Решительный рывок вверх

Самое серьезное повышение коммунальных тарифов за последние 15 лет произошло. И нет такой силы, которая могла бы помешать этому

В условиях существующей реальности уходить в отпуск в июле стоит, лишь обладая гражданским мужеством и иммунитетом к исходящим свыше преобразованиям. Ведь именно в июле, вернувшись после отдыха в родные пенаты, вы обнаружите, что как раньше уже не будет. Придется забыть о прежних ценах на воду, тепло, электричество… Даже ваш мусор вывозить за суммы, актуальные еще в июне, ненасытные регоператоры не станут. К слову, в Москве больше всего вырос тариф именно на эту услугу. А в целом по стране холодная вода подорожала на 14,8%, горячая — на 13,7%, отопление — на 13,8%, электроэнергия — на 13%. Это, подчеркну, средние показатели. От региона к региону они могут серьезно отличаться. Наконец, инфляция, по данным Росстата, с 1 по 7 июля подскочила до 0,79%. И это недельный максимум с весны 2022 года. На аномальность происходящего указывает и тот факт, что Генпрокуратура начала проверять обоснованность повышения тарифов и законность действий органов власти на местах. Ведь от последних зависит конечное значение тарифа.

Нет предела у предела

На фоне коммунальных пертурбаций и инфляционных взлетов подорожали некоторые продукты (в частности, хлеб), лекарства и бензин. Подешевела картошка. Но вряд ли этот факт способен примирить с цифрами в квитанциях. А они выросли в среднем почти на 12%. И это заметно превосходит темпы предыдущих лет.

Очевидно, что базовые параметры удержат далеко не все регионы. Местные власти имеют право устанавливать собственные коэффициенты повышения тарифов, ориентируясь на местные реалии. Это если по уму. А бывает, из жадности, которую могут обозвать экономической целесообразностью или другим убедительно звучащим термином.

«Так, в Оренбургской области за период 2020–2024 максимальный рост тарифа за теплоснабжение составил 176,28%, — приводит пример Сергей Креков, лидер общероссийского движения «ЯУправдом». — Интересный факт: существует опубликованная методика, руководствуясь которой устанавливают тарифы на тепловую энергию. Однако понять, на основании какой методики они индексируются, возможности нет из-за ее отсутствия. Существуют только предельные индексы, установленные правительством. Превышать их нельзя. Но можно, если очень нужно. Так, например, в Кемерове и Новокузнецке два года подряд коммунальные тарифы поднимали на 15% сверх установленных правительством пределов».

Добавлю: после изменений, внесенных в мае в правительственное постановление № 400 (касается изменения размеров платы за ЖКУ), регионам позволено существенно корректировать размер повышения при наличии утвержденной инвестиционной программы для коммунальной сферы. И они это делают, поднимая тариф на 15, 18, 20 и даже 40%.

Чтобы понять порядок реальных цифр, посмотрим на обновленную коммунальную квитанцию. Правда, у Юрия Андреевича таких квитанций на квартиру в 54 кв. метра целых девять штук. В Самаре, где живет 86-летний ветеран труда, коммунальные расходы на бумажных носителях предпочитают диверсифицировать. Платеж за каждую услугу приходит на отдельном листочке — только успевай платить. Никакие компенсации и льготы не снимают извечного вопроса: «куда» растут цены?

— Как вы разбираетесь во всех этих квитанциях? — спрашиваю пенсионера.

— Мне еще СМС приходит, но там только общая сумма, а за что конкретно, я не понимаю. У меня две компенсации — как ветерану и за капремонт. Это постоянные цифры, я их знаю. Остальные меняются каждый месяц — то больше, то меньше. В июне нормально доплатили.

— По вашему бюджету июльское повышение сильно ударит?

— У меня больше чем на тысячу рублей повышается плата.

— Сейчас сколько платите?

— Шесть тысяч, а будет семь с половиной — я подсчитал по процентам, на которые обещали повысить. А пенсию будут ли повышать, неизвестно. По газовому оборудованию цены (за обслуживание) загнули такие! Потом пересмотрели. А с этого года ни с того ни с сего опять вдруг повысили со 160 рублей до 185. И в квитанциях постоянно пишут: «долг». Для чего эту фирму создали? Обслуживают раз в год, а квитанции присылают ежемесячно.

