От Сталина до СВО

На 98-м году жизни покинул этот мир Патриарх Киевский Филарет, проклятый РПЦ и героизированный на родине

Середина нынешнего Великого поста ознаменовалась для православного мира весомыми, поистине символическими потерями. Один за другим покинули этот мир два старейших по возрасту патриарха, которые значительную часть своего земного пути прошли вместе, в одинаковых исторических условиях.

17 марта на 94-м году жизни скончался Католикос-Патриарх всея Грузии Илия II, а 20 марта на 98-м году жизни — Патриарх Киевский Филарет, герой Украины. Первый был общепризнанным в мировом православии и «каноническим», второй — почти отверженным и «раскольником». Наверное, поэтому жизненный путь Филарета, который в РПЦ успел и побыть временным предстоятелем (патриаршим местоблюстителем в 1990 году), и получить анафему (в 1997 году), переполнена драматургией. Его биография — летопись трагедии православия ХХ века и попыток найти из нее выход в XXI.

Михаил Антонович Денисенко, как его звали в миру, родился 23 января 1929 года в селе Благодатное Амвросиевского района Донецкой области, которое в августе 2014-го перешло под контроль ДНР. Его семья не отличалась активной религиозностью: отец был шахтером, а дед — простой крестьянин — умер при голодоморе начала 1930-х, особенно лютом в сельских регионах Донбасса.

Как признавался сам Филарет, гибель отца на фронте в 1943-м, по сути, и обратила будущего патриарха к вере: «Передо мной встал вопрос: если отца не существует, а я люблю его, то что, я люблю пустое место? Можно ли любить пустое, несуществующее? Нет». Так в 14-летнем возрасте он твердо решил ради верности отцу встать на путь служения церкви, что счастливо совпало с переломом сталинской политики в отношении церкви, когда диктатор решил «воссоздать» полностью подконтрольную церковную структуру.

В сознании юного, а потом и зрелого Филарета искренняя религиозность всегда сочеталась с гражданским патриотизмом и готовностью служить власти не за страх, а за совесть.

Даже став активным сторонником украинской независимости, до конца жизни он отказывался от публичного покаяния в своем сотрудничестве с советским режимом, утверждая, что сотрудничество с КГБ было условием существования церкви «и органы знали, что я никогда не предам Родину».

Агентурный псевдоним Филарета — Антонов — совпадал с его отчеством, и он не отрицал, что пользовался этим псевдонимом.

Опыт противостояния с советской системой у новообращенного юноши был минимальным: в 15-летнем возрасте его ненадолго исключали из школы за проповедь веры среди одноклассников, потом как сельскому жителю не хотели давать паспорт, необходимый для поступления в семинарию. Вопрос решили 500 рублей, предоставленные местным церковным старостой.

Вопреки правилам, Денисенко приняли в Одесскую семинарию до достижения совершеннолетия, в 1946 году, да еще и сразу в третий класс, так что уже в 1948-м, в 19 лет, Михаил стал студентом Московской духовной академии — самым молодым. Между прочим, в Одессе у будущего патриарха была невеста Женя Родионова, которая отвергла «будущего попа» ради какого-то комсомольского работника. Правда, романтическая история на этом не закончилась, и мы к ней еще вернемся.

На Новый, 1950-й год 20-летнего юношу постригли в монашество в Троице-Сергиевой лавре, причем он сразу получил престижную должность смотрителя патриарших покоев лавры, что сблизило его с патриархом Алексием I. Тот довольно быстро рукоположил своего послушника в иеромонахи, а по окончании академии в 1952 году Филарет стал ее преподавателем и и.о. благочинного Троице-Сергиевой лавры, получил звание доцента, стал игуменом. Примерно в те же годы клирик с большими карьерными перспективами и был завербован ГБ.

И тогда же, узнав о его стремительной карьере, в лавру приехала та самая Женя Родионова, пожалевшая о своем опрометчивом выборе жениха. После перевода Филарета в Киев в 1958 году с назначением на должности ректора Киевской духовной семинарии и управляющего делами Украинского экзархата РПЦ они стали проживать совместно, а потом появились и дети, которые объявлялись приемными.

Вопрос личной жизни Филарета весьма запутан: он был центральной темой дискуссий на Архиерейском соборе РПЦ 1992 года, вскоре после которого случился «филаретовский раскол». По воспоминаниям очевидцев (заседания того собора были закрытыми), Филарет признал, что проживает в одной квартире с женщиной «как брат с сестрой», напомнив, что многие присутствующие на соборе проживают с юношами, причем не всегда как с братьями.

После этого вопрос об осуждении Филарета «за нарушение монашеских обетов» был снят, и российская пропаганда вернулась к нему лишь в 2018 году — на фоне получения Украинской церковью, возглавляемой Филаретом, автокефалии от Константинопольского патриархата.

Евгения Петровна, которая получила репутацию грозной «владычицы Киевской», влиявшей на назначение архиереев в Украине, скончалась в конце 90-х, и тогда уже ставший патриархом Филарет служил по ней заупокойные литургии 40 дней подряд…

Злые языки приписывали Филарету присказку: «Для КГБ я женатый, а для верующих — монах», но реальную тайну своей личной жизни он унес с собой в вечность.

