К пятому сезону «Медленные лошади» остаются лучшим шпионским сериалом

Разведчикам-неудачникам нужно выяснить, кто стоит за поляризацией общества

На Apple TV+ выходит пятый сезон «Медленных лошадей». Шпионский сериал об отделении разведчиков-неудачников все так же удачно держит баланс между абсурдом и реальностью, рассказывая о внутренних угрозах, политическом популизме и наследии холодной войны. Журналист Георгий Биргер посмотрел весь сезон и рассказывает, как авторы сериала нашли альтернативный подход к теме битвы бумеров и зумеров.

Внимание! В тексте есть спойлеры к пятому сезону «Медленных лошадей» (и к первым четырем тоже). Если вы хотите избежать их, вернитесь к тексту после просмотра.

Сложно поверить, что премьера сериала «Медленные лошади» по книгам Мика Геррона была всего три года назад. За это недолгое время он стал не только одним из самых популярных современных британских сериалов, но и привычным, комфортным шоу-утешением, в компании которого всегда благостно. Даже притом, что у каждого героя есть шансы не дожить до конца серии, а центральный персонаж сериала, агент Джексон Лэмб в исполнении сэра Гэри Олдмана, — возможно, самый некомфортный и неблагостный человек на планете Земля.

Медленные лошади — это сотрудники британской контрразведки из вымышленного отдела «Слоу Хаус» (дословно «Дом на болотах», по-английски созвучно со slow horses). По сути, это чистилище, куда попадают провинившиеся агенты MI5, которых по бюрократическим причинам нельзя просто взять и уволить. Там они перекладывают бумажки и занимаются прочей скучной рутинной работой, пока сами не уволятся.

Дополнительный стимул им дает Джексон Лэмб, агент-динозавр, который служил в Германии во время холодной войны, а теперь заправляет «Слоу Хаусом» и кошмарит агентов-неудачников, делая их жизнь еще более невыносимой. В его арсенале большой набор инструментов: от атаки разного рода телесными запахами до изощренных оскорблений, доступных только остроумным британцам.

Второй главный герой — Ривер Картрайт, потомственный шпион, воспитанный дедушкой, бывшим коллегой Лэмба. Ривер — агент уникальных способностей, но со слишком горячей головой. В «Слоу Хаус» он попадает, завалив тренировочное задание и посеяв хаос в одном из лондонских аэропортов. Как выясняется позже, Ривера подставил завистливый коллега, но в разведке нет такого аргумента — «не моя вина».

С тех пор как Ривер попадает в аутсайдерскую конюшню, спокойная жизнь Лэмба заканчивается, и «Слоу Хаус» регулярно оказывается в центре больших шпионских игр. За четыре предыдущих сезона «лошади» расправились с ячейкой советско-российских спящих агентов и с бандой наемников, состоящей из бывших агентов MI5. Враг изнутри почти всегда оказывается страшнее внешнего вмешательства, а «Слоу Хаус» в таких условиях становится оплотом противостояния внутренней угрозе и своего рода отделом внутренних расследований.

У «Медленных лошадей» есть сразу несколько свойств, из-за которых сериал ярко выделяется на фоне прочих шпионских драм. Первое и очевидное — это персонажи, и в первую очередь Джексон Лэмб. Он производит впечатление человека, который, ни секунды не сомневаясь, убьет, предаст, подставит хоть собственную мать, если ему это будет выгодно, — и отчасти это впечатление будет правдиво, потому что такие эпизоды в прошлом у него были. Но в целом его образ — это гипертрофированная маска «бумерского» цинизма. А прячется за ней искреннее желание делать мир лучше и служить принципам, а не сиюминутной политике момента — желание как будто стыдное для его возраста и рода деятельности. Лэмб — идеальный герой своей эпохи: прошедший холодную войну профессионал, который хорош во всем, кроме эмоционального интеллекта: словно подросток с боязнью привязанности, он отпугивает от себя любого, кто готов видеть в нем человека.

Остальные герои так же ловко сочетают в себе карикатурность и достоверность, причем универсального правила о пропорциях тут нет. Поэтому некоторые совсем уж гипертрофированные — как, например, IT-гений с повадками двачера Родди Хо (у него в этом сезоне бенефис). А другие, включая Ривера Картрайта, настолько приземленные, что вполне могли бы оказаться и в «серьезном» шпионском триллере.

Поддержите «Медузу»! Это важно не только нам, но и нашим читателям. Вот что говорит одна из них — Айгель Гайсина из группы «Аигел»: Если «Медуза» закроется, я почувствую сильную злость оттого, что кто-то снова пытается за меня решить, что мне читать и откуда получать информацию. Я бесконечно уважаю журналистов «Медузы» за то, что они продолжают работать, несмотря на все репрессии. Я хочу, чтобы «Медуза» жила, — и призываю вас тоже способствовать, чтобы свободные медиа продолжали жить. Пожалуйста, подпишитесь на регулярный донат.

Еще одно отличительное свойство сериала — сочетание юмора и вполне реалистичных проблем, с которыми сталкиваются герои. «Медленные лошади» спорят со сложившейся традицией, согласно которой шпионские триллеры бывают или максимально серьезными, либо пародийными. Авторы находят золотую середину где-то на уровне «После прочтения сжечь» братьев Коэн.

