Original Material
«Дураки за деньги закончились»: как российские власти пытаются решить проблему нехватки контрактников
Обсуждают разные сценарии — вплоть до ротации резервистов и мобилизации
России все сложнее набирать новых контрактников и удерживать захваченные территории. В Москве поток новобранцев весной обвалился на треть, такая же тенденция в регионах. Взволнованные, власти продолжают наращивать реферальные выплаты за контрактников, а в кулуарах ходят слухи о ротации резервистов и новой мобилизации.
Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал
Материал подготовлен при участии «Важных историй»
Поток контрактников обвалился
Россиян, которые подписывают контракты с Минобороны и отправляются на «СВО», все меньше. Об этом свидетельствуют данные, оказавшиеся в распоряжении «Вёрстки». Весной 2026 года поток новых рекрутов обвалился на треть по сравнению с тем же периодом 2025 года.
В апреле Москва отправила на фронт 1708 контрактников, в мае — 1378. Это на тысячу человек меньше, чем в прошлом году, и сопоставимо с показателями 2024 года — когда в столице еще не ввели миллионные выплаты за контракт с Минобороны. В июне 2026 года, по информации источника «Вёрстки» в московской мэрии, тенденция на снижение сохраняется.
«Все стабильно хуёво у нас, людей идёт мало, мотивированных ещё меньше. Но мы не унываем, потому что у нас ещё не самые плохие дела по меркам всей страны, насколько я понимаю. Так что работаем», — говорит источник «Вёрстки» в мэрии.
Примечательно, что в самом начале 2026 года поток рекрутов, наоборот, рос — на фоне мирных переговоров с участием США и ожиданий перемирия. О мотивации «запрыгнуть в последний вагон» — получить несколько миллионов рублей перед заморозкой боевых действий — говорили многие соискатели. Впрочем, уже к концу февраля стало ясно, что скорого окончания боевых действий ждать не стоит.
«Многие ведь действительно верили, что война закончится со дня на день, и это шанс запрыгнуть в последний вагон и срубить бабла. Но что-то пошло не так», — объясняет собеседник «Вёрстки» в московской мэрии.
Ещё хуже ситуация в столице с потоком контрактников в «Рубикон» — отряд БПЛА, где контракты заключаются на год без дальнейшего продления. Когда набор только объявили, пошёл очень большой поток, но из-за высоких требований отсеивали почти всех. Точных цифр собеседники «Вёрстки» предоставить не смогли. Но по их словам, сейчас заключивших контракты с «Рубиконом» — примерно треть от всего потока.
«По поводу БПЛА. Понятно, что там очень строгие требования. Таких людей и у нас мало. Таких людей в принципе мало осталось! Очень большое количество проблемных кандидатов», — говорит собеседник «Вёрстки», курирующий вопросы набора на контракт в Москве.
Качество новобранцев тоже ухудшается, признают собеседники «Вёрстки». Это началось ещё в прошлом году. Как говорит один из источников, работающий с кандидатами, «раньше он был патриотом, но теперь посмотрел на русский народ и сейчас максимально не патриотично настроен».
По словам источников, ситуация в Москве отражает картину по всей стране. Так, высокопоставленный собеседник «Вёрстки», который служит в одной из воинских частей в Сибири, рассказал, что поток желающих заключить контракт продолжает сокращаться.
«Падение началось еще года два назад, но сейчас цифры дошли до минимума. При этом план по набору никто не отменял — отправлять новобранцев нужно каждый месяц».
Это подтверждает источник в военном комиссариате того же региона. По его словам, раньше к ним, наоборот, ездили вербовщики, потому что желающих воевать в большом, отдалённом от Москвы и достаточно бедном регионе было много. «Прирастить поток получается сейчас в основном за счет ментов», — сказал он, имея в виду практику, когда задержанным и подозреваемым предлагают заключить контракт в обмен на снятие обвинений и несоставление протокола.Об этом же говорит и источник, работающий с набором в Липецкой области.
Конкретных цифр по другим регионам достать не удалось. Но есть другие данные, которые могут косвенно свидетельствовать о спаде потока новобранцев. Например, расходы федерального бюджета.
