Original Material
Дал Бог лайк, даст и охваты
Православные блогеры утверждают, что в России 2025 года происходит настоящее возрождение веры и молодые люди массово устремляются в церковь. Оценить, так ли это, сложно, но по крайней мере в соцсетях появились сотни православных контентмейкеров, которые ежедневно выпускают короткие ролики, собирают десятки тысяч лайков и миллионы просмотров. «Такие дела» поговорили с ними об их задачах и философии и узнали, как к этой популярности относятся в церкви
«Вы заметили, что 2025-й стал годом, когда люди больше не стесняются своей веры и показывают ее максимально открыто? Артисты говорят о Боге на многотысячную аудиторию, снимают христианские клипы и идут [в] крестные ходы. Потому что люди поняли, что вера — это… признак зрелости и силы духа», — говорит православный блогер Анна Тишина в своем рилсе на 550 тысяч просмотров и 65 тысяч лайков. Это большие цифры, на уровне профессиональных многолетних рилсмейкеров в инстаграме.
Анна, молодая девушка в белоснежной рубашке, рассказывает, что появляется все больше таких, как она, блогеров, что «российский народ оживает», что в православную веру приходит все больше молодых людей и что девушки все чаще облачаются в длинные одеяния и выбирают во внешности естественность. На фоне — нарезка из кадров с православными девицами в блузках и платках, переполненными храмами, массовыми крестными ходами в Москве и Петербурге.
В подписи к рилсу девушка уверяет: это не показное благочестие, а свидетельство истинной христианской веры. Приводит и библейские цитаты: «Если ты исповедуешь устами твоими Иисуса Господом и сердцем твоим веруешь, спасешься» (Рим. 10:9), «Кто исповедует Меня пред людьми, того исповедаю и Я пред Отцом Моим» (Мф. 10:32).
У девушки 80 тысяч подписчиков, ER 0,3% — не выдающийся, но далеко не худший. Есть отдельный пиар-аккаунт, где указано, что Тишина берет 19 тысяч рублей за рекламный рилс — правда, с некоторыми ограничениями, например запретом на нижнее белье, астрологию и Таро, скам-проекты, казино и экстрасенсов.
«Есть трендовый монтаж. Очень много личных историй. Кадры с миксом веселья и грусти. Откровения есть. Семейные ценности. Показывает бабушку, трагедию, личную историю. Актуальные и свежие хайлайты. Аудитория: молодые женщины 20–35 в поиске смысла и поддержки. Возможная монетизация: закрытый клуб “для своих”, донаты, реклама», — анализирует блог Тишиной рилс-маркетолог «Таких дел».
Где-то по соседству алгоритм высвечивает ролик профессионального рилсмейкера и рилс-инструктора Дианы Листопад о том, что ей и ее друзьям в 2025-м вдруг очень захотелось уйти в монастырь; православное венчание под рэпера Макана и походы в храм под Татьяну Куртукову снимает «коуч женственности», которая в остальное экранное время прокачивает «энергию киски» и снимается в латексе. Православная лексика легко миксуется с царящей в инстаграме потребительской: «У моей подружки теперь есть абонемент к святым, сервис премиум-класса, безлимитное небесное покровительство, отзывов пока нет, но в качестве я уверена».
Лента рилсов корреспондента «Таких дел» за считаные дни тонет в куполах и колокольном звоне. Кажется, что православные рилсы автономно воспроизводятся в бесконечном потоке. Но кто его создает?
С донатов купил иконостас
Отец Илья Савастьянов, настоятель одного из сельских храмов в Вологодской области и популярный рилсмейкер с 74 тысячами подписчиков, жалуется корреспонденту «Таких дел» на алгоритмы. «Они сложные и непонятные, постоянно их меняют, каждые полгода», — сокрушается священник. По его словам, многие православные блогеры сейчас «проседают по аудитории».
Отец Илья выглядит молодо, несмотря на внушительную косматую бороду, на нем х/б джемпер с принтом «Христос Воскресе», купленный на «Озоне». Его блог жизненно важен для храма: с донатов подписчиков он смог оплатить ремонт и возведение нового иконостаса за пять миллионов рублей. Да и личный приработок неплохой, ведь на зарплату сельского священника прожить фактически невозможно. Так что служители церкви зачастую крутятся как могут: кто в такси, кто в доставке, кто на «передке», а кто за камерой смартфона, с профессиональным освещением и платным приложением для монтажа.
Блог Ильи СавастьяноваФото: соцсети Пожертвования храму офлайн, через записки, свечи и исполнение треб, «мизерные», говорит отец Илья: в сельском приходе не больше десятка активных прихожан. «Не могу разглашать такую информацию, но это [суммы] на порядок ниже, чем приносит блог. Одна реклама — как месячные пожертвования храму. А если таких постов несколько в неделю — это уже на порядок выше и зарплаты священника. Она ниже прожиточного минимума по любому региону, 15–20 тысяч [рублей], не больше», — рассказывает Илья Савастьянов.
