Дети империи

We are working on improving the text recognition quality of this document.
You can also read it in PDF format by switching to the issue page.

Вера в свое происхождение из древнего Ашшура стала частью этнического самосознания современных ассирийцев

В маленьком сапожном киоске у Никитских ворот, давно ставшем для прохожих привычной деталью городского пейзажа, работают двоюродные сестры - Нина Барутовна и Катя. До этого здесь сидела другая их родственница - место передается по наследству с середины 20-х годов. «Это место Кати, я только помогаю, говорит Нина Барутовна. Тут подставка ногу ставить. Вот так всегда и чистили обувь, всю жизнь. Сейчас тоже чистят, но, конечно, уже мало. Как появились губки для блеска, так сразу отбило у нас клиентов. А кремом мы торговали давно. Раньше не было таких палаток. Просто стояли шкаф, подставка, ящик, рядом на стуле в любую погоду - чистильщик. Мой папа тоже чистил: до сих пор помню, какие у него были зимой сосульки на усах. Знаете, некоторые подходят к нам, интересуются, какой мы национальности. А когда отвечаем, что мы ассирийцы, удивляются: «Неужели те самые, из учебника истории?»

Сны об Ассирии

Как и большинство московских ассирийцев, Нина Барутовна родилась в России. «Но родители наши еще детьми жили в горах Турции, Ирана, - говорит она. Там наша родина. Ассирийцы — это порусски, а по-нашему мы сураи».

Все, что сегодняшние ассирийцы знают о родине, известно им из рассказов старших. Воспоминания о никогда не виденном окрашены в яркие краски: в родных краях были большие семьи, мудрые старики, огромные стада баранов, вкусные блюда из овечьего сыра, узорчатые одеяла из домашней шерсти. Когда-то ассирийцы разделялись на племена, носившие назва ния местностей. Об этом разделении не забыли и сейчас. Те, чьи предки жили в горах Джилю, называют себя джилваи. Выходцы из местности Гяверен известны как гяварнаи. «Мы, конаи, жили в Коне, высоко в горах, - рассказывает Нина Барутовна. - Выше всех. У нас были богатые пастбища, такие богатые, что соседи даже пригоняли к нам пасти свой скот».

Были ли горные пастухи потомками жителей древней Ассирии, прекратившей свое существование две с половиной тысячи лет тому назад? Вера в это, несомненно, стала частью этнического самосознания современных ассирийцев. «Однажды человек из рода Навуходоносора вместе с братьями ушел из города Ашшур и дал обет поселиться там, где ему предложат в качестве угощения овечьи голову и ножки, повествует легенда. После долгих скитаний бедный пастух в горах Джилю накормил их желаемым, тогда они поселились в этом месте». «Что-то похожее вполне могло случиться, - соглашается историк Константин Матвеев. После падения Ассирии часть жителей империи могла покинуть города и уйти в горы. Помните, у пророка Наума? «Царь ассирийский, народ твой рассеялся по горам, и некому собрать его...» Впрочем, ко времени распада империи ассирийцами могли называть всех ее жителей, объяснявшихся между собой на арамейском языке. «Это были потомки арамейцев, но также аморреев, хананеев и финикийцев, прочих западно-семитских народностей, но также народов Месопотамии и кого, кого еще!» - пишет Сергей Аверинцев в книге «От берегов Босфора до берегов Евфрата». Пожалуй, только принятие христианства в первом веке нашей эры позволило ассирий - цам обособиться от других переднеазиатских народов.

Катастрофа

К началу XVI века большинство земель, заселенных ассирийцами, вошли в состав огромной Османской империи. По мусульманскому закону христианин не имел права быть работодателем мусульманина, не мог владеть землей. Чтобы сохранить ремесло и землю, нужно было перейти в ислам. Только горцы, до которых не так легко было добраться правительственным войскам, имели привилегии «ашират», то есть платили подати не центральной власти, а своему патриарху, избирали старосту и обходились без турецкой администрации.

А за горными перевалами простиралась великая христианская империя Россия. Симпатии к ней заставляли ассирийцев принимать сторону России в военных конфликтах с Турцией и Персией, их добровольческие отряды вступали в русскую армию. «Мой прадед участвовал в русско-турецкой войне 1877-1878 гоМОСКВЕ АССИРИЙЦЫ дов, говорит Константин Матвеев. СТАРАЛИСЬ СЕЛИТЬСЯ ПОБЛИЖЕ ДРУГ Он был во главе отряда ассирийцев. Вой- К ДРУГУ, В ЛЕОНТЬЕВСКОМ, ну выиграли, ему дали две деревни под HA CAMOTEKE.

Карсом. Деревни отбирали у турок и кур- НАНИМАЛИСЬ дов и давали христианам-ассирийцам. РАБОТАТЬ ГРУЗЧИКАМИ, ЧИНИЛИ Однако время показало, что на завоеванМОСТОВЫЕ, ных землях никто не может жить долго». ПРОКЛАДЫВАЛИ ТРАМВАЙНЫЕ ПУТИ, В 1914 году, когда стало ясно, что зреет НО ИХ ГЛАВНОЙ новая война между Россией и Турцией, СПЕЦИАЛИЗАЦИЕЙ ассирийцы, жившие в приграничных СТАЛА ЧИСТКА ОБУВИ. MECTO районах восточной Турции, просили рус- у никитских ских поставить им оружие. Россия мед ВОРОТ ПЕРЕШЛО К НИНЕ БАРУТОВНЕ лила, опасаясь раньше времени втягиПО НАСЛЕДСТВУ ваться в конфликт. Катастрофа разрази от РОДСТВЕННИЦЫ лась, когда всех, не успевших уйти вслед за русскими войсками или спрятаться в горах, вырезали местные турки и курды.

Исход

«Семья моего деда бежала вместе с русскими, вспоминает Хошаба Георгиевич Хошаба. - Мой отец тогда был ребенком. Он запомнил солдатские полевые кухни, постоянно встречавшиеся им по дороге, - там давали еду. В путь отправились 57 человек из нашего рода. До русской границы дошли 17, остальные погибли или потерялись по дороге. Позже мои родные узнали, что многие их односельчане, которые остались, были убиты».

С русскими смогла уйти небольшая часть ассирийцев (разные источники приводят разные цифры — от 5 до 15 тысяч человек). В России их принимали как героев. Те, кто не успел уйти сразу, всю зиму скрывались в горах. Лишь весной 1915 года они с огромными потерями добрались до Персии (нынешний Иран), где находились русские войска и временные лагеря для беженцев. «Все были уверены, что пробудут там совсем недолго, рассказывает Михаил Шебович Авдышо, предки которого побывали в иранских лагерях Красного Креста. — Ждали мира с Турцией, чтобы вернуться домой». Однако возвращение так и не состоялось. После двух лет в Персии ассирийцы в 1917 году попали в другие беженские бараки — уже в России.