В Великобритании серьезный политический кризис — все недовольны премьер-министром Киром Стармером

Его называют нерешительным, вялым и прочат отставку. А сама страна может даже вернуться в ЕС

7 мая правящая в Великобритании Лейбористская партия потерпела крупное поражение на муниципальных выборах и лишилась 1406 мандатов. Через несколько дней министр здравоохранения Уэс Стритинг подал в отставку, сказав, что «утратил уверенность» в премьер-министре Кире Стармере и что оставаться под его руководством было бы «подло и беспринципно». Вскоре в отставку подали еще четыре члена правительства — и тоже из-за Стармера. «Медуза» рассказывает, как Кир Стармер растерял всю популярность, даже в собственной партии, почему его отставка — это вопрос времени и вернется ли после этого Великобритания в ЕС.

Стармер очень нерешителен. Когда выступали против его инициатив, он тут же сдавал назад. А еще — назначил послом приятеля Эпштейна

Кир Стармер возглавил британское правительство в июле 2024 года по итогам парламентских выборов, на которых его партия одержала уверенную победу. Однако уже тогда некоторые скептики говорили, что лейбористы могли выиграть с большим отрывом, если бы провели более смелую предвыборную кампанию. «Люди ждали перемен с большой буквы „п“, — сказала руководительница британского профсоюза Unite Шэрон Грэм. — Им не нужен просто администратор». В последующие месяцы неготовность отстаивать сложные решения стала одним из главных поводов для критики лейбористского правительства.

Одно из первых серьезных решений лейбористского правительства — это сокращение поддержки пенсионеров. В частности, кабинет Стармера решил отменить выплаты за отопление зимой. В результате без так называемых топливных выплат остались больше 10 миллионов человек. Так правительство рассчитывало сэкономить примерно 1,4 миллиарда фунтов.

Это решение критиковали как избиратели, так и однопартийцы по Лейбористской партии: на партийном съезде в сентябре 2024-го большинство делегатов высказалось за его отмену. Стало очевидно, что глава правительства не пользуется беспрекословной поддержкой даже среди однопартийцев.

«Народу нужны еда, работа и жилье, — сказала инициировавшая символическое голосование против сокращения выплат профсоюзная руководительница Шэрон Грэм. — Народу нужны повышение уровня жизни и гарантии безопасности. Я не понимаю, как наше правительство может сокращать выплаты для пенсионеров, но при этом ничего не требовать с богатейших людей страны. Это не то, за что голосовали люди».

Не менее унизительным для Стармера стало и голосование за закон об отмене выплат для пенсионеров в палате общин: правительственная инициатива была одобрена, но 53 парламентария-лейбориста демонстративно воздержались. Подобные расколы внутри партии при обсуждении конкретных законов случаются крайне редко.

В мае 2025-го лейбористы впервые в истории заняли четвертое место на выборах в местные органы власти. Партийные опросы показали, что главная причина провала — это отмена топливных выплат, поэтому Стармер свернул законопроект об отмене топливных выплат.

По мнению многих обозревателей, именно ситуация с топливными выплатами пенсионерам подорвала доверие к Стармеру. Его положение усугубили другие непопулярные решения — например, сославшись на то, что предыдущее правительство оставило тюрьмы переполненными, осенью 2024-го лейбористы досрочно освободили 1700 заключенных, на тот момент отбывших 40% от своего приговора, а затем еще 1100 заключенных.

Однако наибольшее возмущение среди избирателей, оппозиции и однопартийцев вызвало урезание социальных выплат для людей с инвалидностью. Так правительство хотело сэкономить пять миллиардов долларов в год. Однако резкая публичная критика в СМИ и со стороны правозащитников вынудила смягчить реформу. По новой формулировке более строгие критерии получения социальных выплат вводились только для новых заявителей, а те, кто уже их получал, могли продолжать это делать на прежних условиях.

Решение Стармера разочаровало и сторонников, и противников сокращений: первых — тем, что премьер не стал продвигать непопулярное решение, а вторых — тем, что правительство было готово ухудшить положение людей с инвалидностью и сделало бы это, если бы не испугалось народного недовольства. В результате даже в измененном виде законопроект был принят со скандалом: 49 лейбористов в парламенте проголосовали против.