Сейчас, в 2025 году, по словам священника, нужно очень стараться, чтобы видео в инстаграме «залетало», иначе оно просто не выпадает в бесконечной рекомендательной прокрутке. А чтобы попасть туда, надо следовать трендам, получившим вирусную популярность, — например, POV, подбор лука на день, уличный опрос формата «норм или стрем» или даже имитация распятия по образу и подобию Канье Уэста (тут православные блогеры могут только осудить).
Как говорит отец Илья, крайне тяжело раскрутить разговорные и образовательные рилсы с большим количеством слов, без клиповой нарезки и каких-то популярных семплов или мелодий. «Без всех этих ужимок [видео] может просто ничего не набрать, если у тебя не активная аудитория, которая будет его репостить и раскручивать», — отмечает священник.
Одним словом, отец Илья ищет золотую середину — следует трендам и пытается как-то импровизировать, нащупывать, что может привлекать внимание за пределами шаблонов.
Три самых популярных рилса отца Ильи:
— кадр с исповеди с подписью «Когда часть твоей деятельности — это, по сути, тренд “мы слушаем и не осуждаем”», 3,7 миллиона просмотров;
— ролик про татуировку, которую можно делать православным (никакую), 1,3 миллиона просмотров;
— подборка священнических облачений разных цветов с толкованием их значения, 1,3 миллиона просмотров.
ER у отца Ильи — 0,2%. «Лайкаю его рилсы, когда попадаются в ленте рекомендаций, — признается “Таким делам” рилс-маркетолог. — Тут хорошее попадание в зумеров. Есть “флекс”, и теорию преподают через шутки — это прикольно. Модель монетизации: телеграм-канал [c рекламой] — в рилсе есть маркер, донаты. Аудитория: хочется сказать, что зумеры, но, судя по комментариям, много действительно умных людей 25–45 лет».
Кстати, отец Илья часто работает в коллаборации с православной блогеркой «сестрой во Христе Анастасией» — у нее 76 тысяч подписчиков и чуть лучше ER — 0,4%. Среди ее рилсов есть православная пародия на «Сумерки», где вместо вампира Эдварда Каллена — отец Илья, пролеты с дроном над паломническими местами, наставления о благостности православного брака.
«Наша задача — не молиться, а создавать атмосферу»
«Среди православных рилсмейкеров выросла конкуренция, это уже не столь уникально, — рассуждает отец Илья. — Раньше любой священник в ленте вызывал ажиотаж, люди задерживались и пересылали такие ролики [друг другу]. Сейчас это стало более обыденным, но это скорее приятный момент — лучше, чем один-два человека, которые забирали бы всю аудиторию».
Отцу Илье 30 лет, он ведет блог с 2018 года — как только стал диаконом. До этого учился на юриста, подрабатывал СММ-менеджером в нескольких группах и пабликах во «ВКонтакте». Рилсы начал снимать в 2023-м, уже будучи иереем, и вскоре после этого стал советником митрополита Вологодского Саввы по ведению социальных сетей. Ориентировался на иерея Павла Островского, одного из самых популярных сейчас «батюшек онлайн». Смотрел западных христианских блогеров — протестантов, католиков — и творчески переосмыслял их контент.
Блог Ильи СавастьяноваФото: соцсети «Моя работа — это в принципе миссионерство, но не чистой воды. Скорее, просветительская деятельность», — определяет отец Илья. По его мнению, среди православных блогеров почти никто не занимается «настоящим миссионерством», то есть целенаправленной работой с неверующими или с людьми других конфессий.
«Православное блогерство в основном для уже верующих людей. Мы не объясняем вопросы вероучения, не ищем за людей путь в православие — они приходят сами. Наша основная аудитория — те, кто в начале своего пути, кто сделал уже шаг к вере», — формулирует священник.
В инстаграме процветают и более специализированные православные блоги, нежели у отца Ильи. Например, у регента Ксении, управляющей церковным хором небольшого храма в поселке Репино Ленинградской области, 17 тысяч подписчиков. Ее рилсы практически целиком посвящены церковному пению: неочевидным ошибкам в ударениях, внутреннему юмору и практическим советам по организации качественного церковного хора. Ксения рассказывает «Таким делам», что у православных певчих свой отдельный мир в блогосфере, а сама она при создании рилсов ориентировалась на Жанну Кикту из хора Спаса на Каменке (16 тысяч подписчиков) и Марию Ефимову из храма Блаженной Матроны Московской в Нижневартовске (12 тысяч).
