЛДПР внесла законопроект о запрете иноагентам быть учредителями или членами диаспор и национально-культурных автономий всех уровней. Законопроект зарегистрирован и обсуждается в профильных комитетах. Находится в стадии предварительного рассмотрения.
17 июня — в третьем чтении принят закон, позволяющий привлекать иностранных агентов к ответственности за правонарушения, совершённые за пределами России.
Характерно, что законопроекты не вносятся одним пакетом или хотя бы корреспондирующими поправками, а появляются регулярно. Один из депутатов, член возглавляемого Пискаревым комитета по безопасности, объяснил это так: «Иноагенты тоже не стоят на месте! Сколько закон существует, столько появляется способов его обойти, найти лазейку. Дело времени — всё отработать! Работает мониторинг, смотрим, как всё работает».
Депутат напомнил популярный тезис, что «в Америке закон существует уже сто лет» и его механизмы якобы жёстче, чем российские. По оценке собеседника «Вёрстки», российский закон «весьма миролюбив» к иноагентам. Впрочем, он признал, что постоянное появление темы иноагентов в новостях создаёт у них «ощущение страха»: «Пусть боятся, а не огрызаются там из-за рубежа! Больше боятся, меньше кричат!»
Система поощряет эту «сериальность», говорит политолог, близкий к администрации президента. «Видимость работы, мобилизационный тонус, возможность активности большого числа депутатов. Благодатная тема», — объяснил он.
«Вы что сюда законы, что ли, писать пришли?»
Свобода творчества депутатов «резко сузилась» за годы войны, констатирует единоросс, работающий в Госдуме уже несколько созывов. «Раньше депутаты могли эффективно вносить законодательные инициативы, и они тем или иным путём, не всегда прямым, доходили до реализации. Сейчас, особенно если речь идёт о больших законах, есть специальная группа депутатов, которая работает с ведомствами исполнительной власти, через них всё и вносится. А мы что? А мы просто голосуем», — объясняет собеседник «Вёрстки».
По словам парламентария, изменилось и отношение клерков к депутатской активности: «Раньше даже круглые столы в Думе могли стать поводом для изменений в законодательстве, пусть точечных, но часто давно назревших. Сейчас надо либо самому иметь хорошие точки входа туда, где по правде принимаются решения, либо хорошо знать коллегу с такой точкой входа», — объяснил он.
Одно из ярких проявлений потери депутатами субъектности — «политические» законопроекты с сотнями подписей под ними, — собеседник «Вёрстки» описал так: «Есть у нас в думе своеобразные „чек-поинты“. Для единороссов это депутатские группы, для остальных, в силу их численности, просто руководство фракции. Вам на внутреннем заседании или даже в чате говорят: есть вот очень важный и полезный законопроект, не хотите его тоже подписать? А дальше от политического чутья: бежать к ближайшему „чек-поинту“ или сначала посмотреть, кто и в каком количестве побежит», — иронизирует парламентарий.
Депутаты от фракций ЛДПР, КПРФ, «Справедливой России» и «Новых людей» исправно вносят законопроекты на разные темы, но без поддержки конституционного большинства единороссов и без одобрения ответственных за Думу кураторов Кремля у них практически нет шансов дойти даже до первого чтения. Впрочем, принадлежность к «Единой России» тоже ничего не гарантирует: проекты, внесённые депутатами-одиночками, зачастую ждёт схожая судьба.
Один из депутатов-единоросов прошлого созыва вспоминает: «Раньше существовала практика, что какие-то инициативы „отдавались“ оппозиционным фракциям. Во-первых, чтобы показать их субъектность: вот, всё не зря, парламент работает. Во-вторых, когда единороссы не хотели брать на себя ответственность. Иногда прямо так и делали: правовой департамент приносил [лидеру КПРФ] Зюганову и говорил: «А это вы вносите». Сейчас такого нет. Под документом — двести с лишним подписей, заигрались в консолидацию вокруг флага».
Действующий депутат из Северного региона горько усмехается: «Один опытный коллега так и сказал: а вы что сюда законы, что ли, писать пришли? Только законопроекты разве что. Все посмеялись, но осадочек остался. Не спрашивай меня больше про это».
Даже для «непроходных» законопроектов есть негласные ограничения по темам, которые устанавливают для депутатов. Например, фракции «Новых людей», которая активно выступает по теме домашнего насилия, не дают внести комплексный законопроект по теме, говорит собеседник в партии. В итоге они вносили (безуспешно) отдельные предложения об охранных ордерах, о сталкинге и ряд других. Ещё правительство дало отрицательный отзыв на запрет пропаганды домашнего насилия.
«У депутатов остался один KPI — лояльность»
На тему иноагентсва никаких запретов нет, говорят представители всех фракций. Именно этим сразу несколько из них объясняют активность на этом поле. По словам сотрудника аппарата депутата-единоросса, раньше у Минюста был блок на признание иноагентами «авторитетов —типа Макаревича или Дудя», сейчас же ограничений практически нет ни у министерства, ни у депутатов.
Ужесточение законов об иноагентах не воспринимается россиянами как репрессии, объясняет собеседник «Вёрстки»: «В России 146 млн человек, иноагентов сколько? Меньше 500 [больше 500 — „Вёрстка“]. Часть из них никому — неизвестные люди. Это подтверждает тезис, что репрессии в России вообще ни разу не массовые, никакого 1937 года нет».
Чиновник считает, что ещё одной причиной спокойного отношения к давлению иноагентов можно назвать войну и русофобию на Западе, которую «все видят».
«Кому на этом фоне будет жалко иноагентов? — рассуждает он. — СВО всё расставила на свои места. Вот ты говоришь „закручивание гаек“ — ну это такие гайки, которые касаются единиц? Они вызовут возмущение? Выведут людей на улицы? Нет», — заключает собеседник «Вёрстки».
Что за KPI у депутатов?
Развернуть↓Официально депутат не обязан вносить законопроекты, но по факту фракции и руководство Госдумы требуют этого. Корреспонденты «Вёрстки» неоднократно слышали это от депутатов всех пяти фракций.
Отчитываться приходится за:
— количество авторских подписей под законопроектами
— посещение и голосования
— ведение соцсетей
— работу с избирателями
— поездки в регион
От достижения KPI зависят места в комитетах и шансы на следующий созыв.
Таким образом, законопроекты об иноагентах — одна из самых простых и безопасных форм проявить инициативу и продемонстрировать лояльность. Это особенно удобно на фоне тотального запрета на настоящую законотворческую работу — при том, что отчитываться за активность всё равно нужно.
«У депутатов остался по сути один KPI — демонстрация лояльности системе, — говорит ещё один депутат действующего созыва. — Линия государства ясна. У нас СВО, поддержка президента, поиск врагов. За такое не получишь по шапке и никогда не прогадаешь. Депутат сегодня не актор, рождающий идеи, а „солдат президента“, как говорит Рамзан Ахматовичi».
Ещё один помощник депутата назвал поддержку инициатив по «защите государства» (сюда он включил не только законы об иноагентах, но и всё, что касается фейков об армии, антимигрантские законы, законы о «традиционных ценностях» и т.д.) — «очевидным повышением шансов на политическое будущее и продолжение карьеры». Ничего плохого он в этом не видит: «Мы защищаем свою страну и строим идеологию. Американцы так не делают? Англичане так не делают? А мы почему должны чего-то стесняться?»
Обложка: Дмитрий Осинников
Поддержать «Вёрстку» можно из любой страны мира — это всё ещё безопасно и очень важно. Нам очень нужна ваша поддержка сейчас. Как нам помочь →