По всей России набор на контракт в четвёртом квартале 2025 года сократился в полтора раза по сравнению с таким же периодом прошлого года, показали расчёты «Важных историй» на основе данных о расходах федерального бюджета.
Темпы вербовки продолжили снижаться и в начале 2026 года. По оценке научного сотрудника Германского института проблем международной безопасности фонда «Наука и политика» Яниса Клюге, в первом квартале этого года контракт подписывали 800‑1000 человек ежедневно, что на 20% ниже, чем за такой же период прошлого года.
Проблемы на фронте
Новые контрактники, пришедшие в 2026 году, по словам опрошенных «Вёрсткой» военных, преимущественно «воевать не способны». «Я вижу по контингенту — это те, кого в основном забирают, а не они сами идут, — говорит „Вёрстке“ один из мобилизованных. — Кого-то с тюрьмы забирают, кого-то с улицы. Бомжи в прямом смысле слова. Уголовники, причем уже в таком возрасте и с такими болячками, что еле стоят на ногах. Морды такие, которые ошиваются у рюмочных, на улицах валялись до недавнего времени. Это обуза для всех. Да чему их обучить можно? Они ходить-то в обмундировании не могут, тяжело им нести на себе 20 килограмм. Это одноразовые».
«Или вот негров недавно привезли человек десять, но они быстро закончились на позициях, — продолжает собеседник „Вёрстки“. — Новые контрактники дольше месяца не живут, если попадают не по блату».
Среди выживших новичков половина сразу бежит с фронта, утверждает тот же источник «Вёрстки». В подтверждение он высылает 19 анкет СОЧей: «Это только те, о которых до нас довели за неделю. А у нас один крохотный поселок возле ЛБС. В неделю по всему лбс я думаю очень много, сотни».
«Народ будто кончился», продолжает мобилизованный: «Это очень заметно по нашему полку, подразделения укомплектованы на 30, в лучшем случае на 40%. Отдельные роты (снайпера, комендантские, ПВОшники, охрана,бронегруппа) расформировывают, оставляют по 15–30 человек вместо 60–80. Высвободившихся гонят в пехоту через трёхдневный полигон (обучение) — и после этого „обучения“ сразу на штурма и „закрепы“i. Их отправляют по двое, двойками. Парень с моего взвода там сразу ногу потерял, прям на следующий день после перевода».
Некоторые подписавшие контракт в 2026 году, рассказывает другой военный, успели получить ранения, попасть в плен, вернуться в Россию во время обмена пленными с Украиной — и теперь в одном из госпиталей под Калининградом ждут отправки обратно на фронт. «Трех месяцев на всё хватило», — добавляет собеседник «Вёрстки».
«У меня друг забухал и вчера по пьяни попёрся в военкомат… Очень надеюсь, что сёдня протрезвел и ему получится соскочить с контракта, — отвечает „Вёрстке“ один из служащих в тылу мобилизованных на вопрос, кто в 2026 году подписывал контракт с Минобороны и как сложилась их судьба. — Другого друга уже потерял. Он с женой поругался и попёрся туда по пьяни, протрезвел, пытался соскочить и не получилось, через пару месяцев — 200. Трое детей осталось🙁».
Всё это, конечно, отражается на ходе боевых действий. Вот что, например, говорит один из контрактников, который сейчас находится на харьковском направлении:
«Мы бьемся за 300 квадратных метров где-то с января, все как всегда пинг-понг арты, очень много 300 и 200. Это как раз буферная зона, впереди Харьков. Мы эту территорию еле держим. Всего не хватает: людей, снарядов, птичек. Жрем корм для скота. Тяжело все», — рассказывает Антон.
«У нас попали в плен четыре человека в Херсоне. Они сдались не человеку, а дронам. — говорит другой контрактник, уехавший в мае в отпуск. — Дронов столько, что невозможно подойти и невозможно подъехать, поэтому приходится врать в три короба».