По мнению Ксении, хороший церковный хор — больше чем половина проникновенной службы, именно он задает правильную «атмосферу молитвенности». Сама Ксения поет на клиросе с раннего детства, а регентом служит с перерывами с 12 лет. «Мои сверстники в выходные все куда-то идут гулять, а я в восемь утра встаю и иду на службу, вечером в субботу — то же самое», — описывает она детство. Регент признается, что мало какой церковный хор ей нравится: часто это пожилые люди, которые зажевывают слова, фальшивят, поют слишком тихо или, наоборот, кричат.
Поэтому Ксения и завела блог — чтобы помогать развитию храмового пения. «Я показываю [в блоге], как мы поем. Это всегда очень аккуратно, бережно», — поясняет она. В ее хоре есть и невоцерковленные люди, но все (включая, конечно, саму Ксению) — с музыкальным образованием. «Для меня важнее бережное отношение к музыке, — подчеркивает Ксения. — Наша задача — не молиться, а создавать атмосферу».
На самом популярном рилсе в ее канале — 1,3 миллиона просмотров — бас ее хора Петр во время ектении (тройное «Господи, помилуй») чуть пританцовывает. Подпись: «Когда регент сказал петь в характере». Не всем подписчикам это нравится, кто-то пишет: «Ведь Богу поете, пред Ним стоите, зачем этот цирк. И еще слова такие — “Господи, помилуй”».
Блог КсенииФото: соцсети Пение на клиросе — оплачиваемая работа, но весьма условно. За сеанс маникюра (в среднем 1–3 тысячи рублей) Ксения платит больше, чем получает за службу. При этом качественный хор привлекает новых прихожан — по словам Ксении, их регулярно приезжают послушать подписчики не только из Питера, но и из других регионов страны. Большинство священников, считает Ксения, этого не понимают: «Им кажется, что можно набрать любителей, чтобы они что-то там орали, и будет то же самое. Но это не работает».
Раньше Ксения зарабатывала на рекламе в своем блоге — к ней, например, приходили производители платьев и украшений, и она делала для них рекламные посты (о стоимости рекламы регент говорить отказалась). Однако действующий с 1 сентября запрет на рекламу в инстаграме усложнил сотрудничество. Тогда Ксения разработала специальный видеокурс — ноты для церковного пения, для всех распевов литургии и всенощной.
«Допустим, вы не знаете нотную грамоту, но у вас хороший слух и вы хотите петь в храме, — объясняет Ксения. — С помощью моих видео вы можете следить за нотами, когда мелодия идет вверх, когда вниз, и заучивать свою партию». Видеоноты записаны для всех голосов: сопрано, альта, тенора, баса. Распространяются они через закрытую группу в телеграме и стоят 4 тысячи рублей за курс. Всего курсов 15.
По словам Ксении, курсы купили 65 человек. С 17 тысяч подписчиков это довольно маленькая конверсия. «Я не умею продавать — в этом беда, — жалуется регент. — Потому что это очень хороший продукт! Вы можете найти в интернете те же видеоноты на разные голоса. Но там все будет вразнобой и не так красиво, как у меня. И далеко не так качественно!»
Крестовый поход детей
Ксения считает, что церковь становится популярнее, потому что православные блогеры — миряне и батюшки — стали доступно прояснять спорные моменты, из-за которых люди раньше боялись приходить в храм: «Раньше люди думали, что приходишь в храм в джинсах — и бабка какая-нибудь тебе стучит по шапке».
А еще благодаря вирусным рилсам священники стали как никогда близки к народу, уверена регент: «Сейчас ты видишь [в рилсах] священника, и он шутит, юморит». По ее мнению, благодаря соцсетям понятно, что священники — «такие же обычные люди, а не самодовольные и жадные попы с картин Перова».
Российское общество в религиозном плане вполне следует мировым трендам, отмечает в разговоре с «Такими делами» религиовед Константин Михайлов. В США, Франции и Англии в 2025 году зафиксировали резкий рост количества взрослых, принимающих католическое крещение. Например, в Лансингской епархии (США, штат Мичиган) — на 30% больше, чем годом ранее, а во Франции — на 45%, пишут авторы рассылки The Free Press. Особенно активно поколение Z (родившиеся с 1997-го по 2012-й): доля католиков в США среди них выросла с 15 до 21% за год.
Блог КсенииФото: соцсети Главный мотив, утверждают авторы рассылки The Free Press, — влечение к традиционной эстетике и чувству сакрального: к архитектуре, церковной музыке и пению, к красоте и строгости литургических обрядов. Все это воспринимается зумерами как противоядие современному «бездуховному психотерапевтическому культурному мейнстриму». А традиционно более популярные в США протестантские течения остаются не у дел как раз из-за эстетической и литургической простоты.
