Гражданская экономика России в кризисе: заводы сокращают часы работы и режут зарплаты

Крупные российские предприятия отправляют сотрудников в отпуска, вводят сокращенную рабочую неделю, а порой и режут штат. Те, кому удалось сохранить рабочее место, рассказывают о снижении зарплат. В стране кризис, с которым справляются не все. И, по прогнозам экономистов, это только начало.

Четырехдневка для «гражданки»

«Работа не прекращается ни на минуту. Рабочие говорят: выучили танк настолько, что могут собрать его с закрытыми глазами», — так задорно о буднях рабочих «Уралвагонзавода» рассказывает пропаганда. Завод входит в корпорацию «Ростех» и сейчас является крупнейшим в стране производителем бронетанкового вооружения.

Но если с танками всё в порядке, даже планируют нарастить объем их производства, ведь война в Украине продолжается, то гражданская продукция завода — грузовые вагоны — перестала пользоваться популярностью. Перевозки на РЖД сократились (о причинах подробно писала «Новая-Европа»).

По итогам года ожидается их снижение еще на 7–9%. И для завода настают новые, совсем не легкие времена. С 15 декабря в целях экономии здесь сокращают рабочую неделю до четырехдневки — с соответствующим понижением зарплат сотрудников.

«Это вызвано падением спроса на производство гражданской продукции. Несмотря на временные колебания рынка подвижного состава, “Уралвагонзавод” продолжает стабильную работу благодаря своей многопрофильности», — комментировала переход на сокращенную неделю пресс-служба завода.

До войны на предприятии работали 20 тысяч сотрудников, и потом каждый год завод принимал на работу еще по пять тысяч человек. И всё — для реализации гособоронзаказа. Переход на сокращенную неделю затронет именно гражданское производство. Так, руководство планирует снизить затраты на заработные платы. Рабочим с вагонного производства предложено переводиться на «другие направления, обеспеченные заказами», сообщили в пресс-службе. Для них организовано переобучение новым рабочим профессиям.

— Я уже 15 лет работаю в цеху. И вот вчера нам дали ознакомиться с ведомостями по зарплате. Люди просто в шоке: зарплаты по 15 тысяч, а будут еще ниже.

Никаких премий и компенсаций. И будут оплачивать типа за хозработу, 139 рублей в час. Думаете, руководство сократило себе премии? Вряд ли, — рассказал «Новой-Европа» работник цеха по сборке вагонов Сергей (фамилия не называется по просьбе героя).

А вот «Челябинский электрометаллургический комбинат» (ЧЭМК) отправлен на четырехдневку уже с сентября. Сокращение рабочего времени на предприятии объяснили нестабильностью курса валют — крепкий рубль снижает доходы от экспорта, общей негативной ситуацией на рынке ферросплавов и падением спроса. Перевод на четырехдневку коснулся 1200 сотрудников.

«Минус один рабочий день в неделю — это минус 20–25% от зарплаты. По прикидкам, работники потеряют от 17 тысяч рублей (при зарплате от 75 тысяч). Конечно, люди недовольны, но знаете как? Тихо, дома, на кухне, при закрытой двери», — жаловались сотрудники ЧЭМК.

К сокращению рабочих дней, чтобы снизить затраты на зарплаты, уже прибегли многие крупные предприятия. Еще в марте на трехдневку перешел комбинат «Ураласбест» в Свердловской области. Также из-за падения спроса на продукцию в рамках антикризисной программы рабочее время сократил «Серовский завод ферросплавов». С октября на четырехдневку ушел «Златоустовский металлургический завод».

Транспортный цех: остались одни старики

Проверенный метод решили опробовать и автопроизводители: о переходе на четырехдневную неделю объявили АвтоВАЗ, ГАЗ и КамАЗ.

На «Горьковском автозаводе» четырехдневку ввели 1 августа и пояснили, что «в условиях высокой ставки ЦБ и недоступности финансовых инструментов для приобретения автомобилей падение рынка по итогам первого полугодия составило почти 40% в сегменте среднетоннажных грузовиков, 30% в сегменте легких коммерческих автомобилей и 60% в сегменте автобусов».