Разочаровал Стармер и сторонников борьбы с климатическими изменениями. Еще до прихода к власти он обещал тратить 28 миллиардов фунтов в год на улучшение ситуации с экологией. Но, возглавив правительство, Стармер сократил эту сумму до 4,7 миллиарда в год и объявил, что дальнейшие расходы в сфере окружающей среды были бы «безответственными».

Бывший советник Лейбористской партии и политический аналитик Мэттью Торбитт сказал о периоде руководства Стармера: «В 2024 году 9,7 миллиона человек проголосовали за перемены. Это было то, что обещали лейбористы. Но если бы вы провели последние два года в коме и очнулись сегодня, то не заметили бы никакой разницы».

По словам политолога и бывшего советника Лейбористской партии Джонатана Рутерфорда, Стармер не вызывает симпатии у простых избирателей — те считают, что он далек от понимания ситуации в стране и от их трудностей. «Мы живем при элите, которая и политически, и культурно кардинально отличается от людей, чьи интересы она якобы представляет, — рассуждает Рутерфорд. — Съездите на север [Англии]. Там его [Стармера] ненавидят. Я думаю, что ни он, ни его окружение не осознают этого в полной мере».

О том же говорит и политолог Бен Уорти из Лондонского университета. Он отмечает, что победа лейбористов на выборах в 2024 году во многом объяснялась не искренней поддержкой партии Стармера, а тем, что избиратели устали от доминирования консерваторов. «Даже на пике популярности 49% британцев все равно опасались его нерешительности», — продолжает Уорти, ссылаясь на результаты опроса компании YouGov, проведенного в июле 2024-го. Тогда почти половина респондентов призналась, что не знает, каких позиций придерживается новый глава правительства.

Пытаясь угодить избирателям разных взглядов, Стармер настроил против себя и тех и других. После волны беспорядков, прокатившейся по Англии в ответ на массовое убийство в Саутпорте в конце июля 2024 года, правые прозвали его «двухуровневым Киром». Его обвинили в том, что правительство относится к белым погромщикам строже, чем к представителям других этнических групп.

При этом избирателям левых взглядов не нравилась позиция Стармера по миграции. Премьер-министр неоднократно критиковал предыдущее правительство за слишком мягкие правила пребывания в стране для иностранных граждан и говорил, что консерваторы проводили «эксперимент по открытым границам в масштабе одной нации».

Еще одним ударом по репутации премьера в декабре 2024 года стало назначение послом в США Питера Мандельсона, входившего в элиту Лейбористской партии еще в конце 1990-х. Это решение изначально подверглось критике в прессе из-за дружеских отношений Мандельсона с покойным финансистом и растлителем малолетних Джеффри Эпштейном. Меньше чем через год, в сентябре 2025-го, в рамках документов по делу Эпштейна были обнародованы материалы, из которых следовало, что Мандельсон и Эпштейн продолжили общаться даже после того, как в 2008-м последний признал себя виновным в склонении к проституции несовершеннолетней. Кроме того, Мандельсона подозревают в передаче Эпштейну конфиденциальных правительственных данных и в получении денежных переводов от Эпштейна.

В итоге Стармер снял Мандельсона с должности, а в начале 2026-го бывший посол покинул Лейбористскую партию. Тогда же премьер-министр заявил, что Мандельсон «неоднократно лгал» о своих отношениях с Эпштейном, обвинил бывшего однопартийца, что тот «предал свою страну», и заверил, что ни за что не назначил бы его послом, если бы знал правду. Однако в апреле 2026-го The Guardian сообщил, что Мандельсон изначально не прошел проверку на соответствие должности, но министерство иностранных дел проигнорировало аргументы проверяющих.

Уже после нескольких месяцев во главе правительства уровень поддержки Стармера резко опустился: в середине октября 2024-го 58% граждан считали, что он плохо справляется со своими обязанностями, а поддерживали премьера всего 26%. К концу весны 2026 года лишь 23% британцев относились к Стармеру положительно, а отрицательно — 69%.

После поражения на выборах в начале мая 2026-го несколько лейбористов и вовсе открыто призвали Стармера уйти в отставку.