Религиовед Михайлов уверен, что в России у резкого омоложения церкви в последние годы другая основная (и печальная) причина — смерть старшего поколения прихожан во время ковида, когда многие церкви отказались соблюдать карантин. Между посещаемостью пасхальных богослужений в доковидном 2019-м и 2022 годом, когда все карантинные ограничения окончательно сняли, разница в два с половиной миллиона человек.
Михайлов также считает, что православие созвучно популярным сетевым трендам последних лет и потому стало более заметным и привлекательным для алгоритмов. Действительно, образы православных матушек из рилсов, рассуждающих о том, как хорошо быть православной женой, рифмуются с теми же «бежевыми блогерами» или тред вайфс. А в так называемой маносфере (враждебно маскулинное онлайн-сообщество) можно найти пассажи о том, что Иисус Христос был «самым маскулинным альфа-самцом в истории». Сетевые правые (их алгоритмы в последний год полюбили) вообще нередко воспринимают православие как самую «базированную» форму христианства.
Исследования западных социологов и религиоведов 2024–2025 годов подтверждают, что поколение Z в Великобритании и США становится заметно более «духовным». В Британии лишь 13% молодых людей до 25 лет называют себя атеистами, тогда как 62% считают себя «духовными» — против 35–52% среди старших поколений. Согласно данным YouGov, доля 18–24-летних, «верящих в Бога или высшую силу», выросла с 29% в 2018 году до 48% в 2024-м, а количество нерелигиозных снизилось с 67 до 51%.
В России этот рост, по мнению Михайлова, тоже наблюдается. Однако есть важный нюанс: «духовность», о которой заявляют зумеры в этих исследованиях, редко связана с конкретной конфессией и, напротив, часто означает поиск духовной истины вне рамок традиционных религий. По мнению религиоведа, активность православных блогеров становится всего лишь случаем «реактивного консерватизма» в ответ на окружающий атеизм и внерелигиозную «духовность».
Насколько этот «реактивный консерватизм» эффективен в привлечении новых прихожан, пока сказать трудно, считает Михайлов. Это феномен недавний, и хороших исследований еще нет. «Я бы не стал ожидать здесь большой взаимосвязи. Поведение человека, смотрящего рилсы, и поведение человека, по воскресеньям посещающего церковь, — две совсем разные стратегии. Они могут совпадать, но не очень часто. Рилс обычно не мобилизует к большим социальным действиям, это развлечение», — отмечает религиовед.
Обрели истину и готовы спорить
По-видимому, взаимосвязь между просмотром роликов про церковь и походами в храм все же есть. Еще в конце 2024 года живущая в Париже теологиня Юстина Панина сделала доклад о внезапной и распространяемой через тикток моде на православие среди французских подростков: они целуют свечки, прежде чем поставить их («иначе неправославно»), берут с собой молитвенные коврики и облачаются в хиджабы, уверяя, что это тоже православно.
«В какой-то момент они приходят в храмы, и их становится больше. Это большой стресс для общины, потому что они “обрели истину” и готовы агрессивно спорить по любым вопросам», — писала Панина.
Блог АнастасииФото: соцсети Ассоциированный научный сотрудник Исследовательского центра Восточной Европы при Бременском университете Николай Митрохин в разговоре с «Такими делами» замечает, что «резкий интерес к традиционным ценностям в новой упаковке» у молодежи наблюдается по всей Европе. По мнению Митрохина, это отражение тренда на «правый уклон» в обществе как реакция на воук-культуру (то есть на повышенную чувствительность к вопросам социальной справедливости, инклюзии, толерантности и тому подобному). Так или иначе, за счет работы воскресных школ и появления полностью православных семей церковь пришла «к более сбалансированному набору прихожан разных возрастов и гендеров», считает эксперт. В таких условиях храмы даже становятся местами романтических знакомств. «Безусловно, есть страта “молодая девушка — вся из себя красавица — ходит в храм — учится в вузе — рассчитывает найти себе хорошего мужа”, ну и, соответственно, есть серьезные молодые люди с аналогичными намерениями», — отмечает Митрохин.
Отец Илья из Вологодской области не берется судить, стало ли в целом больше православной молодежи. Но замечает, что до 2022 года основной аудиторией его блога были люди 35+, а сейчас самые активные, кто лайкает и комментирует, — 20–25 лет. Средний возраст православных блогеров, по его словам, тоже упал, среди них появилось много семинаристов и мирян даже моложе 20 лет, а ведь еще несколько лет назад такое сложно было представить.