«Реально боеспособных мужиков», по словам собеседника «Вёрстки», 15–20 человек в штурмовой роте, а в отчётах подают информацию о 80–90. Подтвердить эту информацию в другом источнике «Вёрстке» не удалось. «И под этим соусом им нарезают задачи вообще нереальные, поэтому люди тупо уходят в один конец без вариантов. Скрывают всё… Потери, раненых, отданные территории, уничтоженную технику, проблемы с логистикой… Да вообще всё. Тотальное враньё! Нас тупо утилизируют на этой странной военной операции».
По данным военных аналитиков, в первой половине 2026 года темпы российского продвижения на фронте существенно снизились. В начале года российские войска ещё занимали новые территории, пусть и на локальном уровне, но уже к весне линия фронта на многих направлениях фактически стабилизировалась. ISW сообщал, что в марте российские силы заняли лишь около 23 км² — минимальный показатель с осени 2023 года, тогда как на отдельных участках украинским подразделениям удалось даже вернуть ранее утраченные позиции.
Проект DeepState сообщал, что май стал месяцем с минимальными российскими территориальными приобретениями за несколько лет. На этом фоне всё больше аналитиков характеризуют ситуацию на фронте как фазу позиционной войны, где ни одна из сторон не способна добиться крупных оперативных прорывов.
Среди мобилизованных и опытных штурмовиков-контрактников, судя по их разговорам с «Вёрсткой», царит уныние и раздражение, каких не было в начале 2026 года.
«Все ребята очень напряжены и раздражительны. Много пошло письменных отказов от участия в боевых заданиях, за это не судят, а отправляют в другие части, как раз где спецконтингент служит», — рассказывает мобилизованный. Ранее за отказ выполнять боевое задание военным, как правило, либо грозили «обнулением», или «обнуляли»; практика письменных отказов, судя по словам источников — новая, таких документов в распоряжении «Вёрстки» нет.
«Вообще абсолютное большинство, если прям очень мягко выражаться, разочаровались в нашем правительстве и конкретных людях, — продолжает военный. — Я думаю, вы понимаете, о ком я говорю. Это уже ненависть, но ещё не ярость, но к этому все и идёт. Честно, страшно за страну, представляются очень печальные времена по аналогии с распадом СССР».
Как ищут ресурсы
Проблемы на фронте и трудности с набором новых контрактников заставляют власти отчаянно искать новые решения. В основном это приходится делать региональным администрациям.
Старший офицер, который служит в одной из воинских частей в Сибири, рассказывает «Вёрстке», что под контрактников «уже буквально выгребли все деревни вокруг» и теперь Минобороны отправляет военных вербовать людей в другие регионы.
«В городе желающих почти не осталось. Поэтому сейчас наши девчонки — агитбригада — поехали в Дагестан. И это при том, что новым контрактникам платят больше». Как утверждает источник «Вёрстки», «агитбригада» давала в кавказской республике концерты и призывала всех местных подписывать контракты.
Кроме того, перед военными ставят kpi по количеству командировок «за ленточку» для тех, кто постоянно служит в регионе. «Так как помочь особо нечем, то у нас уже оркестр в Луганду сейчас поедет. Чтобы по командировкам чисто отчитаться, хотя на хрен он там нужен, там другие потребности», — рассуждает собеседник «Вёрстки».
Некоторые регионы и госструктуры рекордно поднимают реферальные выплаты для вербовщиков на контракт. В 2026 году среднемесячные расходы в регионах на выплаты рекрутерам выросли более чем в два раза по сравнению с предыдущим годом — с 358 до 802 млн рублей в месяц, подсчитали «Важные истории» на основе отчетов об исполнении региональных бюджетов. Такие бонусы могут получать как обычные люди, так и сотрудники военкоматов, местных администраций и даже силовики, участвующие в вербовке. Всего регионы уже выплатили вербовщикам не менее 7,7 млрд рублей.
Добровольцев пытаются мотивировать с помощью «акций», предлагая повышенные выплаты в случае заключения контракта до определенной даты. Когда в Тюменской области повысили сумму выплаты для военных без опыта до 3 млн рублей, количество обращений немедленно увеличилось в два раза, хвастался военный комиссар региона Сергей Чирков.
