«Ребенок три месяца учился на БПЛА, а мы его в штурм, в мясорубку самую»

Российские студенты идут на войну операторами дронов — и почти сразу же погибают. «Русская служба Би-би-си» рассказала три таких истории

В начале 2023 года подросткам в России разрешили заключать военные контракты сразу после 18-летия и без каких-либо ограничений. Тогда же учебные заведения начали массово посещать «ветераны СВО», которые агитировали школьников и студентов идти на фронт. А в конце 2025 года в техникумах и вузах развернулась массовая вербовка в беспилотные войска: учащимся обещали, что они хорошо заработают, будут служить лишь год и вдали от фронта (на самом деле это неправда). «Русская служба Би-би-си» рассказала истории троих студентов, которые отправились служить в беспилотные войска и погибли уже через несколько месяцев.

Владислав Горбунов, Брянская область, 18 лет

Владислав всю жизнь прожил в городке Унеча в Брянской области. По словам близких, тема войны занимала его много лет. Еще в несовершеннолетнем возрасте он вел телеграм-канал «Милитаристы на месте», в котором выкладывал ролики с основателем ЧВК Вагнера Евгением Пригожиным и писал в публичных чатах о желании уйти на войну. Одно из сообщений было таким: «Все *** [фигня] жду армии и контракта что бы здохнуть» (орфография и пунктуация сохранены).

Горбунов учился в унечском техникуме отраслевых технологий и транспорта по специальности «Строительство железных дорог». В августе 2025 года он отпраздновал 18-летие, а в декабре подписал контракт с Минобороны. Что конкретно его к этому подтолкнуло, неизвестно. По словам одногруппницы, у него были проблемы с учебой. Брат Данат рассказал, что родственники пытались отговорить его от вербовки на фронт, но безуспешно.

Владислав подписал контракт как оператор БПЛА, но сперва его отправили в штурмовую роту. «Там как-то так вышло, что штурмовики нужнее. Этот вопрос [почему так случилось] стоит задать в часть, где он его [контракт] подписывал», — заявил брат Владислава.

Друг Горбунова Сергей рассказал, что тот «чудом выжил» в штурмовой роте. Только потом его перевели в дивизию операторов БПЛА. Горбунов погиб 6 апреля «при выполнении боевой задачи». Данат отказался раскрыть обстоятельства гибели брата, но упомянул, что в свидетельстве о смерти в качестве причины была указана «потеря крови». С того момента, как Горбунов подписал контракт, до его гибели прошло чуть больше четырех месяцев.

Валерий Аверин, Бурятия, 23 года

Валерий был воспитанником детского дома в бурятском селе Тимлюй. В 11 лет его взяла на воспитание семья Оксаны и Сергея Афанасьевых. Первую встречу с приемным сыном Оксана описала так: «Колючий был, как все дети из детдома. Сказал: „Чего все ходят, смотрят, а никто меня не берет“. Когда уезжали, он к стеклянным дверям прилип, смотрел. В дороге долго молчали».

Аверин учился на последнем курсе в Бурятском республиканском техникуме строительных и промышленных технологий. Он подписал контракт в начале января 2026 года и рассказал об этом семье уже постфактум. «Служить очень хотел, но в армию его не взяли, психически неуравновешенный, что ли, сказали. Он меня обманул, сказал, что на Wildberries поехал зарабатывать. Когда я узнала, что он подписал контракт, я чуть с ума не сошла. Я говорю: „Ты чего наделал? Ты куда пошел?“ Он сказал: „Ничего со мной не случится, все будет нормально, не переживай“», — рассказывала приемная мать.

В конце марта Валерий позвонил ей и рассказал, что окончил «учебку» и уезжает на фронт. А уже 8 апреля она узнала о его гибели. «Ребенок три месяца учился на БПЛА, а мы его в штурм, в мясорубку самую, того, кто в армии не служил», — сетовала Афанасьева. Впрочем, конкретных обстоятельств смерти сына она не знает. Ей сообщили только, что он погиб при минометном обстреле.

Историю Аверина «Би-би-си» впервые рассказала в мае 2026 года. На тот момент это был первый известный случай гибели на фронте студента, который пошел в операторы БПЛА на фоне массовой вербовки в учебных заведениях. Однако потом «Би-би-си» нашла студента, который, как выяснилось, погиб на фронте еще раньше.

Рахим Абдуллин, Башкортостан, 18 лет

Рахим еще в девятом классе говорил о том, что готов пойти воевать. «Как раз когда все это [война] началось, примерно тогда же он начал говорить, что у него есть желание пойти туда [на фронт], чтобы защитить, чтобы Россия была в безопасности. Он говорил: если бы разрешали, я бы в 16 лет, грубо говоря, пошел бы», — рассказала его мать Елена. Она говорит, что ругала сына за такие мысли, но не относилась к ним достаточно серьезно — и сейчас об этом жалеет.

Абдуллин учился в Кумертауском горном колледже на сварщика. С учебой у него не складывалось. В декабре 2025 года ему исполнилось 18 лет, а уже в начале января он подписал контракт с Минобороны. Матери он сказал об этом за два дня до отправки в воинскую часть. Позднее Рахим говорил, что ему предлагали сперва пройти срочную службу, но он отказался. Он был настроен идти «именно на СВО», считает Елена.

Рахим решил стать оператором БПЛА — в том числе потому, что считал это более безопасным. Быстро стало понятно, что он ошибался. «[Оказалось], они видят и штурмовиков. И на передовой линии находятся», — рассказала Елена. По ее словам, еще одним сюрпризом для сына стало то, что ему выдали неисправный автомат и старое обмундирование, поэтому им с сослуживцами приходилось скидываться «на нужды военной операции» из собственных денег.

Друг Абдуллина анонимно рассказал «Би-би-си», что, в отличие от матери, никогда не слышал от того рассуждений о патриотизме. По его словам, в середине января Рахим написал ему следующее: «Знаешь, где можно поднять бабки? СВО. Государство тебе еще и спасибо скажет». От возражений о том, что контрактников отправляют на верную смерть, он отмахнулся: «Не закинут тебя в штурма. Я вот оператор БПЛА. И *** [отлично]».

Абдуллин погиб 13 марта — через два месяца после отъезда из дома.