В эпоху «хрущевских гонений» Киевскую семинарию закрыли, что ознаменовалось для Филарета новым карьерным взлетом. В феврале 1962 года он стал епископом Лужским, викарием Ленинградской епархии, которую годом позже возглавил митрополит Никодим (Ротов) — самый активный иерарх РПЦ той эпохи и наставник будущего патриарха Кирилла.

На протяжении 15 лет Филарет и Никодим совместно трудились в сфере «внешних церковных сношений» — во Всемирном совете церквей, Конференции европейских церквей, Христианской мирной конференции, в Ватикане и т.д., выполняя весьма деликатные задания компетентных органов. Уже в 33-летнем возрасте Филарет становится экзархом Средней Европы, а затем епископом Венским и Австрийским, позже возглавляет комиссию РПЦ по вопросам христианского единства — главный экуменический орган Московского патриархата.

В 1964–1966 годах Филарет побыл ректором главного учебного заведения РПЦ — Московских духовных академии и семинарии, а 14 мая 1966 года получил назначение на Киевскую кафедру — экзархом Украины. Таким образом, он занимал эту кафедру почти 60 лет, хотя последние 34 из них РПЦ считает «раскольническими».

Вообще Филарет оказался самым старшим по хиротонии иерархом мирового православия: его архиерейский стаж составил 64 года. Впрочем, его статус является предметом спора между двумя главными центрами мирового православия: Московский патриархат лишил Филарета сана, а Константинопольский (он же — Вселенский) признал это лишение незаконным.

Каноническая и человеческая драма Филарета совпала с историей распада СССР и восстановления украинской государственности. Когда в 1988–1989 годах в Украине стали возрождаться загнанные советской властью в подполье и эмиграцию греко-католическая (униатская) и автокефальная (национально-православная) церкви, Филарет как экзарх Московского патриархата выступал категорически против них и использовал все свои связи в партаппарате и госбезопасности, чтобы «альтернативные» церкви не были зарегистрированы. В результате такой политики процесс «возвращения в унию» церквей, насильственно присоединенных Сталиным к РПЦ в 1940-е в западных областях Украины, приобрел обвальный характер, сопровождаясь силовыми эксцессами.

При всем росте национального самосознания Украины процесс демократизации в Киеве отставал от такового в Москве, и, отправляясь на Поместный собор 1990 года после смерти патриарха Пимена, Филарет был уверен (получив гарантии кураторов из ЦК), что следующим патриархом РПЦ станет именно он. Филарет уже был патриаршим местоблюстителем, а по сложившейся в советское время практике это автоматически означало избрание патриархом. Но перестройка внесла свои коррективы: собор 1990 года проходил при минимальном контроле власти и КГБ, голосование за патриарха на нем было тайным, альтернативным и прошло в несколько туров.

Настоящей сенсацией стало то, что Филарет набрал всего 66 из 316 голосов. Патриархом стал Алексий (Ридигер) со 139 голосами, а Филарет во время интронизации Алексия шепнул своему викарию: «Перед нами последний патриарх единой Русской церкви».

Уже в октябре 1990-го Алексий II предоставил бывшему Украинскому экзархату независимость и самостоятельность, он стал Украинской православной церковью (УПЦ), лишь символически зависимой от РПЦ. После провозглашения независимости Украины, осенью 1991-го, собор УПЦ в Киеве потребовал от Москвы полной автокефалии, и вопрос казался почти решенным, пока в начале 1992-го весы истории не стали крениться в противоположную сторону. Московская патриархия договорилась с тремя епископами УПЦ о том, чтобы те отозвали свои подписи из-под обращения об автокефалии, начался их конфликт с Филаретом, «война компроматов», закончившиеся попыткой суда над ним на московском соборе в апреле 1992 года. «Я прошел на соборе через Голгофу», — заявил Филарет, вернувшись в Киев. Он отказался выполнять данное собору обещание уйти в отставку и созвать собор УПЦ для избрания нового предстоятеля — новый раскол Украинской церкви был предрешен.

Сначала на сторону Филарета встало довольно значительное число епископов, в том числе такие тяжеловесы будущей УПЦ МП, как Лазарь Крымский и Иларион Донецкий. Они провели довольно представительную пресс-конференцию в Киеве. Но Москва, шантажируя компроматом, постепенно добилась их отхода от Филарета, который остался лишь с двумя епископами — Андреем Львовским и Иаковом Почаевским. После этого по благословению Алексия II и вопреки уставу УПЦ был созван чрезвычайный украинский собор в Харькове, который уволил Филарета и избрал новым предстоятелем Владимира (Сабодана), служившего тогда за пределами Украины, в Ростове-на-Дону.