На малейшие повышения пенсионеры реагируют болезненно. Сложно им понять, с чего вдруг цены выросли.

И не только нашему собеседнику не ясно, почему однократный визит техника называется «обслуживанием газового оборудования», а плата за него берется на регулярной основе. Зато разбивка коммунального платежа на отдельные квитанции, по мнению другой нашей собеседницы, имеет вполне логичное объяснение: «Общую сумму коммуналки с ходу не скажу, мы уже три года платим все по разным квитанциям. Видимо, чтобы не так заметны были повышения».

Но мы их все-таки обозначим, сравнив показатели за январь и июль по отдельным услугам.

Полгода назад холодная вода стоила в Самарской области 44 рубля за кубометр, теперь на 7 рублей дороже. За тепловую энергию самарцы платили 2437 рублей за 1 Гкал, а будут платить 2856 рублей. Газовая плита в доме с центральным отоплением и горячим водоснабжением обходилась в 128 рублей за человека, в июле плата выросла на 11 рублей. Эти маленькие цифры способны пробить ощутимую брешь в бюджете.

По заверению (звучит как успокоение) областного комитета ценового и тарифного регулирования, Самара находится на пятом месте в Приволжском федеральном округе по индексу изменений. Из этого комментария, видимо, следует, что мы имеем дело с легким вариантом индексации. Но именно в Приволжском федеральном округе зафиксирован наиболее серьезный в масштабах страны рост тарифов — почти на 20%.

«Тарифы на коммунальные услуги в Самарской области увеличились до 17,2%, — констатирует муниципальный депутат Дмитрий Асеев. — Жители начали шутить: пора брать кредит на оплату коммунальных услуг. Если бы вместе с повышением тарифов улучшалось качество ЖКУ, это сдерживало бы недовольство граждан. Однако сами ресурсники сообщают, что за последние годы идет стабильный рост аварий и отказов на сетях».

На уточняющий вопрос, увеличит ли очередное повышение сумму коммунального долга, Асеев отвечает однозначно: безусловно.

Собираемость рекордная, долги запредельные

Если в 2023 году долг россиян за ЖКУ составлял почти 900 млрд рублей, то к концу 2024-го достиг полутора триллионов. «Рост задолженности за 2020–2024 гг. составил 275 миллиардов рублей, или 44%, — продолжает Креков. — В то же время, согласно нашим данным, тарифы на услуги ЖКХ выросли за тот же период в среднем на 34%. Вывод: долги растут большими темпами, чем индексируются тарифы».

В Госдуме признают: реальная задолженность может быть еще выше. А точное число коммунальных должников в той же Самарской области вряд ли кто-то назовет. Статистические данные, по словам Дмитрия Асеева, просто отсутствуют. А те редкие цифры, которые можно найти в публичном пространстве, разнятся. Зато, проанализировав жалобы жителей на проблемы ЖКХ (их поступает огромное количество), можно выяснить интересные закономерности и детали: «В 2/3 ответов от управляющих компаний, — поясняет депутат, — я вижу такие строчки: к сожалению, выполнить данные работы (например, текущий ремонт кровли) в этом году не представляется возможным в связи с низкой собираемостью оплат за содержание дома. Параллельно вижу рост исков в суд по удержанию платы за коммуналку. Судьи (неофициально) говорят: мы завалены этими делами. Тут же интересная особенность: зачастую злостными неплательщиками по ЖКУ являются сами представители органов государственной власти. Например, в Самарской области есть пгт. Рощинский. В нем практически во всех МКД есть имущество (квартиры) Минобороны. И жители домов регулярно сталкиваются с проблемами по управлению домами именно из-за долгов по оплате коммунальных услуг или в фонд капремонта со стороны Минобороны. Аналогичная ситуация и с самими судами».

