Чиновники, как и все остальные жители России, вынуждены срочно искать замену телеграму и вотсапу. Почему же они не идут в Max?

По словам источников «Медузы», блокировка звонков стала «ударом под дых» в разгар предвыборной кампании

Аудиоверсию этого текста слушайте на «Радио Медуза»

В середине августа российские власти заблокировали звонки в самых популярных мессенджерах — WhatsApp и Telegram. Одновременно они запустили беспрецедентную кампанию по продвижению так называемого национального мессенджера Мах: жителей РФ рекламой, уговорами и угрозами принуждают переходить на этот сервис.

«[Нам] дали понять: в будущем, скорее всего, заблокируют все мессенджеры. Всех загонят в Max», — рассказывает «Медузе» участник «Фестиваля новых медиа», прошедшего в середине августа в «мастерской управления» «Сенеж».

По темам, которые обсуждаются в «Сенеже», можно косвенно судить о намерениях Кремля. «Мастерская управления» — это круглогодичный учебный центр при кремлевской некоммерческой организации «Россия — страна возможностей». Организация проводит «кадровые конкурсы»; там читают курсы для федеральных и региональных чиновников — в основном губернаторов и их замов по политике, а еще для сотрудников государственных СМИ; на этих же курсах они получают актуальные установки от администрации президента (АП).

Перед сотрудниками провластных СМИ в «Сенеже» в конце лета 2025 года выступали глава Управления общественных проектов Кремля Сергей Новиков, директор Института развития интернета (ИРИ, распределяет пропагандистские бюджеты) Алексей Гореславский, бывший пресс-секретарь Росмолодежи и главред журнала «Москвичка» Кристина Потупчик, продюсер и глава Института кино Высшей школы экономики Александр Акопов и директор ВЦИОМ Валерий Федоров. Именно из их непубличных комментариев собеседник «Медузы» сделал вывод, что российские власти не собираются останавливаться на блокировке звонков в телеграме и вотсапе. Вскоре в России зафиксировали сбои в работе сервиса Google Meet, которым россияне пытаются заменить звонки в привычных мессенджерах.

При этом два близких к политическому блоку АП собеседника «Медузы» говорят, что им «слабо верится» в блокировку «вообще всех мессенджеров» и массовую миграцию россиян в Max. «Сложно представить, что несколько мессенджеров из других стран можно будет заблочить скопом. Люди будут искать новые способы связи. Раньше мессенджеры тоже делились по регионам — где-то народ сидел в вотсапе, где-то в телеграме, а где-то без вайбера делать было нечего. Кто активно ездил по стране, по работе имели все. Так может быть и сейчас: будут анклавы распространения мессенджеров», — считает один из них.

Еще один политтехнолог, работающий с Кремлем, рассказывает, что у него самого и всех его знакомых блокировка звонков вызвала «серьезные бытовые неудобства». Теперь им приходится заранее договариваться о звонке — а затем включать VPN, чтобы созвониться в телеграме и вотсапе:

Бесплатный VPN тормозит, а платный летает, проблем нет. Переписка все равно остается в телеграме и вотсапе. Написал сообщение — предупредил, позвонил. Предупреждаешь, потому что VPN не включен постоянно. При включенном не работает часть приложений, российских сайтов, оплата парковки. Отсюда и еще одно неудобство: нет постоянной связи. То у меня VPN выключен, то у человека, с которым я хочу связаться.

Самым удобным способом связи для чиновников, использующих айфоны, стал FaceTime, прежде не очень популярный в России, говорят политтехнолог и чиновник из Петербурга. «Даже фейсы [сотрудники ФСБ] стали использовать — может, из-за названия?» — шутит петербургский чиновник. Но этот способ связи не универсален: FaceTime — встроенное приложение Apple, и на телефоны с Android его установить не получится.

Поэтому пользователи iOS и Android ищут общие решения — мессенджеры, которые еще не заблокированы. «У людей, которые давно начали работать в ОАЭ, ездить туда, в общем, у дубайской тусовки, есть Botim — их [дубайский] мессенджер. Там ведь те же проблемы с вотсапом, — говорит технолог, который работает с президентской администрацией. — Знакомый попросил поставить Chatty, у кого-то еще [он уже] есть. Для меня проблем нет — поставил. Что-то еще предложат — поставлю. Пока идет поиск оптимального». (Из российских чиновников в Дубай по работе ездят, например, сотрудники Российского фонда прямых инвестиций; ОАЭ «являются очень важным инвестиционным партнером» России, заявлял глава РФПИ Кирилл Дмитриев.)

