Мирей Матье

Про Мирей Матье советские люди сочиняли анекдоты - есть ли более убедительное доказательство популярности? Она была не просто эстрадной звездой. Матье входила в комплект представлений жителя СССР о Франции наравне с Эйфелевой башней, «Тремя мушкетерами», «Мужчиной и женщиной».

В 1965 году, когда вышла первая пластинка, и в 1966 году, когда юная певица дебютировала в парижском зале «Олимпия», газетчики в один голос называли ее ожившим призраком Пиаф. Чтобы стать собой, ей надо было забыть о великой предшественнице, но не о ее песнях. В репертуаре Матье знаменитые шлягеры Пиаф стали ударными номерами, но зазвучали оптимистичнее и бодрее. Маленькой Золушке из семьи авиньонского каменщика, как она себя называла в автобиографии, трагическая маска не к лицу. Она прекрасно ладит с собой и уже не одно десятилетие одинаково стрижется и одевается. Ее конек сентиментальная романтика. Но если надо, крошечная артистка (рост метр пятьдесят три) может сыграть и героическую женщину. И тогда голос рокочет с раскатистым провансальским акцентом, руки неуклюже и резко взлетают вверх, а на лице появляется суровое выражение. Русская публика от ее ужимок млеет и тает.

Немного найдется иностранных певцов и певиц, так полно изданных фирмой «Мелодия». В Советский Союз Матье впервые приехала в 1967 году. С тех пор наведывалась еще несколько раз, выучилась петь по-русски «Подмосковные вечера» и «Очи черные». В начале 80-х в Союзе конкуренткой Матье была, наверное, только Пугачева. Но публика, боготворившая француженку тогда, готова идти на концерт и теперь. Тихон РоМАНОВ