«Временное» лишение гражданства

Госдума приняла в первом чтении очередной закон, лишающий имущественных прав уехавших за рубеж критиков власти

Проект закона «О временных ограничительных мерах в отношении лиц, находящихся за пределами РФ и уклоняющихся от исполнения наказания» (№ 1095029-8) был принят Госдумой в первом чтении накануне прямой линии с Владимиром Путиным, а внесен через день после его встречи с Советом по правам человека.

Комментируя выступление члена СПЧ Александра Сокурова, Путин, в частности, сказал:

«Я знаю вашу позицию по поводу закона об иностранных агентах, но это еще в США было сделано в 40-е годы прошлого века… Там нарушение этого закона грозит тюремным заключением, у нас же нет такого. У нас, собственно, одно самое главное — покажите источники финансирования. Ну что же здесь такого страшного?..»

Риторика Путина в этом вопросе не меняется с 2012 года, когда в законодательстве впервые появились «иноагенты», и независимо от того, что их дискриминация на уровне не только практики, но и законов постоянно и все больше расширяется. А тех, кто не соглашается с ограничениями, очно и заочно привлекают именно что к уголовной ответственности, о чем президенту полагалось бы знать. Но поскольку значительное число «агентов» уехало в страны, где «правоохранительным органам» до них не дотянуться, тренд последнего времени заключается в лишении их прав на имущество, оставленное на родине.

Председатель комиссии ГД по расследованию фактов вмешательства иностранных государств во внутренние дела РФ Василий Пискарев в своем телеграме объяснил необходимость принятия закона тем, что недружественные страны отказываются выдавать России «беглых террористов, коррупционеров, проворовавшихся банкиров и других преступников», а западные спецслужбы используют «этот контингент» в «антироссийской деятельности». «Другие преступники» — это и есть политические эмигранты, в отношении которых «недружественные страны» игнорируют запросы Интерпола. Под действие будущего закона попадут все осужденные заочно по всем уголовным и некоторым административным статьям (в частности, за «дискредитацию Вооруженных Сил» и несоблюдение законодательства об «иностранных агентах»).

Им в первую очередь и предполагается еще больше осложнить жизнь. Уклоняющимся от исполнения наказания будут запрещены любые сделки в РФ, в том числе по доверенности, вся их собственность, включая счета в банках, будет заморожена. Мера эта, разумеется, «временная»,

для снятия запретов «клеветникам» предлагается вернуться в РФ, то есть самим сунуть голову в петлю.

Решение о применении «временных мер» будет во внесудебном порядке принимать Генеральная прокуратура, которая станет вести соответствующий перечень, во многом совпадающий с пресловутым перечнем Минюста.

Наиболее чувствительная мера — отказ от предоставления важных консульских услуг: эмигранты не смогут получить не только новые российские паспорта взамен просроченных, но и элементарные доверенности, также оформляемые через российские консульства в зарубежных странах. Вкупе с отказом в предоставлении государственных и муниципальных услуг в электронной форме это создаст проблемы не столько для самих эмигрантов, которые так или иначе уже устроились за рубежом, сколько для их родственников. Без доверенности оставшиеся в России родственники не смогут не только распорядиться квартирой, в которой прописан эмигрант, но и, например, получить на почте направленные ему квитанции, чтобы оплатить соответствующую часть транспортных налогов и налогов на недвижимость.

Законопроект противоречит статье 19 Конституции РФ, согласно которой «государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от… места жительства… убеждений…». Оставшиеся вменяемыми юристы сравнили будущий закон с «временным» (то есть вплоть до возвращения и посадки) лишением гражданства РФ.

В теории права отдельно обсуждается вопрос о действии законов во времени и в пространстве. И здесь применительно к современному миру надо делать поправку на то, что русскоязычное смысловое пространство не признает государственных границ РФ. СССР, на который она становится все больше похожей, с такой проблемой не сталкивался. Тогда страну не всегда добровольно покидали единицы, а их голоса сквозь радиопомехи доносились до остающихся неразборчиво. Сегодня таких значимых фигур сотни, а интернет, пока он хоть в каком-то виде функционирует, позволяет услышать их всем, кому это интересно.

Политика российских властей, направленная на дискриминацию уехавших, может быть понята только в логике цензуры.

Ограничения в сфере интернета — прямая цензура, политические преследования и ограничения прав, как в данном случае, — это продолжение цензуры иными средствами. Значит, есть что скрывать: собственные ошибки и слабость.