«Почему ты сдался, почему ты не отрезал себе голову». Как российских военных после возвращения из плена снова отправляют на фронт

Большая часть военных погибает менее чем через год после возвращения из плена

С начала войны как минимум 133 человека, воевавших в составе российский армии, оказались в украинском плену, были обменяны, а после этого вновь попали на фронт, где погибли или пропали без вести. «Вёрстка» на основе данных проекта «Хочу жить» рассказывает о тех, кого вернули в Россию, но им не удалось избежать смерти на войне.

Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал

Погибли пленные из 49 регионов

Уроженец Макеевки Донецкой области 30-летний Вадим Вуколов на войну с Украиной уехал из колонии в Ростовской области, где отбывал срок за угон — седьмой по счету. В плен попал в январе 2023 года — спустя месяц после того, как пересек украинскую границу в составе ЧВК «Вагнер». Там мужчина провел три месяца и даже дал «интервью» украинским журналистам, в котором рассказал о вербовке на войну и о позициях российской армии. В апреле 2023 года его обменяли. Через 35 дней он погиб под Бахмутом.

«Я узнал, что он в плену из видеороликов, которые выложила украинская сторона, — рассказывает „Вёрстке“ Владимир, брат Вадима. — Я даже не знаю, когда его обменяли. Я сам на тот момент сидел в тюрьме, связи у них не было. Я знаете, как узнавал это, по зарплате. Пришла его зарплата и я понял, что его обменяли обратно. Когда его обменяли, когда его отправили обратно воевать, я не знаю».

Среди тех, кого Россия вернула из плена, а потом снова отправила на фронт умирать, оказались не только наемники из ЧВК «Вагнер», но и кадровые военные, а также мобилизованные из 49 российских регионов и трех оккупированных областей Украины. Всего 133 человека. Как показал анализ «Вёрстки», жители Донецкой и Луганской областей погибали на фронте после возвращения из плена чаще всего — мы обнаружили 44 таких случая. Для сравнения, максимальное число погибших и пропавших из российских регионов пришлось на Пермский край — пять человек. В остальных — от одного до четырех.

Что за список погибших пленных?

Развернуть↓

Данные о числе погибших и пропавших после обмена «Вёрстке» предоставил украинский проект «Хочу жить»: координаторы проекта проанализировали собственные списки обменянных российских пленных с перечнем погибших солдат. «Вёрстка» подтвердила имена и личные данные каждого указанного в перечне военного, перепроверила их в сводках погибших российских военных, которые ведет «Медиазона», а также связалась с родственниками некоторых из них.

Не прожили и года после возвращения из плена

Анализ «Вёрстки» показал, что больше половины из списка — 71 человек — не прожили и года после возвращения из плена. 42-летнего Владимира Власенко обменяли в марте 2023 года, а в конце апреля родственники похоронили его в Свердловской области. 24-летний Даниил Сотников вернулся из плена в мае 2025 года и в том же месяце пропал без вести. Житель Ленобласти Алексей Уткин попал под обмен в феврале 2025, а через два месяца погиб.

Больше года на фронте смогли продержаться 46 человек, побывавших в плену, а больше двух лет — лишь 15 военнослужащих. Еще в одном случае точную дату исчезновения установить не удалось.

Одним из тех, кто до момента своей гибели пробыл на фронте более двух лет после обмена оказался 36-летний Дмитрий Слепнёв. Он попал в плен в начале войны в звании старшего лейтенанта. В «интервью» украинским журналистам мужчина называл себя командиром роты в 810 обрмп i (в/ч 13140). В сентябре 2022 года Слепнёв попал под обмен, после которого дослужился до звания капитана и должности замкомандира батальона. В октябре 2024 года, больше чем через два года после обмена, Дмитрий Слепнёв погиб. Через несколько дней после смерти военного в анонимном телеграмм-канале, предположительно связанном с украинской разведкой, появилось сообщение, что мужчину застрелил его собственный подчиненный.

«Во время служебного совещания на наблюдательном пункте, капитан вступил в словесный конфликт с рядовым Рябовым Александром Сергеевичем. Последний застрелил Слепнёва тремя выстрелами в голову из АК-74», — говорилось в публикации.

«Вёрстка» обнаружила на сайте Курского гарнизонного суда карточку дела против рядового. Ему вменили две статьи — насильственные действия в отношении начальника (ч.3 ст.334 УК РФ) и убийство (ч.1 ст.105 УК РФ). В марте мужчине вынесли приговор. «Вёрстка» обратилась за комментарием к его адвокату Егору Самсонову, но на момент публикации материала тот не ответил. В официальном некрологе Дмитрия Слепнёва говорилось, что он «погиб при выполнении боевого задания».

В списке погибших после плена оказался и Евгений Нужин, член ЧВК «Вагнер», убитый кувалдой. Видео его казни разлетелось по сети осенью 2022 года. Часть упоминавшихся в списке членов ЧВК «Вагнер» отмечали, что опасаются возвращения на родину и повторения судьбы Нужина.

«Я не знаю, что меня будет ждать. Смогу ли я как-то объяснить, как я вообще очутился, как вообще со мной это все произошло, поймут меня или не поймут, — говорил в интервью украинскому журналисту Вадим Вуколов. — Должна была быть граната у меня для себя [на случай попадания в плен], но у меня ее просто не было».

Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал

Вернувшихся из плена «обнуляют»

Еще один пленный «вагнеровец» Виктор Стребков, служивший в штурмовой роте 200 омсбр (в/ч 08275), под видеозапись рассказал, что был свидетелем обнуления вернувшихся из плена сослуживцев.

