Original Material
Я уехала из Европы в Кыргызстан и счастлива
Елизавета Богданова, родом из горного кыргызского села Ак-Суу, училась, работала и жила в Чехии 11 лет. За это время она выучила язык, получила медицинское образование, вышла замуж и родила двоих детей, а также поняла, что в Европе ей никогда не стать «своей». Четыре месяца назад она вернулась домой и очень рада тому, что может жить на природе. Елизавета рассказала «Холоду» о том, зачем и почему она променяла Европу на горное село в Кыргызстане.
Теперь я живу в селе. Это было лучшим решением для меня и детей
Мы выбрали языковые курсы, я получила студенческую визу и в 2015 году отправилась в Марианске-Лазне (туристический город в Чехии. — Прим. «Холода»). Первое время я ощущала большой груз ответственности и никак не могла расслабиться: я понимала, что если не выучу язык и не поступлю в университет — лишусь студенческой визы и отправлюсь домой.
Очень многие слова в чешском языке похожи на русскиеСложно мне было еще и потому, что это был мой первый опыт самостоятельной жизни. Я выросла в тепличных условиях: все время проводила дома и за меня все решали родители. А тут я оказалась в чужой стране, где люди говорят на другом языке. Конечно, я испытывала стресс и допускала много ошибок. Например, потеряла банковскую карту.
Учить чешский язык мне было легче, чем английский. Очень многие слова в чешском языке похожи на русские, но иногда у них противоположный смысл. Однако для поступления разговорного языка было мало. Я собиралась получать медицинское образование, и на чешском мне предстояло изучать физику, химию и биологию.
Отборы и тесты на медицинский факультет были очень серьезными, и на врачебную специальность я не прошла, но поступила на смежную специальность — эрготерапию (направление медицинской реабилитации, где пациентам помогают адаптироваться к повседневной жизни после болезни, травмы или при возрастных изменениях. — Прим. «Холода»). Я переехала в Усти-над-Лабем (крупный промышленный город недалеко от границы с Германией. — Прим. «Холода»), где находился мой университет.
Либо ты постоянно к чему-то стремишься, либо ты лохЯ изучала специальные термины на чешском языке, но на первой же паре поняла, что не понимаю 90% из того, что нам рассказывает профессор. С практикой это чувство ушло. У меня оставался небольшой акцент, и многие даже спрашивали меня, не словачка ли я, но говорила по-чешски я неплохо.
Несмотря на это, я все равно чувствовала себя в Чехии чужой. Меня удивляло, что в своей группе я была самой молодой. Оказывается, у чехов не принято, как у нас, сразу после школы получать высшее образование, и многие делают перерыв. Таких культурных различий была масса. Их я ощущала и в общении со своими русскоязычными сокурсниками — ребятами из России и Украины, и особенно с чехами. Я по-другому разговаривала и понимала, что у меня другие ценности, наверное, из-за того, что Кыргызстан ближе к Азии, чем их страны.
Благо, одинокой я чувствовала себя недолго. Еще до поступления в университет я встретилась со своим будущим мужем. Он приехал из Казахстана и изучал молекулярную биологию в другом чешском городе. Мы встретились случайно, в автобусе: ему не хватило нескольких крон на оплату билета, я ему помогла, и мы разговорились. Оказалось, что у нас много общего. Мы не только оба мигранты, но еще и оба выросли в деревнях. Обожаем природу, ценим свои семьи и мечтаем о размеренной жизни.
Мы спокойно довольствовались одной моей зарплатойНа второй год пребывания в Чехии я стала понимать, насколько важно, чтобы люди имели общий курс и ценности. Я общалась с чехами и понимала, что никогда не смогу полюбить человека и тем более построить с ним семью, если не до конца его понимаю, если между нами существует языковой и культурный барьер.
«Не своя»
Обучившись на эрготерапевта в 2019 году, я решила получить второе высшее образование — и пошла на физиотерапевта. Вскоре мне поступило предложение по работе из частной клиники в Ческа-Каменице (город в северной части Чехии. — Прим. «Холода»). В ковидные времена в клинике была нехватка персонала, и в довесок к зарплате мне предложили бесплатное жилье — квартиру с видом на горы, просторной гостиной, спальней, ванной и кладовкой. Недолго думая, мы с парнем переехали. Несколько месяцев я была на испытательном сроке, ставила людей на ноги и реабилитировала после операций различной тяжести. Я все успешно прошла, и мне повысили зарплату.