Параллельно россиян буквально заманивают на войну под видом вакансий в тылу. Кандидатам предлагают службу водителями, охранниками и строителями. Но на самом деле никаких гарантий такого распределения у мужчин нет — с ними заключают контракты на общих основаниях, а распределением занимаются командиры частей и пунктов подготовки.
Недавно появилась реклама вакансий «в тылу СВО» даже в Китае и Беларуси. Такие объявления появились на «Авито», обнаружила «Вёрстка». В вакансиях часто ищут людей любого гражданства, в том числе «старше 45 лет», пенсионеров и людей «с нарушениями здоровья» (категориями годности от «А» до «Г», то есть вплоть до «временно негодных») без опыта и военного билета, но с погашенной судимостью или условным сроком.
«Никаких командировок в „гoрячие тoчки“ и линии боевoгo сoпpикocнoвeния. Пoчему Бeлaрусь: стабильная обстановка, развитая инфраструктура, близость к дому для многих граждан. Служба проходит на территории союзного государства со всеми гарантиями и выплатами от Минобороны РФ», — отмечают вербовщики.
В объявлениях предлагают 10 млн рублей «подъемных» неясного происхождения, списание долгов до 10 млн рублей и льготы семье. А ещё — полную оплату проезда к месту службы, обеспечение проживанием в общежитиях или казармах, а также питанием и экипировкой.
Точно такие же условия — в объявлении с поиском «сотрудника на производство боеприпасов» в Китае. Место работы называют «спокойной тыловой зоной» с развитой инфраструктурой и под охраной.
Еще одна попытка вербовщиков добыть больше контрактников для Минобороны — рекламировать вакансию «миротворца».
Такой должности в войсках не существует, но на том же «Авито» в 2026 году появились объявления о наборе «миротворцев» в зону проведения боевых действий в Украине.
Работодатели с аккаунтами «Мы там где нужны», «Контракт с МО», «Правительство» и другие предлагают работу «в тылу», «на СВО», а также в оккупированных регионах Украины — Донецкой, Луганской и Херсонской областях. В описании некоторых вакансий прямо указано, что речь идет о заключении контракта с Минобороны. В других работу описывают так — «помощь мирному населению», «поддержание общественного порядка», «патрулирование в безопасных зонах», «без участия в боевых действиях».
Корреспондент «Вёрстки» под видом соискателя связался с одним из вербовщиков. Мужчина, представившийся Денисом, не сразу смог пояснить, чем именно будет заниматься «миротворец». Сначала он рассказал, что может предложить «абсолютно все, что задействовано на СВО», несколько тысяч должностей — «от писаря до какаря». Но затем всё-таки объяснил детали.
«Это человек, который с миром пришел, помогать людям, не лезть туда на передок, заниматься разной работой, откопать, разгрузить, блиндаж выстроить, кладовщиком работать, что-то связанное с миром, не обязательно там убивать, окопы, автоматы», — сказал вербовщик.
Как ранее писала «Вёрстка», подписавших такие контракты зачастую уже в первые месяцы и недели службы переводят в штурмовые бригады.
Будет ли мобилизация?
Среди вариантов решения проблемы с нехваткой контрактников власти обсуждают в том числе и более радикальные меры, вплоть до новой волны мобилизации. О слухах и возможной подготовке к этому «Вёрстке» и «Важным историям» рассказали восемь источников, работающих с администрацией президента, а также собеседники в военкоматах и источник, близкий к ФСБ.
Собеседники слышали о возможной мобилизации осенью 2026 года, в октябре после выборов, но подчеркнули, что «решение по этому вопросу не принято».
«Причина, на мой взгляд, в том, что всё идёт не совсем так, как планировалось. И причастные к процессу люди начали креативить», — объясняет источник, близкий к Кремлю, внутриполитическому блоку администрации президента. «Непонятно, что мобилизация кардинально изменит, кроме мобилизации протеста и краха экономики», — добавляет он.
Другой его коллега подтверждает, что слышал о разных «типах дорожных карт по насыщению армии», где мобилизация — один из сценариев. «Но это все на уровне слухов. Об этом много говорят, якобы в октябре что-то уже может начаться», — добавляет он.
