В Европе заблокированы активы сотен тысяч россиян. Они не чиновники и не миллиардеры. Они просто частные инвесторы

Их дискриминируют только потому, что у них есть паспорт РФ. Жанна Немцова пытается это изменить

Вследствие санкций, введенных против России после начала большого вторжения, за рубежом оказались заморожены активы на многие миллиарды долларов: до 330 миллиардов резервов Центробанка, около 58 миллиардов частных активов подсанкционных лиц (российских чиновников, политиков и близких к власти бизнесменов). Согласно докладу проекта Ideas for Russia Фонда Немцова, еще около 70 миллиардов долларов заблокированы из-за инфраструктурных ограничений — то есть не потому, что их владельцы попали под санкции, а потому, что западным компаниям, включая банки, запрещено взаимодействие с финансовыми сервисами из РФ. Из этих 70 миллиардов около 14 принадлежат частным лицам — в основном так называемым розничным инвесторам, которые до 2022 года вкладывали относительно небольшие суммы в западные ценные бумаги. Это сотни тысяч человек. Многие из них покинули Россию после 24 февраля. Они лишены доступа к своим сбережениям. Глава Фонда Немцова Жанна Немцова рассказала в интервью «Новой газете Европа», почему европейским властям следует вернуть им эти активы и как это можно сделать. Мы пересказываем ее основные тезисы — с цитатами из интервью.

До 2022 года в России появилось много розничных инвесторов

Чиновники в Европе не понимают, откуда в России взялось столько инвесторов. Они не знают, что в конце десятых годов российский финтех бурно развивался и любой клиент банка двумя кликами в приложении мог купить акции Tesla, Apple и так далее. В Европе нет такой широко доступной розничной финансовой инфраструктуры и нет массовой привычки инвестировать.

После полномасштабного российского вторжения в Украину и введения санкций российские инвесторы лишились доступа к своим активам

Важно понять, что речь идет не о подсанкционных олигархах и не о миллиардерах <…>. Заморожены частные активы в результате санкций против элементов российской финансовой инфраструктуры: Национального расчетного депозитария, Санкт-Петербургской биржи, брокеров и банков. Через них российские граждане покупали иностранные ценные бумаги. Внутри этой группы, скорее всего, есть часть, принадлежащая подсанкционным лицам, возможно, через компании. И есть другая часть, принадлежащая неподсанкционным лицам, — и это, скорее всего, подавляющая часть физических лиц, которые являются конечными бенефициарами замороженных активов. <…>

Помимо физлиц, у которых заморожены активы, есть юридические лица, не находящиеся под санкциями, инвестиции которых заморожены. Есть коллективные инвестиции тех людей, которые отдавали свои сбережения в доверительное управление. Под блокировку в основном попали небольшие и средние объемы личных сбережений обычных людей с не очень большими доходами. Это пенсионные накопления, средства на образование, деньги на лечение и другое.

<…> Это огромный удар по российскому среднему классу. И серьезный удар по антивоенному сообществу, так как наш онлайн-опрос пострадавших показал: среди них около 40% живут не в России, преимущественно в ЕС, и большинство уехали в начале войны.

<…> Помимо массовости, эта заморозка поразила меня своей бессмысленностью: блокировка активов неподсанкционных людей не решает ни одной проблемы. Это не помогает Украине в войне против Путина и не подрывает основы режима Путина. А кроме того, такая блокировка полностью противоречит принципу незыблемости частной собственности, которую нельзя изъять без веской причины и без решения суда.

Существующий механизм разблокировки активов сложен и дорог. Фонд Немцова предлагает новый

Для подачи заявления [властям ЕС на разблокировку активов] необходимо иметь гаранта, который возьмет с вас минимум 10 тысяч евро за то, что он проверит санкционные списки и подтвердит, что вас там нет. И это очень странное требование, потому что после гаранта вас все равно будут проверять министерства финансов тех стран, где заблокированы активы. Вы должны быть очень состоятельным человеком, чтобы себе это позволить <…>. После [получения] лицензии [на разблокировку активов] вам предстоят долгие переговоры с депозитарием, зачастую нужно подавать досудебную претензию — и это бесконечный процесс.

<…> Для решения проблемы прежде всего нужно провести инвентаризацию активов. <…> я бы запросила [у российских банков и брокеров] самую детальную информацию по всем конечным бенефициарам.