Чиновник из Петербурга и двое его коллег из других регионов перечисляют те же сервисы, также упоминая армянский мессенджер Zangi. Необходимость все время скачивать новые приложения они считают одним из главных неудобств, возникших после блокировок. Кроме того, они тоже жалуются, что им приходится предварительно договариваться о созвонах с коллегами.

Политтехнолог, работающий на региональных парламентских выборах, отмечает, что блокировка звонков стала «ударом под дых в разгар кампании»: прежде управление работой агитаторов, координаторов и подчиненных на местах происходило в вотсапе. «Все в одном чате, из чата можно человеку сразу набрать, какими-то файлами обменяться. Теперь, чтобы позвонить, надо из чата выходить [в другие приложения]. Решаемо, но не так удобно. Координация не такая оперативная», — говорит технолог.

Он добавляет, что блокировка звонков в мессенджерах «прибавила головной боли» и заставила перестраивать процессы: «Документы пересылаем тут, а созваниваемся там», — но к критическим проблемам пока все же не привела.

На свой основной телефон «национальный мессенджер» Max пока не установил ни этот собеседник, ни его коллега, работающий с АП, ни петербургский чиновник, с которым общается «Медуза». Все трое считают российское приложение небезопасным (как и независимые эксперты). «Непонятно, за чем он следит. Понятно, что какие-то деликатные вопросы, например денежные, обсуждать в нем точно не стоит. Но ситуации, когда нужен конкретно Max, будут возникать. Например, официальное общение по работе там уже ведется», — рассказывает петербургский чиновник.

Сам он установил Max «на свою старую трубку». То же самое сделали два региональных чиновника, поговорившие с «Медузой», объяснив, что «рабочую переписку где-то надо вести».

Политтехнолог, сотрудничающий с Кремлем, и петербургский чиновник жалуются на низкое качество звука даже во время обычных звонков с одного мобильного на другой: «Как будто восьмибитный звук… Раньше было лучше, хотя, может, я просто уже не помню, как оно было». О том, что их звонки могут прослушивать, они оба «не думают» (обычная мобильная связь никак не шифруется, эксперты не рекомендуют использовать ее для чувствительных разговоров).

Все пять собеседников, опрошенных «Медузой», сомневаются, что властям, несмотря на широкую кампанию, удастся массово перевести пользователей в Max. По результатам закрытых опросов, которые проводили ФСО и ВЦИОМ, россияне негативно восприняли блокировку звонков и попытки загнать их в новый мессенджер, утверждает политтехнолог, работающий с Кремлем. По данным независимого проекта Russian Field, опросившего россиян, негативно к блокировке вотсапа и телеграма относятся 70% респондентов.

«Большинство напрягает даже не информация о том, что Мax могут прослушивать, и не то, что сам он способен искать информацию на устройствах. [Напрягает] сам факт того, как с ними поступили. Не спросили. Заблокировали и сказали: идите туда. Для кого-то это буквально последняя капля. Появляются открытые упреки к власти — что она вмешивается в личную жизнь, в вопросы быта», — говорит собеседник «Медузы», знакомый с результатами закрытых опросов фокус-групп о блокировках мессенджеров.

Сами чиновники и технологи относятся к блокировке звонков примерно так же. Впрочем, открытого недовольства они не проявляют. «Кому и зачем в такой ситуации жаловаться? Это как писать в „Спортлото“. Нас ограничили — ищем способы обхода. Уже привычная тактика», — говорит «Медузе» региональный чиновник.

«Политизированной аудитории Max точно не заменит телегу. Она — аналог СМИ, где есть инсайды, вбросы, слухи и просто мнения, отличные от генеральной линии. Кто будет такое публиковать в Max, если есть нехилая вероятность, что тебя вычислят?» — замечает технолог, работающий с Кремлем. Если борьба с сервисами, альтернативными «национальному мессенджеру», будет продолжаться, это приведет лишь к тому, что все больше граждан начнут пользоваться VPN, считает он:

Пока на фокус-группах многие участники говорили, что не ставят VPN из-за того, что это что-то на грани закона (пользоваться VPN в РФ пока не запрещено, — прим. «Медузы»). Но сверхосторожность присутствует, пока есть альтернативы. Если их не будет — скачают.

Региональный чиновник в разговоре с «Медузой» признает, что некоторые россияне все же будут вынуждены скачать Max — родители школьников, пациенты, бюджетники, но это «далеко не все». Люди, которые не доверяют государству, считает он, будут устанавливать Мax на старые телефоны — как делают сами чиновники. Собеседник «Медузы» полагает, что на свои основные устройства россияне «нацмессенджер не пустят».

«Медуза» продолжает работать, но нам очень нужна ваша помощь. Пожалуйста, поддержите нас.

Андрей Перцев