«С моей роты было два человека, которые ранее попадали в плен, их обменяли, они вернулись в часть и их привезли обратно в Богдановку, продолжать участвовать в боевых действиях, — рассказывал Виктор Стребков. — Когда мы стояли в строю, [командир роты с позывным] „Черный“ подошел к одному из них, по позывному „Племянник“, и начал говорить, кто ты, что ты, почему ты сдался, почему ты не отрезал себе голову, если закончились гранаты. В этот момент „Черный“ достает пистолет и стреляет в упор ему в грудь. Человек падает, „Племянник“, в конвульсиях бьется на земле, он его добивает еще в голову. Демонстративно своим подчиненным дает приказ раздеть его, на носилки и утащить в болото. Мы в этот момент продолжаем стоять в строю».

Виктора Стребкова обменяли в декабре 2024 года. В июне 2025-го он пропал без вести на фронте.

«Вёрстка» связалась со знакомыми Стребкова, а также с родственниками, друзьями и сослуживцами других указанных в списке военных. Большая часть из них отказалась от комментариев. Брат одного из военнослужащих вначале сообщил журналисту «Вёрстки», что готов поговорить про плен, обмен и последующую службу его родственника, но позже сообщил, что слышит о его заключении впервые и не готов ничего комментировать.

Какой процент из списка вернувшихся из плена погибает от рук собственных командиров и сослуживцев доподлинно неизвестно. Один из контрактников МО РФ, с которым удалось поговорить «Вёрстке» сообщил, что независимо от должности, звания и срока нахождения на службе, вернувшихся из плена практически сразу после обмена возвращают на позиции.

«Они не были ранены и им был положен отпуск, но дома они пробыли несколько дней и прибыли на позиции, — говорит собеседник „Вёрстки“. — Несколько дней им дали на сборы всего необходимого. При этом их берут под контроль, чтобы опять не ушли в плен или не слили какую-то информацию».

По словам собеседника «Вёрстки», контроль осуществляет вышестоящий командир. Он подразумевает, что военнослужащий лишается допуска к информации, который у него был до этого, либо ограничивается в перемещениях между позициями.

«Даже когда они не добровольно, скажем так, сдавались в плен, или их, например, ситуация вынуждала уже все, либо смерть, либо в плен попасть, их все равно берут под контроль, как таких ненадежных людей, в плане того, что они могут быть завербованы, выйдя из плена и так далее», — говорит военнослужащий.

Случаев прямого обнуления собеседник «Вёрстки» не видел, но отмечает, что часть обменянных после возвращения могут сразу же отправлять в мясные штурмы, выжить в которых практически невозможно.

«Допустим, отряд сидел на позиции и весь отряд просто без боя сдался в плен, то тогда, да, к нему очень много будет вопросов и их, скорее всего, отправят в мясной штурм, — утверждает собеседник „Вёрстки“. — Такие ситуации, где очевидно, что человек добровольно, скажем так, покинул позицию, ну можно сказать, в соч подался через плен. В головах офицеров это выглядит так. С ними церемониться не будут и просто отправят в подобные штурмы».

Возврат пленных на фронт — нарушение международного права

О том, что военнослужащих, включая раненных, после обменов возвращают обратно на позиции ранее неоднократно рассказывали их родственники и правозащитники. Такие действия командования нарушают международные нормы — они прямо запрещены Женевской конвенцией об обращении с военнопленными…

«Военных после плена запрещено возвращать на боевые позиции и вовлекать в активное участие в боевых действиях как минимум по трем основным причинам, — говорит представитель проекта „Идите лесом“ Иван Чувиляев. — Во-первых, таков принцип гуманного обращения и защиты личности. Во-вторых, такой запрет гарантирует защиту от принуждения людей к участию в боевых действиях, а в третьих — обеспечивает нейтральность репатриации. То есть, человека возвращают в страну без принуждения, в условиях, обеспечивающих безопасность и уважение достоинства».

Даже добровольное возвращение в армию после плена, по словам правозащитника, многие государства, следуя Женевским конвенциям, считают нежелательной практикой.

Нормы международного права предусматривают, что после возвращения из плена все военнослужащие должны получать отпуск, проходить обязательную реабилитацию, а раненые — получать лечение. На практике вместо этого, как говорят юристы проекта «Идите лесом», обменянных военных помещают в закрытые военные части, где их допрашивают ФСБ. На фронт их возвращают после допросов.

Представитель «Идите лесом» отмечает, такая практика вошла в обиход только в этом году. Это, по словам Ивана Чувиляева, прослеживается также и в механике обращений: если ранее на угрозы возврата на фронт жаловались сами обмененные солдаты, то теперь это делают их родственники. Проблема, по словам Чувиляева, в том, что военнослужащих лишают свободного доступа к связи.

«Кроме того, у нас стало гораздо больше таких обращений, — говорит Иван Чувиляев. — Все-таки осенью, когда был прошлый обмен, речь шла про 5, 10, 15 таких обращений. Сейчас они уже десятками исчисляются, их очень много, они не прекращаются, они поступают до сих пор». i

Если военнослужащий после обмена не выходит на связь, правозащитники рекомендуют родственникам подавать срочные жалобы в военную прокуратуру, военную полицию, Уполномоченному по правам человека РФ, Минобороны, обращаться в СМИ с требованиями назначить их близкому официальное прохождение ВКК и отпуск.

Обложка: Дмитрий Осинников

Поддержать «Вёрстку» можно из любой страны мира — это всё ещё безопасно и очень важно. Нам очень нужна ваша поддержка сейчас. Как нам помочь →