В пресс-службе КамАЗа сообщили о кризисе на рынке грузовиков свыше 14 тонн. По итогам полугодия рынок сократился почти на 60%. На складах компаний-импортеров летом скопилось более 30 тысяч грузовиков, которые не распродаются, даже несмотря на демпинговые цены. Здесь тоже ушли на сокращенную неделю с 1 августа.

А на АвтоВАЗе четырехдневка началась 29 сентября и может продлиться до полугода. Как сообщал глава профсоюза завода Сергей Зайцев, в случае улучшения ситуации с продажами автомобилей режим четырехдневной рабочей недели будет отменен.С АвтоВАЗа уже массово увольняются сотрудники. Впрочем, в профсоюзе это опровергают. По словам Зайцева, пока на заводе обычная текучка.

Однако ситуация на предприятии непростая, рассказал «Новой-Европа» один из его сотрудников Николай (имя изменено):

— Я работаю на ВАЗе уже несколько лет. Зарплаты — 60–80 тысяч рублей край. Максимум получают инженеры, а рабочие меньше всех. Причем у офисных работников, которых, кстати, у нас большинство, и оклады выше. У меня зарплата 50 тысяч, и в последние годы она индексировалась, но не существенно (в сентябре медианная зарплата в Самарской области достигла 66,7 тысячи рублей. — Прим. ред.).

По словам Николая, большая часть рабочих — люди предпенсионного возраста или же пенсионеры.

— Остались одни старики, молодежь сюда не идет: зачем им это нужно, за такие деньги? Лучше б уже китайцам продали. Ну не справляется руководство. Оборудование старое, людей не хватает. Коммуникации ржавые, трубы текут, в одном месте латают, у другом они рвутся, — жалуется Николай.

Еще один сотрудник АвтоВАЗа говорит, что в ближайшем будущем планирует уволиться с завода:

— У меня график два через два, нормальный. На заводе не хватает людей. Я механик, но порой выполняю и свои, и чужие обязанности, часто вообще не имеющие ко мне отношения. За такие копейки никто к нам работать не идет. Я знаю, многие ребята уйти хотят из-за низких зарплат. Можно сказать, очередь на увольнение. Кто-то едет в Москву на заводы, которые делают военную продукцию, кто-то уходит просто в слесаря на какую-то автосборку. Всё выгодней, чем тут сидеть.

Фанерный завод закрывается

Издание Reuters проанализировало тенденцию, и, по его данным, перевод сотрудников на неполную рабочую неделю, отправки в неоплачиваемые отпуска и сокращения происходят во многих отраслях — от железных дорог и автоконцернов до металлургии, добычи алмазов и производства цемента.

С октября до конца года на сокращенную неделю переходит крупнейший производитель цемента в России, холдинг «Цемрос». Всё это — чтобы избежать сокращений на фоне резкого спада в строительной отрасли и роста импорта цемента. В компании, которая включает 18 заводов и свыше 30 карьеров по добыче нерудных материалов по всей России, работают 13 тысяч сотрудников.

Крупнейший российский работодатель — ОАО «Российские железные дороги», где работает около 700 тысяч человек, потребовал от сотрудников центрального офиса брать три дополнительных выходных в месяц за свой счет. Еще летом здесь стали отправлять сотрудников в неоплачиваемые отпуска. С января по сентябрь 2025 года погрузка на РЖД сократилась на 6,7% по сравнению с январем — сентябрем прошлого года. В минусе оказались почти все категории грузов: уголь, кокс, цемент, нефтепродукты, строительные грузы, промсырье, зерно. Урезал зарплату сотрудникам на 10% и крупнейший в мире производитель алмазов — компания «Алроса». Также была приостановлена работа на двух ее месторождениях. На ряде предприятий металлургии, горнодобычи, деревообработки и угольной промышленности идут сокращения рабочей недели, персонала или производства.

«Свеза», один из ведущих производителей древесины и бумаги в России, в сентябре закрыл фанерный завод в Тюмени из-за резкого падения спроса. Работу потеряли 323 человека. Главные факторы — падение спроса на фанеру на внутреннем рынке из-за замедления строительства, рост логистических расходов, удорожание сырья и укрепление рубля, которое ударило по экспорту.

«Даешь угля» больше не нужно

Очень сильно пострадала и угольная отрасль, в которой занято около 150 тысяч человек. Вице-премьер Александр Новак еще в апреле отправил письмо Владимиру Путину, где сообщал, что финансовое состояние отрасли ухудшается: 30 предприятий, на которых работает примерно 15 тысяч сотрудников, с производством около 30 миллионов тонн угля в год, находятся под угрозой банкротства.