Данные опроса ВЦИОМа от июля 2025 года свидетельствуют: доля молодых людей, которые считают себя православными, выросла за последние годы практически в два раза — с 25 до 45%. При этом социологи отмечают, что «акцент их веры смещается с коллективных обрядов и формального следования догмам на самостоятельный духовный поиск», а также что «внешняя, формальная сторона религии молодому поколению не так интересна, как ее культурная составляющая».
В целом количество верующих в России все-таки снижается. Даже очень снисходительный к РПЦ ВЦИОМ говорит о 67% россиян, определяющих себя православными, — это почти 10-процентное снижение по сравнению с опросами 2015 года.
Руководитель Центра по изучению проблем религии и общества Института Европы РАН Роман Лункин в беседе с «Таким делами» также констатирует: вряд ли можно говорить о каком-то массовом религиозном возрождении в России в духе американского ривайвала XIX века. Резкого роста воцерковленности общества нет, скорее речь идет о медленной стагнации, просто спикеры, выступающие за традиционные ценности, стали гораздо заметнее в обществе в целом, отмечает Лункин. «Часто люди считают, что церковь живет как бы сама по себе. На самом деле это срез общества, и там происходит то же самое, что и в нем».
Блог Матвея ДорофееваФото: соцсети При этом воцерковленной молодежи действительно становится больше, отмечает религиовед. Лункин, регулярно посещающий православные службы в разных регионах страны, говорит, что за последнее десятилетие состав прихожан значительно обновился, в храмах стали заметны молодые семейные люди до 40 лет. По его словам, это осознанно верующие, которым важно понимание религии, качественное образование священника и возможность участвовать в церковных культурных, социальных проектах.
По оценке Лункина, приток молодежи начался примерно в 2012 году — это важный рубеж российского общества в целом, когда на фоне наводнения в Крымске появился как запрос на большие социальные проекты, так и люди, готовые их делать. К этому поколению воцерковленной молодежи можно отнести и православных хипстеров из проекта «Antiпа», и журнал «Хлеб», и исповедующую панк-православие группу «От юности моея» (сейчас она собирает деньги на войну и выступает в «новых регионах»).
Лункин не исключает, что новое поколение станет еще более активным. «Это вызов для церкви, ее идеологии, идеологии вообще государства — как проповедовать таким молодым людям. Они будут еще требовательнее к качеству образования священников, будут требовать финансовой прозрачности и прочих фундаментальных изменений церкви», — уверен эксперт.
«Через шуточки зашли на территорию врага»
Левая рука православного блогера Матвея Дорофеева забита глухой черной татуировкой, на нем майка с надписью «Держи свой ум во аде и не отчаивайся» — эту цитату афонского исихаста Силуана поместил на свой мерч Табынский женский скит Оренбургской области. «Да-да, в скиту делают мерч», — улыбается блогер. Ему 35 лет — он шутит, что сейчас последний год, когда он может считаться церковной молодежью. В отличие от многих православных блогеров, Дорофеев открыто говорит о проблемах церкви.
«В современной культуре у нас победила эзотерика: Таро, гороскопы, мифологизация сознания. Это связано с глобальной тенденцией — все духовное помещено в рамки потребительской культуры. Нога заболела — пошел в церковь, поставил свечку, экзамен нужно сдать — попрошу мага, чтобы он там какой-нибудь ритуал провел, с парнем идти гулять или нет — сделаю расклад на картах. И все это очень хорошо вписывается в культуру социальных медиа, в рилсы. Так же как ты мотаешь товары на “Вайлдберриз”, так же ты мотаешь и рилсы, теперь еще и православные», — рассуждает Дорофеев в разговоре с «Такими делами».
Дорофеев — маркетолог в сфере частной медицины по профессии и культуролог по образованию. Он делает как видеомемы (например, про выбор между онлифансом и онлайн-школой звонарей), так и относительно длинные просветительские ролики о богословии Троицы, богословии татуировок или конце христианства. У него ER 0,7% — гораздо выше других изученных ТД блогеров.
«Тикток-стиль. Высокие охваты и взаимодействие с аудиторией. Аудитория: молодежь 18–35 лет с интересом к культуре, философии, религии без морализаторства. Монетизация: партнерки, интеграции, возможны коллаборации с культурными фондами, ютьюб-интервью или подкасты», — анализирует блог Дорофеева рилс-маркетолог по просьбе «Таких дел».
Три самых популярных рилса Дорофеева:
— уличный опрос девушек, стали бы они встречаться с православным парнем (почти все — нет), 1 миллион просмотров;
— шуточное видео на тему того, что мошенники, укравшие телефон Дорофеева, нашли бы в галерее только фото из поездок по монастырям, 458 тысяч просмотров;
— нарезка богослужений и панк-рок-мошей с подписью «Две мои личности пытаются ужиться вместе», 226 тысяч просмотров.