Парень тогда работал удаленно и не по специальности: мониторил ход спортивных матчей для компании, которая занималась ставками. Нас не смущало, что мы живем вдали от столицы. Мы оба любим чистый воздух и природу, и тот горный городок попал нам в самое сердце.
И тот горный городок попал нам в самое сердцеКогда же нам хотелось пожить городской жизнью — нам не составляло труда доехать до Праги на общественном транспорте. Первое время я ездила на учебу в Усти-над-Лабем на поезде, но когда написала дипломную работу и почти сдала все экзамены, оставила учебу. К тому же в 2023-м я родила сына, и времени не хватало совсем.
Жизнь в Чехии нам нравилась, и я не думала, что когда-либо оттуда уеду. Как и многие люди из СНГ, я считала, что у нас в странах все плохо — плохая медицина, тоталитаризм, а в Европе хорошо — цивилизация, люди свободные, нет коррупции, свобода слова. Поначалу все так и ощущалось.
Правда, начиная с 2020 года у мужа не всегда была работа. Но мы спокойно довольствовались одной моей зарплатой, так как нам не надо было платить за жилье и на нас была только коммуналка — максимум пять тысяч крон (17 тысяч рублей по текущему курсу. — Прим. «Холода»). Два раза в год мы могли позволить себе съездить в отпуск в горы в Чехии, ездили в Германию или Австрию. Путешествовать в другие европейские страны из Чехии было удобно и недорого. Когда мы жили с мужем вдвоем, мы повсюду добирались на общественном транспорте, но после появления ребенка поняли, что это не очень удобно, и приобрели автомобиль.
Но после войны многое изменилось. Никто не выражал неприязнь напрямую, но я все равно чувствовала, что на работе ко мне стали относиться иначе, хотя я даже не гражданка России. На общих встречах наш главврач — гражданин Чехии с украинскими корнями — делал обобщения про всех русскоговорящих людей, которые казались мне несправедливыми. Давила и общая обстановка.
Из новостей я узнавала, что за высказывания в поддержку действий России против Украины в Чехии существует уголовное наказание и что граждане России и Беларуси не могут получить долгосрочные визы для обучения. Еще до войны я понимала, что я здесь чужая и никогда не стану полноценно своей, но после 2022 года мне перестало быть комфортно жить с этим чувством.
Смущало и то, что с началом войны в Чехии существенно поднялись цены на продукты и базовые услуги. Также я стала ощущать все яснее, что все мы не вечны. С рождением детей (в 2025 году родилась наша дочь) я поняла, что семья — самое важное для меня. Мне хотелось быть ближе к своим родителям, а также чтобы у детей было счастливое детство: чтобы они проводили время с бабушкой и дедушкой, в любой момент могли выйти в сад и побыть на свежем воздухе. Так мы с мужем стали думать о переезде.
Куда ни глянешь — везде горы
Вот уже четыре месяца мы живем в моем родном селе в Кыргызстане. У моего отца здесь большое земледельческое предприятие — больше десятка гектаров земли, на которых он выращивает картофель на продажу. На участке также есть огромная теплица, в которой папа выращивает огурцы и даже тропические фрукты — это его хобби.
В подростковые годы мне было важно постоянно чего-то достигатьЯ разделяю его увлечение и рассказываю о нашем урожае у себя в соцсетях. Людям нравится контент про нашу теплицу, потому что многие под теплицей подразумевают маленький домик, в котором выращивают огурцы, перцы и помидоры, а у нас это целое техническое помещение, в котором растут экзотические фрукты.
Я заметила, что после переезда стала намного меньше тревожиться. В Кыргызстане у нас почти всегда солнечно, и наше село расположено в месте с потрясающими видами: куда ни глянешь — везде горы. Когда мы с мужем жили с детьми в квартире, нам постоянно приходилось думать, чем их занять. В замкнутом пространстве детям было скучно, их нужно развлекать: играть в игры или идти всем вместе на прогулку.
Тут же у детей свобода: сын играет сам на природе, дочку я кладу в коляску и беру с собой в огород или на кухню. Все дела по дому и хозяйству делаю с ней. На выходных мы все вместе на папином внедорожнике выбираемся в красивейшие природные места. Меня очень радует, что, когда мне нужна помощь с детьми, я могу рассчитывать не только на мужа, но и на родственников. Возможность вот так распределить нагрузку очень расслабляет.