По данным Росстата, сальдированные убытки угольных компаний в январе — июле вдвое перекрыли весь 2024 год и составили 225 миллиардов рублей, 65% предприятий убыточны.

Кризис серьезно повлиял на экономику Кузбасса. Согласно докладу «Региональная экономика» от Центробанка, по состоянию на сентябрь 2025 года 25% инвестиционных проектов в Кузбассе заморожены или отложены. За семь месяцев добыто 110,3 млн тонн угля, что меньше на 7%, чем годом ранее. Экспорт из региона за июнь — июль сократился на 5,6%, поставки на внутренний рынок снизились почти на 8% по сравнению с предыдущим годом из-за падения спроса металлургов.

В сентябре власти Кузбасса сообщили о закрытии 18 из 151 предприятия. Число вакансий в отрасли также сократилось на 40% к началу года.

«Я из Кузбасса. Разрезами раскопали всю тайгу. Всё превратили в большую яму. Весь юг Кузбасса как лунный ландшафт. Сейчас почти всё бросили, уголь не нужен стал. У меня зять работает на БелАЗе на одном из разрезов. Сейчас уже два месяца без содержания сидит, уголь некуда вывозить. Люди сидят без зарплаты, а почти все закредитованы, почти у всех ипотека. Слов нет, сплошная безнадега у людей. Но это никому не надо. Увольняйтесь, говорят, а куда! Твои проблемы. Сволочи!» — комментируют кризис в угольной отрасли пользователи соцсетей.

«Лейкопластырь закупают в Китае!!!»

Идут сокращения и в металлургии: практически все предприятия увольняют вспомогательный персонал.

«Нет угля, не будет кокса, нет кокса — не будет черной металлургии, а поэтому не будет труб, металлопроката и т.д., даже танки делать не из чего, всё идёт к полному краху, олигархи выводят деньги за рубеж, как раньше, а люди будут жить без пенсий и соц.выплат, спасибо Путе и его банде!» — пишут в соцсетях (здесь и далее в цитатах орфография и пунктуация оригиналов сохранены).

Пользователи ютуба под видео об очередном закрывшемся предприятии рассказывают о своем опыте:

«В Первоуральске новотрубный и трубпром на последнем издыхании». «В Екатеринбурге на НПП Электрохимия доработал несколько дней назад. Тоже дыхание смерти предприятие на себе ощущает (кстати, ЗП тоже была раньше 100–120, а сейчас 50–60.) Вот так вот».

Проблемы есть везде — и в фармацевтике, и в нефтянке, и в производстве мебели.

«”Верафарм” в Воронеже, тоже на грани... Там с советского времени лейкопластырь выпускали не отлепишь, а сейчас с ним не заключили контракт.... Лейкопластырь закупают в Китае!!!!!! Всё......... Который не держится вообще...».

«Я работаю в IT подразделении в нефтянке. Чувствуется, что гайки закручивают. Новых людей не принимают, оплачиваемые замещения убрали, с повышениями тоже похоже все плохо. Но не сокращают».

«Занимаемся продажей мебельной фурнитуры и производством мебели. У нас закрыли 24 филиала по России, сократили около 180 человек. Всё из-за санкций».

«Работаю в большой транспортно-логистической компании. Мы с июля, практически, без работы на сокращенной рабочей неделе. Зарплата, естественно, упала в два раза. Кто пошустрей уходят сами. Думаю, что к новому году будут сокращения или вообще закроемся», — делятся пользователи.

«Человеку стыдно быть безработным»

Сегодня в гражданском секторе экономики нет отраслей, которые бы чувствовали себя комфортно, говорит «Новой-Европа» экономист Игорь Липсиц.

— Российская экономика сейчас рушится в гражданской части. Найти процветающий сегмент нельзя. Огромная отрасль строительства в упадке. Им нужна дешевая рабочая сила, но они не хотят платить зарплату. И они сейчас завозят индийцев. Формально наем идет, но за счет снижения среднего уровня зарплаты и изгнания с рабочих мест российских граждан. Мне написали, что перевели на трехдневную рабочую неделю «Тихвинский вагоностроительный завод». Поскольку идет падение в железнодорожном бизнесе, перевозки падают, вагоны не нужны, поэтому их переводят на сокращенную неделю, с соответствующим с падением заработной платы, — рассказывает Липсиц.