Блог Матвея ДорофееваФото: соцсети При всем этом Дорофеев — действующий панк-рок-музыкант, а его группа никак не связана с православием. Воцерковился он, по собственному признанию, еще в девяностые, но в юношеском возрасте ушел в «духовное всеядство»: буддизм, Блаватская, Рерих, агни-йога, медитации. Так что эзотерика и эзотеризм российского общества — очень близкая Дорофееву тема, он даже снимал отдельный большой рилс с критикой этого явления (правда, ролик не взлетел: всего 6,9 тысячи просмотров).
«Сейчас мы [церковь] по позиционированию в соцсетях залезли в один ряд с эзотерикой, — рассуждает Дорофеев. — Очень важно не останавливаться на этом. Эзотерики и продажники просто берут и продают свои услуги. А мы через шуточки и развлекательный контент, грубо говоря, зашли на территорию врага. Здесь расклад [карт], тут экстрасенс, тут поток, здесь раскрытая чакра, а тут — хоп! — открываешь православный рилс, где тебе говорят, что все это не работает и вообще не нужно».
Главное, чему Дорофеев сейчас посвящает время, — попытка выстроить мосты между воцерковленной молодежью и светской аудиторией. На своем блоге он не зарабатывает, но рилсы для него конвертировались в понятный карьерный трек церковного общественника: блогер выступает одним из организаторов молодежного международного православного форума «ПроСвет», который посвящен новым медиа и тому, как их использовать для пропаганды традиционных ценностей. Матвей Дорофеев будет отвечать за мерч.
«Такого еще не было: весь мерч православных соберут на одной площадке. Познакомим людей с православными дизайнерами, покажем, что у нас все современное и модное», — говорит блогер. Также он планирует организовать летний православный кемпинг на Урале, где соединятся лучшие умы епархиальных молодежек по обе стороны горного хребта.
«Лишь внешне это похоже на христианство»
Высшее церковное начальство явно в курсе православного бума в соцсетях. Патриарх Кирилл на форуме православных медиа «Вера и слово» в октябре предостерег священников, ведущих миссию в социальных сетях, от превращения в «психологов-коучей» и «интернет-коммерсантов».
По словам патриарха, пастыри, работающие в медиа, должны отличаться от «тренеров личностного роста и попрошаек» и не становиться «рабами своей аудитории». При этом глава РПЦ признал, что поддержка священников пожертвованиями не предосудительна, если она не «превращает служение в торговлю». «Люди слушают пастыря, потому что он облечен священным саном, — пояснил патриарх Кирилл. — Это требует особой ответственности, особенно когда речь идет об аудитории, которую дают современные технологии».
Православными рилсами занимаются уже далеко не только энтузиасты, но и медиаимперия РПЦ — от журнала «Фома» (182 тысячи подписчиков) до ведущего канала «Спас» Романа Голованова (170 тысяч), который, как отмечает дружественный «Таким делам» рилс-маркетолог, явно делает рилсы не один, а с командой: монтаж, дистрибуция и помощь с контентом (правда, ER на выходе всего 0,3%).
Вообще, РПЦ с самого начала патриаршества Кирилла была максимально открыта онлайну. Сам патриарх всячески подчеркивал, что активно пользуется интернетом, а уже через год после восшествия на престол он благословил открытие ютьюб-канала РПЦ и поручил разработать системную стратегию работы церкви в соцсетях. Примерно в то же время появились большие сетевые справочно-просветительские проекты — например, «Приходы.ру» и «Батюшка онлайн».
В интернет устремились, собственно, и отдельные батюшки, ставшие блогерами на ютьюбе, рутубе, во «ВКонтакте», а сейчас успешно освоившие и рилсы. Самые известные из медийных священников этой волны:
— проповедовавший в противогазе во время ковида отец Андрей Ткачев (577 тысяч подписчиков);
— отец Николай Бабкин (366 тысяч подписчиков), который раньше активно обличал критиков церкви, а сейчас сам попал в опалу и был изгнан из Московской епархии предположительно за слишком фривольный стиль ведения блога;
— отец Павел Островский (782 тысячи подписчиков), пионер православных рилсов, сейчас ведет в соцсетях что-то вроде православной версии передачи «Международная панорама», а также активно продвигает сакрализацию погибших на войне бойцов.
Религиовед Роман Лункин отмечает, что важнейшим рубежом «оцифровывания» церкви стал ковид. Патриарх Кирилл тогда распорядился закрыть церкви на карантин, а богослужения проводить онлайн, и большинство приходов и монастырей все же повиновались. Вдруг выяснилось, что у них есть и вся необходимая инфраструктура, и умение работать удаленно, как и у людей мирских профессий. Это, по мнению Лункина, стало прекрасной почвой для еще большего перехода священников и прихожан в соцсети.
