Ezhenedelnyi Zhurnal/№ 19Original Material
Добрый обычай
We are working on improving the text recognition quality of this document.
You can also read it in PDF format by switching to the issue page.
You can also read it in PDF format by switching to the issue page.
Топография
Помню, при Андропове меня на пути из Басманного переулка на Курский вокзал остановил милицейский воронок. Слишком быстро я шел, слишком большая была сумка. А быстро я шел оттого, что спешил в Малаховку, где в ту зиму жила бы шаг. А сумка большая тоже напрасно была. Лежал в ней духовный самиздат да три иль четыре пластинки Элизабет Шварцкопф и разная дачная дрянь. (И что ж? Духовное все издается без счету, Шварцкопф на CD нет проблемы купить, и вообще... интеллигенция перестала пить.) Чем все кончилось? Отобрали у меня духовный самиздат, допытывались, кто мне его дал. На счастье был в ту пору черный рынок, и я сказал, что там взял. Спросили у кого, и описал я совратителя того: небольшого роста, черноволосый и в очках. Записали и поклялись найти. Затем сказали: ты, гражданин хороший, спекулянт. Ответил я, что знаю трех поклонников Шварцкопф, четвертая ж пластинка - для меня. Отвязались. Потом перелистали записную книжку, обратили внимание на два телефона, оба по случайному совпадению принадлежали эмигрировавшим, потом спросили, кто такая Вера Штробль, я честно ответил: моя тетя в Берлине. (И действительно, отцова сестра тетя Бэла оказалась в 1972 году в Западном Берлине, заехав перед этим в Израиль. Так и живет теперь на Нюрнбергерштрассе в центре города. Поставила тарелку и смотрит НТВ. Мы один раз у нее были, она сидит, вокруг разложены аргументы и факты, а сама она смотрит в телевизор и говорит: «Как врали раньше, так и теперь врут!» А дело было в том, что ее тарелка была плохо настроена - изображение она ловила по одному каналу, а звук брала из другого, вот и выходило, что рассказывали про теракт на Пушкинской площади, а показывали «Клуб кинопутешествий».) Тогда они сказали: так Вы сегодня здесь, а завтра там! На что я, осмелев, воскликнул: не надо провокаций! На этом они меня отпустили, пообещав зайти в мою мастерскую, которая во дворе милиции и где я наверняка печатаю самиздат.
Уже много лет спустя моя теперешняя жена рассказала мне, что у Басманной полицейской части (где сейчас милиция) богатая традиция - здесь проводили время Короленко, а потом и Маяковский. Тоже, по-видимому, сильно спешили.