По его словам, такой метод, как сокращенная рабочая неделя или бессрочные отпуска, директора крупных предприятий практиковали еще в 90-е:

— Российская модель рынка труда состоит в том, что очень часто безработица носит скрытый характер. В 90-е людей не увольняли, а переводили на сокращенную рабочую неделю или отправляли в неоплачиваемый бессрочный отпуск. И люди при этом не уходили с работы. Это сфера психологии: человеку стыдно в России признаться, что он безработный, поэтому он говорит всем, что он работает, но пока ему зарплату не платят.

Формально он связан с предприятием, трудовая книжка у него где-то лежит. Вроде и стаж тикает, тоже хорошо для пенсии, хотя пенсионных отчислений нет. И эта психологическая модель хорошо осознается директорами российских компаний.

Сейчас добавилось новое явление: предприятиям нужно продемонстрировать благополучие в российской экономике. А растущая безработица эту картину нарушает, говорит экономист.

— Любой директор понимает: не нужно увольнять людей — переводи их на сокращенную неделю, тогда вроде как безработицы в стране нет, всё хорошо, начальство тобой довольно. Это не от хорошей жизни. Это просто директор ищет вариант действий, за который ему меньше попадет. Он в будущее не смотрит, бог с вами, какое будущее, какая стратегия, сейчас все живут одним днем. Продержался, в этом квартале выжил, год завершил, не обанкротившись, — уже счастье. Так все и живут. А уволишь 20 процентов персонала — так тебе и министр, и полпред дадут по шапке, ФСБ с налоговой придут, такое сделают, что лучше не рассказывать. А рабочий коллектив не бастует, не бузит, забастовок не устраивает, грустно подписывает согласие о переходе на четырехдневную неделю. И эта беда ползет, как зараза, по всем крупным заводам, — отмечает Липсиц.

К возрождению через голодовку

Такая ситуация может продолжаться вплоть до банкротства предприятий, говорит он. Пока улучшений в экономическом секторе не видно.

— Чтобы началось возрождение, нужно увеличение спроса в экономике. Давайте представим, что сейчас война прекратилась. Будет ли экономический толчок в России снова, как это случилось в 90-е? С нефтью сегодня картина паршивая. Минэнерго США сулит на будущий год цену на марку нефти Brent 52 доллара. А российская нефть Uralsбудет 40–48, получается. При таких деньгах никакого экономического подъема быть не может. И даже если Россия прекратит воевать, она будет военные расходы еще долго поддерживать. Доходы от нефти, какие бы они ни были, всё равно будут идти в ВПК. И гражданскому комплексу ничего не достанется.

Улучшений не будет, нет ни одного объективного фактора для экономического роста, соглашается бывший депутат Госдумы, правозащитник Евгений Ступин.

— Так и будет продолжаться, предприятия будут банкротиться. Мы видим и объективные факторы по обнулению экономического роста, это и ставка ключевая. Сомнений нет, что это будет продолжаться. Как будут вести себя люди? Мы видим, что они либо увольняются, либо ждут улучшений, но их не будет. Искать другое место работы? Но работы нет. Это тупиковый путь, сокращения везде — в логистических организациях, в РЖД.

По мнению Ступина, единственный вариант — это коллективная борьба: забастовки, жалобы, активная работа профсоюзов:

— Выхода другого нет, люди к этому придут. Это сложный путь. Вот сейчас развивается ситуация в Приморском крае. На Лучегорской ГРЭС люди не могли добиться выплаты зарплат, пришли в офис к начальству и там остались ночевать. И сразу этим прокуратура занялась, деньги выплатили. Это будет, никуда не денемся. Кто-то может себе позволить уехать из России, но для большинства единственный вариант — это коллективная борьба.

По его словам, пресечь забастовку для власти очень сложно. Особенно если она «итальянская», говорит Ступин:— Ну не можете официально выйти на митинг — сели и ничего не делаете. И не уволить такого человека. Если он просто ходит на работу, по трудовому договору его сложно уволить. А если еще написать плакат «Голодовка», сфоткать и пустить в соцсети — сногсшибательный будет эффект.