Впрочем, у этой технической подкованности есть и обратная сторона: по словам Лункина, синодальный отдел патриархии по взаимоотношениям церкви с обществом и СМИ под руководством Владимира Легойды ведет доскональный учет медийной активности всех священников РПЦ и православных медийных проектов в целом. Так, в телеграм-канале Легойды регулярно публикуются рейтинги православных каналов и подборки их постов на определенные темы.
Контролируют контент и на епархиальном уровне — «Таким делам» известно о нескольких примерах цензуры православных рилсмейкеров со стороны архиереев (например, просьбы никак не касаться войны в Украине). В одном случае речь даже шла о полной приостановке блога на 50 тысяч подписчиков по указу митрополита. Священник Илья Савастьянов признался «Таким делам», что особенно в епархиях не любят новости формата «В РПЦ заявили/разрешили/запретили», когда СМИ берут частное мнение священника или блогера и экстраполируют его на всю церковь, — после этого к медийной деятельности священника могут возникнуть вопросы.
Никакой вольницы в среде православных блогеров давно нет, подтверждает в разговоре с «Такими делами» директор по коммуникациям Центра православных исследований Фордэмского университета (США) Сергей Чапнин: «Все они полностью под контролем. Каждый из них прекрасно знает, на какие темы запрещено говорить, на какие темы надо говорить с осторожностью и о чем можно болтать не задумываясь».
Блог Матвея ДорофееваФото: соцсети Чапнин утверждает, что «изощренную систему контроля над блогерами» патриархия выстраивала годами. «В итоге у нее получилось: на первый взгляд все бурно развивается, все весело, но в то же время наказание за то, что не пропущено цензурой, будет жестоким и неотвратимым», — говорит эксперт.
По его словам, блогеры находятся под двойным контролем. С одной стороны, начальственный окрик можно услышать от правящего архиерея, с другой — из профильного синодального отдела Легойды. Чапнину известны случаи, когда священники и сотрудники церковных учреждений получали выговоры даже за опрометчиво поставленный лайк.
В целом Чапнин относится к православным рилсам и их буму скептически. «Мало овладеть технологиями, не менее важно уметь говорить о Евангелии, о Христе, о надежде и о свободе, — рассуждает он. — Все, что мне приходилось видеть в рилсах и тиктоках, — это бесконечное пережевывание каких-то очень банальных вещей про традиции, обряды, азы религиозного мировоззрения, не более того».
На фоне всех ограничений блогеры и блогерки формируют новую популярную народную религию, которая лишь внешне похожа на православное христианство, считает Чапнин: «Евангелие, которое говорит о свободе, о любви, об этическом выборе, выглядит крайне опасно, и на территорию евангельских заповедей и евангельских смыслов заходить буквально страшно. Но если из православия убрать Евангелие, то да — кроме мемов и профессионально сделанных клипов, ничего не останется».
Ни один рилс из сотен просмотренных корреспондентом «Таких дел» не касался таких насущных проблем русской церкви, как канонический разрыв со значимой частью мирового православия, реформа богослужебного языка, вопрос сервилизма и этнофилетизма церкви, полного бесправия священников, и многих других.
30-летний москвич и режиссер Андрей — подписчик нескольких героев этой статьи и других православных блогеров. Андрей считает, что искренних авторов среди производителей церковного контента мало, в основном это «люди, которые зарабатывают лайки на религии».
По его наблюдениям, многие рилсмейкеры компенсируют отсутствие глубоких знаний о христианстве наставлениями о формалистике, «под каким углом свечку ставить», что в корне расходится с представлениями о вере Андрея.
«Я подписан на нескольких молодых священников, они иногда радуют каким-то нетривиальным взглядом на мир, мыслью, зачастую довольно свежей и человеческой. Но миряне чаще концентрируются на внешнем, на ритуале и форме православия, а не на его духе, — вздыхает Андрей. — Мне кажется, для большинства из них это просто такой способ делать контент. Ничего интересного я в этом не вижу».
Отупение или душеспасение
Словом 2024 года Оксфордский университет назвал brainrot — состояние слабоумия или отупения, в которое нас погружает многочасовой просмотр мемов и рилсов. В этом году появилось еще одно — bedrotting, это когда человек весь день проводит с телефоном в кровати и добровольно подвергает себя брейнроту. Регулярный длительный просмотр рилсов ухудшает внимание, когнитивные функции, рабочую и учебную успеваемость человека, вызывает аддикцию и понижение самоконтроля. Значит ли это, что православие теперь тоже участвует в брейнроте?