Надо сказать, вся долговая история — череда сплошных нестыковок. С одной стороны, задолженность — это многолетнее и уже хроническое состояние коммунальной сферы. С другой — население оплачивает 95% выставляемых квитанций по ЖКУ, если верить данным Росстата. При этом 37% граждан имеют долги за коммунальные услуги. В некоторых регионах в должниках значится почти половина владельцев квартир и квартиросъемщиков.

Тем не менее в конце прошлого года министр строительства и ЖКХ Файзуллин заявил, что ситуацию с коммунальными долгами за последние два года удалось улучшить. Да еще как! Собираемость платежей в среднем по стране составляет почти 101%, а в отдельных регионах доходит до 110% (с учетом взыскания старых долгов). Понять бы еще, как при таких показателях образовалась задолженность с 12 нулями. Не иначе, старые невозвратные долги портят картину, а появление новых стимулирует индексация. По факту, тарифы повышаются, количество должников увеличивается — коммунально-геометрическая прогрессия. Или замкнутый круг. Как ни назови, а связаны эти два процесса накрепко.

— Говорить о том, что между индексацией тарифов и ростом долга по коммуналке прямая связь, не просто можно, а нужно, — уверен Сергей Креков. — Поскольку именно рост задолженности — основная причина роста коммунальных тарифов. ФАС России заявила, что необходимость индексации обусловлена следующими причинами: «Возникновение кассовых разрывов в условиях необходимости исполнения производственных программ, соблюдение необходимого уровня надежности и качества предоставляемых услуг, а также выполнение инвестиционных программ неизбежно потребуют привлечения ресурсоснабжающими организациями (РСО) заемных средств. Снижение уровня запланированной индексации и тарифов может усугубить положение таких организаций.

— Проще говоря, если с граждан взять меньше, жизнь РСО станет хуже? А почему у рядового плательщика должна болеть голова о недополученных доходах некой организации, которая распределяет ресурсы, в равной мере принадлежащие всем? Или о конкретном «Газпроме» с его сократившимся рынком сбыта?

— Самая большая проблема не в том, что неплатежи формируют кассовый разрыв и это приводит к необходимости индексировать тарифы. Проблема в том, что темпы роста задолженности и индексации увеличиваются по экспоненте, поскольку нам необходимо компенсировать выпадающие доходы, рост издержек и расходы на модернизацию коммунальной инфраструктуры.

— Есть ли выход из этого замкнутого круга? Скажем, списание части долгов?

— Списание проблему не решит. Во-первых, их и так списывают по истечении трех лет в случае невзыскания. Во-вторых, при расчете некоторых коммунальных тарифов неплатежи являются частью себестоимости произведенных ресурсов. Они включены в тариф и должны быть покрыты теми, кто платит. Государству необходимо вмешаться в процесс, а именно — выкупать долги населения и заниматься их реструктуризацией. В сложившихся обстоятельствах другого варианта нет. Задолженность населения и рост тарифов ЖКХ — это уже политический вопрос, а не отраслевой.

Взыскания онлайн и модернизация как миф

Но чиновники придерживаются иной стратегии. И способы решения долговой проблемы находят, не особо углубляясь в ее первопричины. Вместо радикальной реформы всей системы в стране запускают эксперимент сомнительного толка. Долги по ЖКУ собираются взыскивать онлайн. Даже не углубляясь в суть механизма, легко понять, кто здесь выгодоприобретатель. Чиновники считают новую придумку едва ли не панацеей. Еще бы: созданный механизм практически идеален для ускоренного и максимально упрощенного возврата долгов. И позволяет наложить арест на банковские счета должника. Минус только один: он не про людей. Потребитель не может оспорить, например, включенные в квитанцию необоснованные суммы. О претензиях в случае некачественных (но требующих оплаты) услуг речи не идет вовсе.

Другое нововведение позволит управляющим компаниям взыскивать долг по платежам, не превышающим 500 тысяч рублей, через нотариуса. Он создает исполнительный документ, а долг и пени списываются со счета неплательщика. О платежной дисциплине власти тоже позаботились: оплачивать коммунальные услуги надлежит теперь до 15-го числа каждого месяца. Соответствующий закон принят, с марта следующего года норма заработает. Но недоумение останется: четкая дата расчета — это, действительно, важно настолько, что требует законодательного регулирования? Более важных проблем нет?