Еще один собеседник, работающий на Кремль, тоже слышал, что подобное решение обсуждается, но «есть ощущение безволия». «Весной именно политической подготовки не было, но причин для этого решения предостаточно: провал наступления, утрата инициативы, бессилие ПВО», — говорит он.
Собеседник в «Единой России» сомневается, что на мобилизацию всё же решатся: «Ситуация на фронте тяжелая, но риски с мобилизацией очевидные. Я в это решение не верю».
Еще двое источников в руководстве двух крупных российских регионов сказали «Вёрстке», что считают возможную мобилизацию слухами. «У нас в регионе все в порядке с набором. Думаю, это предвыборные слухи западных оппонентов — хотят напугать народ перед думскими выборами», — предположил собеседник в руководстве российского региона.
Собеседник «Вёрстки», близкий к одной из европейских служб разведки, считает мобилизацию в России одной из «гипотетических жестких мер».
«Путин не хочет заканчивать войну и готов воевать еще два-три года. Есть опасения нестабильности — в случае завершения боевых действий сейчас, как есть, без серьезных успехов. Прорабатываются жесткие меры, мобилизация и военная экономика. Военные ему якобы гарантируют полный контроль над четырьмя украинскими регионами при наличии людских ресурсов».
Детали возможной мобилизации приводит собеседник, который курирует вопросы набора на контракт в одной из российских госкорпораций. По его словам, подготовительные мероприятия «к тому, что никогда не назовут мобилизацией» идут «уже несколько месяцев», а «ошибки [мобилизации] 2022 года стараются учитывать».
Собеседник утверждает, что «начиная с октября» военные будут готовы принять на ускоренное обучение десятки тысяч человек на полигонах, и такими партиями «распределять по действующим войскам». Точного количества новых бойцов, необходимых на фронте, с точки зрения военных и Кремля, он не назвал, но сообщил, что «из-за ленточки постоянно жалуются на острый дефицит людей». «С закрытием потребностей придется спешить», — уточнил он. На вопрос, окончательно ли решение о новом наборе в войска, ответить собеседник «Вёрстки» не смог: «Наша задача — готовиться». Других подтверждений его слов «Вёрстке» получить не удалось.
Собеседник, работающий с медиаповесткой в администрации президента, говорит о более спокойном варианте пополнения войск — ротации резервистовi.
«Обсуждается ротация резервистов, которые сейчас участвуют в тыловом обеспечении, это люди без особой подготовки. Часть из них могут перевести в действующие части, а часть резерва пополнят свежими поступлениями», — пояснил источник. Таким образом, часть мобилизованных могут вернуть в тыл, заменив их на резервистов — или вовсе демобилизовать. Как именно при этом будут пополнять резерв, источник не уточнил.
Другой источник, работающий в региональной администрации ЦФО, сообщил, что «аврального набора не будет». «У нас не та ситуация на фронте, чтобы, как в 2022 году, хоть бы кем с винтовкой дыру закрывать. Такие там и нескольких минут сейчас не выживут. Нужно обучение и хоть какие-то базовые способности и знания у обучаемых. Заманить таких пряником не получается, соответственно — сам понимаешь», — вздыхает он.
С этим не согласен один из поговоривших с «Вёрсткой» мобилизованных. Он уверен, что вторая волна мобилизации будет. «Вообще по логике мобилизация должна быть, и я уверен, что будет после сентябрьских бутафорских выборов. Но есть и другой вариант, менее реалистичный, что придут все-таки к какому-то соглашению.
«Да у нас тут людей нет, дураки за деньги закончились, — говорит военный. — Так что либо мобилизация, либо договорняк с потерей „лица“, и невыполненные условия и цели СВО. Я думаю, выбор тут очевиден, да?»
Инфографика: Эль
Обложка: Дмитрий Осинников
Поддержать «Вёрстку» можно из любой страны мира — это всё ещё безопасно и очень важно. Нам очень нужна ваша поддержка сейчас
Как нам помочь