Стармер попросту неинтересен избирателям

Одна из самых частых претензий в адрес Стармера — это то, что он слишком скучный и поверхностный. И именно поэтому многие не могут проникнуться к нему симпатией. Колумнистка ирландского издания либеральной направленности The Irish Times Финн Макредмонд выделила такие недостатки премьера:

Он плохо взаимодействует с публикой. Он читает с суфлера, он кажется деревянным как доска. Однажды он пришел на футбольный подкаст и сказал, что его любимая часть спорта — это голы. У него нет понимания того, какой он хочет видеть Британию. Ему казалось, что восстановления в политике статуса-кво времен до Брекзита и скандалов с консерваторами будет достаточно. И в этом его главная проблема. Нет никакого смысла в том, чтобы уметь выражать свою позицию, если у тебя вообще нет никакой позиции.

По словам политологов Бена Уорти и Марка Беннистера, британскому населению кажется, что у Стармера «нет никакого видения и идеалов». В качестве примера безликости премьера его критики приводят интервью изданию The Guardian, которое позиционировалось как «самое личное» взаимодействие политика с прессой. В нем Стармер сказал, что ему ничего не снится, что у него нет любимой книги и что он не может назвать себя ни оптимистом, ни пессимистом.

Еще в 2022-м, когда будущий премьер возглавлял оппозицию, он злился на однопартийцев за то, что те в разговорах с прессой называют его скучным. Примерно тогда же в опросе британской компании JL Partners, исследующей общественное мнение, большинство респондентов сказали, что Стармеру подходит именно прилагательное «скучный». Другими популярными вариантами стали слова «безликий», «слабый» и «честный».

«Стармер является фигурой национального масштаба в Великобритании последние шесть лет — сначала как лидер оппозиции, затем как премьер, — написал в мае 2026-го политический обозреватель The New Yorker Сэм Найт. — Большую часть этого времени его терпели, но не любили. Он считался ходячим воплощением слов „деревянный“ и „вялый“».

О том, что Стармеру не хватает целеустремленности, в письме с сообщением о своей отставке упомянула и министр по вопросам безопасности и насилия против женщин и девочек Джесс Филиппс. Она написала: «Я думаю, что вы хороший человек и вы беспокоитесь по правильным поводам, но я своими глазами видела, что этого недостаточно».

Еще один важный фактор, который повлиял на падение рейтинга Стармера, — это Брекзит. Как рассуждает профессор политологии и исследователь общественного мнения из Университета Саутгемптона Роб Джонс, «Брекзит разобщил население и сделал центризм крайне непривлекательной позицией».

Другие политические обозреватели тоже отмечают трансформацию британской политической системы в последние годы. Двухпартийная система, в которой господствовали консерваторы и лейбористы, сменилась многополярной парадигмой, в которой на первый план все чаще выходят радикалы и популисты: Reform UK справа и зеленые слева. Укрепились позиции и проевропейской Партии либеральных демократов — на прошедших муниципальных выборах она заняла третье место.

При этом Роб Джонс предполагает, что с учетом уникального политического климата едва ли другой лейборист на должности Стармера справился бы лучше. «Не думаю, что в ближайшей перспективе кому-то еще будет легко завоевать народные симпатии на должности премьер-министра от лейбористов», — констатировал политолог.

Из-за политического кризиса все снова обсуждают возвращение страны в ЕС

В последние годы все больше британцев негативно оценивают последствия Брекзита и высказываются за возвращение в ЕС. Возглавив правительство, Стармер пообещал осуществить «полный перезапуск» отношений с Евросоюзом, обеспечить британцам «беспрецедентный доступ» к европейскому рынку и сделать так, чтобы Великобритания снова была «в самом сердце Европы».

Но большинство политических обозревателей сходятся на том, что до сих пор премьер-министр даже не приблизился к выполнению своих обещаний. Многие инициативы по сближению с Евросоюзом вязнут в бюрократических спорах.

В качестве примера таких проволочек корреспондент The Guardian по Европе Джон Хенли приводит вступление Великобритании в программу Евросоюза по студенческому обмену «Эразмус»: пока что у сторон так и не получилось прийти к соглашению, которое позволило бы студентам из ЕС ограниченное время жить и работать в Великобритании, а британским студентам — жить и работать в ЕС. По словам Хенли, у законодателей никак не получается договориться, по какому тарифу европейцы должны оплачивать обучение в Великобритании: как местные студенты или как иностранцы не из ЕС.