Граждане, если что, могут подсказать. «Почему в доме, который так очевидно изнашивается, а капремонт был сугубо косметический, мы должны платить с каждым годом все больше и больше?» — задается вопросом жительница столицы Виктория. Экономист по профессии, она отчаялась, как сама говорит, понять ценообразование в коммунальной сфере. «В июньской квитанции у нас стоит цифра 18 910 рублей (площадь квартиры 100 кв. м, зарегистрированы 4 человека)! Заметьте: еще до повышения. Конечно, мы пока не отдаем половину всего дохода на квартплату. Но сами эти значения — они же за гранью разумного!

Состояние общего имущества — это бесконечные жалобы в домовом чате. Лифт уже три года как выработал свой срок. Мусорные завалы… Даже не глядя в окно, я вам точно скажу, что они там есть. Проблема с канализацией просто нерешаемая. Ее боятся трогать. Так почему я плачу все больше и больше? Что в моих жилищных условиях становится лучше?»

Боюсь, к экономике этот вопрос отношения не имеет. В такой ситуации о ценах адекватных услугам надо просто забыть. Это не про коммунальное хозяйство. Тем более что живет оно в режиме перманентного «неуспевания»: индексация тарифов не успевает за ростом стоимости оборудования. Обновление коммунальной инфраструктуры никак не может угнаться за ее износом. Это признают сами чиновники. А в качестве причин роста тарифов называют любые, кроме истинных. Например:

цифры в наших платежках стремятся вверх, потому что чудовищным образом дорожает коммунальное оборудование. Очередная индексация традиционно сопровождается пояснением, что повышение необходимо для модернизации. Мы верим и платим.

Износ коммунальных сетей тем временем приблизился к 40–60% — это в общем. А в некоторых регионах он уже достиг 80%. И приходит понимание: индексация — это не про модернизацию. Цель индексации — не обновить систему, а дать ей, как говорят эксперты, дотянуть до очередного повышения. А потом до следующего. Не расти коммунальные платежи не могут — это надо принять как данность.

Не уверена, что суть процесса и порядок образования цифр до конца понимают даже его идеологи. Зато есть твердая уверенность, что базовый индекс роста коммуналки уже давно существует в отрыве от реальности. А главное — от доходов людей. Скажем, в Иркутской области реальные зарплаты за последний год выросли в среднем на 4,2%. Рост тарифов в три раза больше. Зарплата среднестатистического россиянина вряд ли индексируется в лучшую сторону дважды в год. Тогда как тариф стремится вверх неуклонно и повсеместно. И в нынешнем году достиг максимального значения за последние 10 лет. В 77 субъектах РФ (то есть практически везде) базовый индекс роста оказался выше прошлогоднего.

Сергей Креков попытался объяснить, почему долги изначально заложены в тариф: «Во-первых, мы суммируем расходы на производство коммунального ресурса и делим между потребителями так, чтобы покрыть его. В результате чем больше населения на какой-то территории, тем ниже тариф, за счет меньшей доли постоянных затрат на единицу поставленного ресурса. Формируется диспропорция в тарифах по регионам и внутри них при прочих равных.

Во-вторых, при установлении тарифов платежеспособность населения не учитывается как фактор. Наши исследования это доказывают. Таким образом, мы программируем задолженность, не принимая во внимание способность граждан платить. Сочетания первого и второго факторов — это гремучая смесь, которая приводит к тому, что на территории, где проживает мало людей, устанавливаются высокие тарифы, а они провоцируют неплатежи.

Выходом из сложившейся ситуации могло бы стать установление экономически обоснованного тарифа из расчета прямых затрат на выработку единицы энергии. Но это сломает всю систему, в которой тарифы ЖКХ являются квазиналогом, взымаемым с населения, проживающего на подконтрольной территории».

За чьи хотелки платим?