Сейчас, когда дети маленькие, в деревенской жизни для них множество плюсов. Но потом они подрастут, и им понадобится хорошее образование. А с ним у нас в стране, к сожалению, дела обстоят не лучшим образом. Во времена моего детства у нас были классные учителя советской закалки, но сейчас у нас не хватает учителей, потому что все стремятся уехать. Поэтому мы с мужем решили, что будем искать для детей частную школу или заниматься их обучением сами.
Я понимаю, что сельская жизнь подходит не всем. Сама я в шутку жалуюсь, что мне некуда выгулять свои красивые платья, но на самом деле я очень скучала по такому размеренному образу жизни. Я нахожусь в декрете и полноценно хозяйством не занимаюсь: только в свое удовольствие помогаю папе в саду и огороде, слежу за нашим тропическим уголком. Но то малое, что я делаю, очень меня радует. Я с детства привыкла возиться в земле, собирала ягоды и яблоки и до сих пор это очень люблю. Меня радует, что на столе у нас свежие овощи, своя клубника, малина и кумкват. Их вкус несравним со вкусом тех продуктов, которые мы покупали в Чехии в супермаркете.
Нужно жить там, где ты чувствуешь себя как домаМы живем с моим папой. Они с мамой в разводе, и мама живет отдельно, в городе, куда мы тоже ездим. Папин дом большой, и мы не стеснены, поэтому никаких конфликтов из-за быта у нас не случается. С папой у нас хорошие отношения, и я уверена, что если какая-то проблемная ситуация и возникнет, мы всегда об этом сможем поговорить. Мы с папой оба люди прямолинейные и не замалчиваем проблемы, и при этом умеем договариваться. Папа занимается хозяйством, муж преподает биологию и химию онлайн. Вместе они строят лабораторию, в которой собираются оздоравливать картофель и другие растения — добиваться того, чтобы они росли без вирусов, бактерий или грибков.
Просто жить
Я все еще нахожусь в декрете на своей чешской работе, и у меня есть рабочий вид на жительство в стране. Когда я выйду из декрета, собираюсь уволиться. Дальнейшие планы еще не ясны — я знаю, что буду с любимой семьей, работать с землей и ходить в горы, но не знаю, чем хочу заниматься профессионально.
В подростковые годы мне было важно постоянно чего-то достигать. Инстаграм со своими картинками навязал мне мысль, что либо ты постоянно что-то делаешь и к чему-то стремишься, либо ты лох последний. Сейчас же я успокоилась. Я стала задавать себе вопрос: «Кому нужны эти мои достижения?» — и честно отвечать на него, что мне они не нужны. Конечно, мне важно быть базово обеспеченной: чтобы мне хватало на еду и одежду, но за исключением этого я хочу просто жить: никуда не спешить, чувствовать себя спокойно и защищено.
Я не хотела бы выходить на работу и предпочла бы наладить онлайн-заработок. Может быть, сделать это мне поможет мой блог. В нем я делюсь моментами из своей жизни. Снимаю то, что мне кажется красивым: наш участок, горы, пионы и теплицу. Я снимаю «мягкий» контент, чтобы люди могли его посмотреть и расслабиться, замедлиться.
Я не хотела бы транслировать мысль, что всем срочно надо переехать в деревню. У себя в блоге мне хотелось обойтись без насаждения идей и каких-либо нравоучений. Но я буду рада, если кто-то посмотрит мои ролики и подумает, что деревня — это классное место, где можно организовать свое пространство так, как хочется тебе — и в огороде поработать, и на газоне потом с чашкой кофе красиво отдохнуть. У нас в постсоветском пространстве принято относиться к деревне как к чему-то неприглядному. Если ты живешь в деревне — это значит, что ты грязный и необразованный. Мне на своем примере хочется показать, что это не так.
Многие наши с мужем знакомые до сих пор недоумевают, как это так — мы учились и жили в Европе, у нас там была хорошая работа, квартира, дети там родились — зачем же мы вернулись? Я вижу, что мое поколение стремится перебраться из села в город, потом в Россию или Казахстан, если повезет — в Европу. И для них наше решение — дикость. Но я считаю, что нужно жить там, где ты чувствуешь себя как дома. Я себя так чувствую только в одном месте на земле и поэтому вернулась сюда.
Автор: Инга Ольшанская
Фото: предоставлено Елизаветой