«В заводы летит, и не слабо». Дроны ВСУ остановили около 16% производства бензина. В России начинается новый топливный кризис?

Дроны ВСУ остановили около 16% производства бензина. В России начинается новый топливный кризис?

За последние два месяцы украинская армия нанесла десятки ударов по российской нефтяной инфраструктуре. По подсчетам «Новой газеты Европа», дроны вывели из строя заводы или установки, которые перерабатывают около 62 млн тонн нефти и производят около 6,5 млн бензина в годовом выражении — почти шестую часть от его выпуска в стране.

Начиная с конца марта после бомбардировок ВСУ полностью или частично остановлены восемь российских заводов. Остановлена переработка на предприятиях в Туапсе и Новокуйбышевске («Роснефть»), а также на Киришском НПЗ «Сургутнефтегаза» и Астраханском газоперерабатывающем заводе «Газпрома» (делает небольшие объемы бензина). Частично пострадали Сызранский завод «Роснефти», совместный завод «Роснефти» и «Газпромнефти» в Ярославле, Пермский НПЗ «Лукойла» и перерабатывающий комплекс в Усть-Луге «Новатэка». Впрочем, последний работает только на экспорт и не производит бензин.

Мы суммировали сообщения об остановках НПЗ от Reuters, канала Astra, наших источников, а также основываясь на интерактивной карте ударов, которую составила «Новая газета Европа».

Сведения о производстве пострадавших заводов мы взяли из данных нефтяных компаний, которые ими владеют. Для подсчета мы брали не номинальную мощность заводов, а реальную, на которой работают эти НПЗ в последние годы, — у некоторых из заводов она ниже реальной.

«Новая-Европа» суммировала мощности прекративших работу установок этих предприятий и пришла к выводу:

из строя выведено около 23% переработки нефти в России, которые дают около 16% производства бензина.

«Это выглядит серьезно и тревожно для рынка. В заводы летит, и не слабо!» — сказал «Новой-Европа» совладелец региональной сети АЗС, которая не входит ни в одну из вертикально-интегрированных нефтяных компаний. Он напоминает, что профицит производства бензина в России не более 9% (это то, что обычно идет на экспорт, который власти запретили с апреля для насыщения внутреннего рынка), — то есть нынешние бомбардировки грозят полноценным кризисом.

«Заводы бомбят регулярно, переработка падает, сезон стартовал — спрос высокий», — вторит ему другой крупный трейдер и добавляет, что особенно большие проблемы сейчас с поставками АИ-95. О том, что на рынке начинает складываться нехватка топлива, на этой неделе писало и издание «Коммерсант» со ссылкой на аналитиков и трейдеров.

Совладелец региональной сети АЗС так объясняет причины начинающегося кризиса. Сетям АЗС, которые не входят в состав крупных нефтяных компаний (а это примерно 40% продаж топлива в России), всё сложнее покупать топливо на Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой бирже. «На бирже жестокий дефицит по всем видам», — сказал собеседник. Нехватка вызвана тем, что крупные компании в первую очередь поставляют топливо на собственные сети АЗС в тех регионах, где они работают. «Пострадавшие заводы и территории не оставят без топлива, в счет наших объемов. Это традиционно. Нефтяные компании себя обеспечат, а мы — как получится», — сказал собеседник.

Учитывая, что основная часть перерабатывающих мощностей находится в европейской части России, проблемы могут начаться в Западной Сибири, где есть только один крупный завод — Омский НПЗ «Газпромнефти».

«Удары по НПЗ и экспортной инфраструктуре уже перешли из категории локальных сбоев в категорию макроэкономически заметного давления на систему», — сказала «Новой-Европа» эксперт Центра глобальной энергетической политики в Колумбийском университете Татьяна Митрова.

Она указывает на статистику Международного энергетического агентства (IEA), которая подтверждает, что бомбардировки портов и заводов ограничивают сбытовые возможности компаний, которым некуда отправлять часть объемов сырья. Это уже привело к тому, что в апреле 2026-го к апрелю 2025 года добыча нефти в России снизилась на достаточно заметные 5%, или 460 тыс. баррелей в сутки.

Еще сильнее пострадал экспорт нефтепродуктов — он упал до исторического минимума по статистике IEA, до 2,15 млн баррелей в сутки после того, как в 2025-м он в среднем был на уровне 2,5 млн баррелей в сутки.

Несмотря на все эти проблемы, говорить о дефиците топлива во всей стране пока еще рано, «но риски заметного напряжения уже вполне реальны», считает Митрова. Сейчас «более вероятен сценарий локальных перекосов, давления на оптовые цены и ухудшения положения независимых игроков, чем общенациональный дефицит», — сказала она «Новой-Европа».

«Главный риск для внутреннего рынка сейчас — не пустые АЗС по всей стране, а работа системы с резко сократившимся запасом прочности. По АИ-95 уже видны признаки напряжения в биржевом сегменте. Государство, скорее всего, будет и дальше административно удерживать внутренний рынок за счет экспортных ограничений и ручного перераспределения потоков», — добавила она.

Именно это и делают власти сейчас. Во-первых, со 2 апреля до 31 июля в России правительство запретило всем участникам рынка экспорт бензина. Такие запреты традиционно не распространяются на дизельное топливо, которого российские НПЗ производят в два раза больше потребностей внутреннего рынка.

Во-вторых, взлетевшие вдвое мировые цены на нефть позволили нефтяникам «выбить» из Минфина достаточно большие субсидии для нефтепереработки после того, как несколько месяцев они были на малозаметном уровне. За 4 месяца 2026 года они составили 563 млрд рублей (это суммарная выплата демпфера, обратного акциза и инвестиционной надбавки, подробности здесь и здесь). Правительство выплачивает эти субсидии нефтяникам, чтобы они поддерживали низкие цены на нефтепродукты на внутреннем рынке.