Такой подход позволяет избежать конфузов, как в недавнем сериале «Агентство», где цэрэушник на допросе белорусского двойного агента начинает перечислять персонажей «Войны и мира» — якобы это имена российских шпионов, — а тот даже не замечает подвоха. В «Лошадях» такая сцена тоже могла бы быть, но с полным осознанием ее нелепости. Комизм здесь напоминает, что в разведке служат не сверхсущества с IQ, превышающим их собственный рост в сантиметрах, а обычные люди, которым свойственно ошибаться. Да и MI5 — обычная контора, где, как и в любой другой, царят бардак и бюрократия и какие-то вещи работают скорее чудом — не благодаря стараниям сотрудников, а вопреки.

Если предыдущие два качества довольно самоочевидны, то третье запрятано чуть глубже, но именно оно делает «Медленные лошади» таким своевременным сериалом. Все вызовы, с которыми сталкиваются герои, — в той или иной степени эхо холодной войны. Не возвращение (хотя русская угроза тут тоже присутствует), а именно эхо, ощутимое на домашней территории.

Сериал напоминает, что холодная война была не просто противостоянием MI5 и ЦРУ с КГБ и Штази. Идея игры без правил, как вирус, поразила всех участников: спецслужбы получили практически нерегулируемую свободу. Именно поэтому любая тайна, с которой сталкиваются агенты «Слоу Хауса», в результате так или иначе приводит их к главному управлению MI5. Злодеяния прошлого обязательно вернутся бумерангом — это центральная для сериала мысль.

В пятом сезоне «Медленные лошади» касаются той же темы, что и недавние фильмы «Эддингтон» Ари Астера и «Битва за битвой» Пола Томаса Андерсона, — речь о современном противостоянии правого и левого популизма, которое, в общем-то, тоже само по себе эхо холодной войны.

Угроза нового сезона — таинственная третья сторона, которая играет на расколе в обществе и делает его глубже. Это приводит к серии терактов — со стороны как ультраправых борцов с миграцией, так и левых экотеррористов. Замешан тут оказывается и «Слоу Хаус»: их сотрудника Родди Хо эта третья сторона сначала использовала, а потом попыталась ликвидировать. Довольно быстро другой специалист отдела раскусывает тактику злоумышленников — точно такой же стратегией дестабилизации пользовалась MI5 в других странах во время холодной войны.

В пятом сезоне «Медленные лошади» находятся на пике своей лошадиной силы: формула сериала тут окончательно выпестована, баланс между юмором, абсурдным гротеском и актуальностью выверен идеально. Удается сериалу и сказать что-то новое, а именно вычислить альтернативный подход к утомительной борьбе популизмов, где высмеивается не крайность двух сторон, а упрямство и слепота третьей.

Это объясняет, почему так хорошо работает химия между героем Олдмана и молодыми агентами в его подчинении. Для предпенсионера Лэмба холодная война никогда не заканчивалась, зеленые же агенты уже росли в расшатанной реальности XXI века — и так они оказываются в одной точке. Тем временем руководители MI5 живут так, будто на дворе девяностые: верят в «конец истории» и неолиберальный мир, где нет места каким-либо идеологиям. Так сериал ломает уже, казалось бы, устоявшуюся схему «бумеры против зумеров» и меняет ее на «бумеры с зумерами против всех остальных».

Это своего рода центризм, но совсем не нынешний центризм, который пытается удержать призрачный статус-кво. Этот альтернативный центризм «Медленных лошадей» видит крайности правых и левых, но в то же время подмечает, что в теракте ультраправого националиста убитыми оказывается дюжина человек, в то время как ультралевые экотеррористы видят своей целью энергетическую промышленность (что, впрочем, все равно ведет к одной случайной смерти). Похожая картина складывается в предвыборной гонке за пост лондонского мэра, как ее изображает сериал: там тоже сталкиваются левый и правый популизм, оба кандидата циничны, но масштаб этого цинизма совсем не одинаков.

Агенты «Слоу Хауса» здесь, впрочем, не для того, чтобы найти выход из ситуации. Как и в предыдущих сезонах, реальная опасность заключается здесь в попытке спецслужб замять ошибки прошлого — на этот раз прошлого совсем недавнего. Не умаляя критичности сложившегося раскола, «Медленные лошади» напоминают: не стоит списывать вину за этот раскол лишь на «иностранное вмешательство». В конце концов, если самим разобраться в былых ошибках, «вмешателям» будет куда сложнее проводить свои манипуляции.

Возможно, это чересчур серьезный вывод для сериала, где главный герой сидит в кабинете с разбитыми окнами, положив на стол ноги в дырявых носках, и в одиночку уплетает целый рулет в форме многоножки. Но может, именно таких героев нам сегодня и не хватает.

Привет, это Софья Воробьева и Антон Хитров — редакторы «Медузы». Каждый день мы следим за культурными событиями и выбираем самые интересные. Хотите узнать, как во ВГИКе нашли пропавший студенческий фильм Сергея Параджанова, зачем художники накрыли город Базель лоскутной скатертью, как Клаудия Кардинале снялась в советском кино? Скорее подписывайтесь на наш телеграм-канал «Плот»!

Георгий Биргер