Возвращаясь к обещанной Генпрокуратурой проверке, отдельно стоит отметить, что ведомство намерено обратить внимание на необоснованные расходы коммунальщиков, включенные в тарифы ЖКХ. На официальном сайте ГП так и сказано: «Прокуратура примет меры для защиты прав граждан». Меры потребуются серьезные, так как расходы, не имеющие обоснований, огромны. Истинный их масштаб, скорей всего, так и останется за кадром. Затраты РСО, неважно какого рода — на починку сетей или организацию корпоративного гулянья, — покрывать будут рядовые плательщики. Никакой фантазии не хватит, чтобы представить, сколько разнообразных «трат» закладывается в тариф просто потому, что их надо закрыть.

Иной раз кажется, что тариф резиновый, а терпение граждан безграничное. В 21,6 млрд рублей вылились необоснованные начисления только за два года (по другим сведениям, результаты 129 контрольных проверок выявили за тот же срок 43,5 млрд сомнительных расходов). В любом случае после исполнения предписаний ФАС эти суммы из тарифов ЖКХ исключат.

Проверки обоснованности тарифов на электроэнергию и теплоснабжение проводились в целом ряде регионов — от Бурятии до Ярославской области. Нарушения зафиксированы по всем разделам ЖКУ. Тарифные регуляторы инспектировались в Центральном, Северо-Западном, Приволжском и Уральском федеральных округах. По итогам проверок в сфере теплоснабжения тарифы были снижены в Архангельской области на 34%, в Ингушетии — на 23%, в Дагестане — на 19%. По обращению с ТКО в Камчатском крае — на 29%, на Чукотке — на 25%. На водоснабжение и водоотвод в Ленинградской области на 16%. И это лишь некоторые корректировки. Смотришь на эти проценты и тихо ужасаешься.

«С сожалением приходится констатировать, что масштаб необоснованных расходов ограничен лишь жадностью коррумпированных чиновников, задействованных в процессе утверждения тарифов ЖКХ, — считает Креков. — Показательно, что на днях вопрос обоснованности повышения тарифов взял под личный контроль Генпрокурор России. Из этого — простой вывод: ФАС не справляется с возложенной на нее функцией контроля, и прокуратура проконтролирует того, кто контролирует тарифы. С учетом того, что мы имеем дело с масштабной коррупцией, которой поражена вся структура и ветви власти, особой веры в решение проблемы необоснованного роста тарифов ЖКХ нет.

Отдельно хочу отметить еще один факт:

коррупция не только позволяет произвольно устанавливать тарифы, но и все связанные с ней расходы включить в размер индексации, которую оплатят граждане России».

Эксперт напомнил интервью бывшего главы ФАС Артемьева, которое тот дал одному из федеральных телеканалов еще в 2019-м. Главную мысль стоит привести дословно, она актуальна и шесть лет спустя: «Граждане по большинству коммунальных позиций давно переплачивают больше 100% себестоимости. И все эти разговоры, что мы какие-то там убогие, недоплачиваем этим коммунальным монстрам, это все чушь собачья. Мы давно им переплачиваем. Они на это дело содержат различного рода рестораны, дома отдыха для себя, охотничьи заимки».

На официальном сайте Генпрокуратуры новость о проверке правомерности роста тарифов завершается обещанием: прокуроры примут исчерпывающий комплекс мер реагирования, нацеленный на восстановление прав граждан.

А когда наступит 1 января 2026 года, случится очередная индексация. Она неизбежна, как снег или дождь. Обострение кризиса в системе ЖКХ, которое нам предрекают при каждом повышении коммуналки, оно уже здесь — наступило. А печальный итог тарифного регулирования Сергей Креков видит в том, «что производители и поставщики коммунальных ресурсов не имеют мотивов работать над эффективностью производства, снижать потери на сетях, вкладывать средства в модернизацию. Безумные тарифы согласует коррумпированный чиновник. Главное — договориться, а потребитель оплатит любые хотелки. Те же, кто не может платить, создают долги, которые не только угрожают развитию сферы ЖКХ и экономики в целом, но и создают угрозы для стабильного развития государства и общества.

Необходим фундаментальный пересмотр самой модели, по которой работает отрасль поставки коммунальных ресурсов, и ее тарифное регулирование. По-другому проблемы не решить».