Среди возможных противников Стармера за должность лидера Лейбористской партии и главы правительства «Би-би-си» называет бывшего министра здравоохранения Уэса Стритинга, представляющего правое крыло партии. Другой потенциальный претендент на лидерство — мэр Большого Манчестера Эндрю Бернем. Еще одна возможная претендентка на должность главы правительства — Анджела Рэйнер, до сентября 2025 года занимавшая должность заместителя Стармера.

Когда кто-то из них заручится поддержкой 81 лейбориста и оспорит лидерство Стармера, будут назначены внутрипартийные выборы. Если на них Стармер проиграет (или же сам уйдет в отставку), правительство автоматически возглавит новый лидер лейбористов — поскольку именно эта партия победила на прошлых парламентских выборах.

Преемник Стармера в Лейбористской партии с большой долей вероятности выступит за возвращение Великобритании в Евросоюз или как минимум за продолжение курса на сближение с остальной Европой. В частности, Стритинг назвал Брекзит «катастрофической ошибкой» и предположил, что сближение с континентальной Европой позволит стране «перестроить экономику и торговлю, улучшить оборону против общих угроз в форме российской агрессии и движения „Америка превыше всего“».

Политолог Ананд Менон отмечает, что Бернем тоже скорее выступает за возвращение в Евросоюз, но при этом избегает резких заявлений, чтобы не отпугнуть часть избирателей. Всего, по оценкам The Guardian, отменить результаты Брекзита хотят почти 90% членов Лейбористской партии. Однако нет никаких гарантий, что победитель внутрипартийной борьбы решит организовать новый референдум о возвращении в Евросоюз до следующих выборов в 2029 году. А на них к власти может прийти другая партия.

Многое будет зависеть и от позиции Евросоюза. Политики из континентальной Европы в последние годы часто с сожалением говорили о Брекзите и приветствовали идею сближения с Великобританией. Например, президент Финляндии Александр Стубб назвал Брекзит «ампутацией ноги без медицинских показаний», а министр иностранных дел Франции Жан-Ноэль Барро пообещал принять Великобританию «с распростертыми объятиями», если она решит вернуться.

Однако в Евросоюзе звучат и опасения по поводу того, насколько можно будет положиться на Великобританию в случае возвращения в ЕС. В частности, у министра иностранных дел Польши Радослава Сикорского есть сомнения, что Великобритания готова принять ограничения, накладываемые членством в Евросоюзе.

К тому же в партийном манифесте, с которым лейбористы одержали победу на выборах в 2024-м, исключена возможность возобновления свободного перемещения с Евросоюзом, образования общего торгового пространства и возобновления членства Великобритании в ЕС. Из-за этого инициировать возвращение будет сложно чисто технически — даже если за него выступает большая часть правящей партии или населения.

Корреспондент The Guardian по международным отношениям Лиза ОʼКэрролл предполагает, что Великобритания скорее установит с ЕС льготные торговые отношения, как Норвегия или Швейцария, чем вернется в Евросоюз в качестве полноценного участника. Если же процесс возвращения все-таки будет инициирован, то, как пишет ОʼКэрролл, сторонам все равно придется провести «напряженные и полные потенциальных ловушек технические переговоры».

Следующие парламентские выборы в Великобритании намечены на август 2029 года. Профессор политологии Университета Стратклайда в Шотландии Джон Кёртис отмечает, что партийные предпочтения британцев коррелируют с их отношением к Брекзиту.

На недавних муниципальных выборах в округах — где на референдуме 2016 года больше 60% проголосовали за выход из Евросоюза — уровень поддержки правопопулистской Reform UK составил примерно 40%. Это самый высокий результат среди всех партий. А там, где Брекзит поддержали меньше 40% населения, за Reform UK в среднем проголосовали всего 10%. Из этого можно сделать вывод, что в случае победы Reform UK в 2029 году большинство избирателей будут против возвращения страны в Евросоюз.

Однако в условиях многополярной политической парадигмы в Великобритании ни одна партия не может претендовать на статус представителя большей части населения. К тому же, как показывает опыт Стармера, несколько провальных решений могут обрушить рейтинг победителя всего за несколько месяцев.

«Наша политическая система рассчитана на противостояние двух партий, — объясняет политолог из Манчестерского университета Роберт Форд. — На ринге два бойца. Тот, кто побеждает, получает место [премьер-министра и контроль над правительством]. Но когда на ринге пять или шесть кандидатов, победитель — это не выбор большинства».

«Медуза»