Одновременно с этим я бы создала очень простую электронную систему заявления о том, что ты — частный инвестор, не под санкциями и твои активы заморожены. С предоставлением определенного пакета подтверждающих документов. Все это несложно сделать, надо просто чтобы у европейских финансовых властей и регуляторов было такое желание. <…>

Если европейские финансовые власти проведут инвентаризацию и выделят россиян не под санкциями, то можно разблокировать их активы в рамках уже имеющегося законодательства ЕС.

<…> И еще вот что важно: за рассмотрение заявления и за проверку документов я бы предложила брать комиссию. Например, до 10%.

Почему именно такую? Потому что это примерно столько, сколько сейчас за разблокировку активов вынуждены отдавать те состоятельные люди, которые нанимают юристов.

А вот дальше Евросоюз собранные деньги мог бы направлять на любые цели, какие ему кажутся нужными и важными. Включая поддержку Украины.

<…> Для [людей, которые остаются в России], к сожалению, просто технически невозможно разблокировать, пока действуют санкции в отношении российской финансовой инфраструктуры. И действовать мы можем только в рамках санкционного режима, а сейчас все связи между европейскими и российскими финансовыми институтами прерваны из-за санкций. Поэтому мое предложение для этой части заблокированных инвестиций: создать специализированную управляющую компанию. Это хороший промежуточный вариант, люди не потеряют свои деньги в итоге. Активы будут приносить доход, но владельцы не могут им пользоваться, пока действуют санкции. Или они должны будут покинуть Россию, чтобы иметь возможность разблокировать инвестиции.

Разблокировка активов может помочь антивоенной деятельности

Перемены в России, о которых мы все говорим постоянно, происходят за счет меньшинства. Мы все время говорим, что примерно 20% людей придерживаются демократических взглядов. Часть из них покинули Россию. И сталкиваются с разными сложностями в Европе. Но какой смысл их наказывать? Если на них накладывать разные санкции, то ясно только то, что эти люди разочаруются в европейских ценностях, в демократических ценностях. И какая-то часть из них консолидируются вокруг Путина с его риторикой по поводу «двойных стандартов» Запада, «лицемерия» Запада и всего прочего. Такие люди уже есть. Хорошо ли это для будущего России? Я уверена, что нет.

<…> Важно иметь хоть шанс на какие-то позитивные изменения. Я даже не говорю «демократические» — просто речь хотя бы о шаге в сторону от того, что Россия делает сейчас. Но все это становится абсолютно бессмысленными словами, если не решать проблемы россиян, которые не поддерживают войну. Именно они — аудитория и база поддержки свободных СМИ, именно они поддерживают российские НКО в изгнании. Нужно поддерживать их, потому что эти россияне — база для возможных позитивных изменений в будущем.

Если уж говорим о будущем, о необходимости дифференцированного подхода к гражданам России, то должен найтись кто-то на Западе, кто громко скажет: хватит, нужно прекратить дискриминацию людей по российскому паспорту. Стоп, все. Уже все выяснили, что это бессмысленно и этот способ никому не помогает.

Европейские чиновники и политики не заинтересованы помогать россиянам, в том числе противникам режима

Сейчас многие зарубежные политики, которых я слышу, говорят: мы различаем Путина и россиян. Но это чисто риторический прием, и на деле, судя по санкциям, ничего подобного не происходит. Они говорят: мы поддерживаем оппозицию, поддерживаем СМИ в изгнании, поддерживаем антивоенных россиян. Но все это бесполезно, потому что Запад санкционировал всю свою потенциальную базу поддержки. Поэтому я вижу огромные противоречия между отдельными заявлениями и логикой действия властей ЕС.

<…> Уже все российские спецслужбы для своих целей нанимают не граждан России. Они нанимают тех, кто давно легализован и чьи паспорта сложно поставить под сомнение. Конечно, всегда нужно дотошно проводить комплаенс, особенно если ты допускаешь каких-то людей для выполнения госконтракта и так далее. И государство способно проводить такие проверки и отделять добропорядочных людей от тех, кто вызывает подозрение и может быть опасен. У государств с их многочисленными спецслужбами для этого достаточно ресурсов. Но вместо этого чиновникам проще запретить и дискриминировать сразу всех, не разбираясь. Это вредно и неправильно, это тупик, и четыре года войны это показали. Это никак не помогает остановить войну и никак не помогает Украине. Нужно вести себя рационально и думать и о будущем. И о том, чтобы сообщество уехавших россиян перестало чувствовать себя балластом, ненужными, недовольными. Нужно, чтобы они были за Европу, а не пополняли число сторонников Путина.