Это стало двойным нарушением устава церкви и дало Филарету и его сторонникам юридические основания не признавать решений Харьковского собора. Не дожидаясь лишения сана на очередном внеочередном соборе в Москве в июне 1992-го, Филарет объединил верные ему остатки УПЦ с Украинской автокефальной православной церковью (УАПЦ), которую тогда возглавлял живший в Америке патриарх Мстислав (Скрыпник) — бывший адъютант Симона Петлюры. Объединенная структура получила наименование Украинской православной церкви Киевского патриархата (УПЦ КП) — с этим брендом Филарет и дожил до смерти, хотя нынешние украинские власти УПЦ КП не признают (она была снята с регистрации в 2019 году в связи с образованием на ее основе «канонической» Православной церкви Украины — ПЦУ).

С легкой руки Леонида Кравчука, с которым Филарет дружил, УПЦ КП достались активы УПЦ, включая Владимирский кафедральный собор и резиденцию на Пушкинской улице.

В украинской прессе потом долго циркулировали слухи об отмывании через счета Киевского патриархата контролируемых Кравчуком средств Компартии Украины…

После загадочной смерти второго патриарха УПЦ КП Владимира (Романюка) в 1995 году Филарет наконец становится патриархом и облачается в белый куколь — головной убор Московских патриархов. Часть церкви не признает этого избрания, памятуя о гэбэшно-советском прошлом нового предстоятеля, и возрождает УАПЦ.

Так вплоть до 2018 года украинское православие остается «трехчленным»: численно доминирующая УПЦ МП, признанная мировым православием, но зависимая от Москвы; относительно многочисленная (до пяти тысяч приходов) УПЦ КП, не признанная другими церквами; и малочисленная УАПЦ, особо подчеркивающая свой национально-украинский характер.

Лишь в 2018 году по инициативе Петра Порошенко, который сумел договориться с Константинопольским патриархом, осудившим события в Крыму и Донбассе, УПЦ КП и УАПЦ объединяются, к ним примыкают два архиерея УПЦ, и появляется новая «церковь большинства» — ПЦУ, признанная Константинополем (он предоставил ей «Томос об автокефалии»), но не признанная Москвой.

Филарет становится в ПЦУ «почетным патриархом» (Константинополь настоял на упразднении патриаршества в ПЦУ), а его молодой наместник митрополит Епифаний (Думенко) — номинальным (как считал Филарет) предстоятелем. Однако молодая команда Епифания оттесняет Филарета от власти, он хлопает дверью и заявляет в июне 2019 года о воссоздании УПЦ КП. Филарет обличает ПЦУ в том, что вместо прежней зависимости от Москвы она решила стать зависимой от Константинополя, а Украинская церковь, как одна из старейших и крупнейших в мире, достойна большего — собственного патриарха! Помимо прочего,

расчет делался на приход нового президента Зеленского, который в то время активно критиковал все достижения Петра Порошенко, включая получение от Константинополя томоса, который новый президент в свойственной ему манере называл термосом (потом, правда, извинялся за это).

Расчет не оправдался, стареющий (ему уже было за девяносто) Акелла-Филарет промахнулся. Воссозданная УПЦ КП наскребла лишь несколько десятков приходов, но Филарет не сдался до последнего дня — его упрямству и силе воли можно позавидовать. Лишившись госрегистрации, он продолжал бороться как мог, удерживал за собой собор и резиденцию в столице и не переставал призывать к объединению всего украинского православия вокруг Киевского патриаршего престола.

Едва ли Филарета можно назвать убежденным националистом, но в победе Украины он не сомневался ни на минуту. Рефреном его проповедей последних лет стала фраза «правда на нашей стороне, а Бог с тем, на чьей стороне правда». Демонстрируя сильные черты своего характера, Филарет продолжал служить в Киеве, даже когда в нескольких километрах от собора пролегала линия боевого соприкосновения.

В день 30-летия своей патриаршей интронизации, в октябре прошлого года, он подписал в алтаре Владимирского собора в Киеве завещание, запретив иерархам ПЦУ отпевать себя. Последний раз он приехал в свой храм на Рождество нынешнего года, а последний раз появился на публике в начале февраля — это была встреча с Юлией Тимошенко, вновь заявившей о своих президентских амбициях.

В конце января состоялся неожиданный визит Филарета в резиденцию своего как бы основного конкурента — предстоятеля ПЦУ митрополита Епифания в Михайловском Златоверхом монастыре. Филарет говорил с трудом, но казалось, что он хвалит Епифания. Недоброжелатели сразу заявили, что старец не контролирует свои действия, а ПЦУ хочет любой ценой вернуть его в свое лоно. Похоже, Филарета будут отпевать дважды — остатки УПЦ КП во Владимирском соборе и архиереи ПЦУ в Златоверхом монастыре. Но каких-либо перспектив самостоятельного существования без Филарета у Киевского патриархата нет — официальный сайт этой церкви уже недоступен.

Ушла фигура такого масштаба, которая перекрывает собой размеры целой церковной юрисдикции.

Такое бывает в церковной истории, хоть и редко. Безусловно, Филарету, как и любому человеку, было в чем каяться, но и руководство РПЦ поступило бы благородно, признав долю своей несправедливости по отношению к нему. Увы, в нынешних политических условиях мы такого благородства не увидим.