Иногда обилие православия в соцсетях «дико поднадоедает», признает регент Ксения. «Петя, который поет у меня на клиросе, говорит: “Ксюша, я смотрю твои рилсы, а потом мне начинают попадаться то матушки, то батюшки — то пляшут, то анекдоты травят. Это же просто кошмар какой-то!”» — рассказывает она.
Священник Илья Савастьянов уверен, что церковь не способствует брейнроту, а пытается «направить его во благо» и показать пользователям другой путь. «Да, большинство не изменит свой образ жизни. Это естественный процесс, и мы ничего не сможем с ним поделать. Кого-то мы сможем уловить, изменить, кого-то нет», — говорит отец Илья.
Блог Ильи СавастьяноваФото: соцсети Культуролог и православный общественник Матвей Дорофеев признает: церковь может обезличиться и раствориться в рилсах, если «сотрет все свои основы». Но этого, по его мнению, не произойдет: «Мы же не можем [в рилсах] говорить, что потребление — это хорошо и православно. Так что, может, мы и растворимся, но только по форме. Если в какой-то момент не шагнем дальше».
21-летняя айтишница и православная блогерка из Онеги Настя (2,2 тысячи подписчиков), в свою очередь, предлагает отделять «душеспасительные» рилсы от вредных — по ее мнению, церковные блогеры производят в основном первую категорию. «Думаю, это зависит от каждого человека — как он выстраивает свое пользование инструментами. Инстаграм — такой же инструмент. Человек либо получает оттуда пользу, либо разлагается и получает быстрый дофамин. Извне тут повлиять невозможно», — твердо убеждена Настя.
Большую часть свободного времени она посвящает походам в храм, иногда каждый день, и снимает про это контент — по благословению настоятеля Свято-Троицкого собора протоиерея Александра Коптева. Не только с подбором красивых платьев на всенощное бдение и эффектными цитатами на фоне храмовых убранств, но и с рефлексией о том, что значит верить в Бога и быть христианином за пределами эстетики и обряда.
ER блога Насти — 0,2%. «Тут очень спокойный блог. У меня даже возникло желание подписаться, — комментирует рилс-маркетолог по просьбе “Таких дел”. — Вообще, я первый раз вижу, чтобы о религии и храме рассказывали так спокойно и без призывов. Я думаю, у этой девушки из аккаунта будет скоро взлет. Аудитория: девушки 18–30 лет, ищущие веру, спокойствие, смысл. Монетизация сейчас отсутствует. Возможны донаты, создание телеграм-канала “для своих”, консультации по вере или коллаборации с церковными фотопроектами. Рост за счет сторителлинга: больше личных постов (“как я пришла к Богу”, “что изменилось после службы”) и рилсы с голосом, фоном природы, искренностью. Можно выйти на плюс 10 тысяч подписчиков за год при системной съемке и нарративах».
Три самых популярных рилса Насти:
— черно-белый кадр убранства собора с закадровым чтением молитвы и библейской цитаты. Подпись: «Что бы ты ни делал за спиной у человека, помни, что ты делаешь на глазах у Бога», 579 тысяч просмотров;
— нарезка убранства храма с закадровой цитатой Никиты Михалкова: «Нужно бояться зависти. Потому что, как это ни странно, именно зависть является основой всего зла на свете. Даже Христа распяли из зависти», 363 тысячи просмотров;
— нарезка убранства храма с подписью «Отправь это видео тому, за кого благодарен Богу», 120 тысяч просмотров.
По словам Насти, она просто хочет делиться с миром тем, что для нее значит быть православной христианкой, и «лучше, чем соцсети, способа для этого еще не придумали». Она говорит, что в церковной жизни часто сталкивается с «фарисейством» — когда люди посещают службы и совершают формальные действия, но не верят во что-то вечное и большее, чем эта жизнь.
Блог АнастасииФото: соцсети Настя подчеркивает, что ее рилсы — сугубо личный блог православной христианки и она не ставит перед собой миссионерских или просветительских целей. Но в своем приходе она с благословения отца Александра занимается всей молодежной политикой: знакомится с новыми молодыми прихожанами и объединяет их в сообщество. По ее словам, работа продвигается пока «тяжело, по чуть-чуть».
В Архангельской митрополии ее таланты ценят. Настю уже пригласили в этом году к участию в местном церковном медиапроекте «Свет слова», задача которого — «расширение присутствия традиционных духовно-нравственных ценностей в обществе через повышение медиакомпетенций и медиаграмотности ответственных за информационную работу священнослужителей и активных прихожан».
Редактировал Владимир Шведов
В материале используются ссылки на публикации соцсетей Instagram и Facebook, а также упоминаются их названия. Эти веб-ресурсы принадлежат компании Meta Platforms Inc. — она признана в России экстремистской организацией и запрещена.