В предчувствии консенсуса

НЕКРУГЛАЯ ДАТА

Рубрику ведет Эдуард ШУЛЬМАН Сегодня, 28 апреля 1994 года, будет (или не будет) одобрен Договор о гражданском мире и согласии. «Консенсус» — трудное слово. Но дело — куда сложнее. Особенно для нас, подвергшихся коммунистическому воспитанию.

Раскроем старый «Философский словарь» и ознакомимся с одноименной статьей («Коммунистическое воспитание трудящихся»): «Величайшим завоеванием социалистической революции является новый духовный облик советских людей. Советские люди, революционным образом преобразовавшие свою страну и превратившие ее в могущественную социалистическую державу, изменились сами в процессе социалистического строительства. Советский человек приобрел новые качества...» Какие именно — об этом попозже. А пока обратимся к арифметике. Прилагательное «социалистический» повторяется трижды, как и сочетание «советские люди, советский человек». Дважды — «революция» + «революционный»... И как же нам не свихнуться под этаким прессом!

Словарь выпущен сорок лет назад, тираж — полтора миллиона. Понятие, определяющее духовный облик его читателей, трактуется так: «Революция — коренной переворот, означающий насильственное низвержение, насильственно ломающий все отжившее... Революция, — указывал Маркс, — это локомотив истории, а насилие — ее (истории) повивальная бабка».

Внедренное в нас упоение насилием — действительно величайшее завоевание социалистической революции. И не последнее препятствие на пути к миру и согласию.

Когда «третья волна» эмиграции окатила Америку, там решили подразобраться, что за русские к ним пожаловали. И, как положено по науке, произели, говорят, социологическое обследование. Составили, надо думать, анкетку с разными любопытными пунктами. И, в частности, спрашивают: Если, извините, сложилась конфликтная ситуация, Вы предпочитаете что: 1) бороться до конца; 2) достичь компромисса; 3) уступить?

Ну и отвечай по принципу — «ненужное зачеркнуть».

И что ж оказалось лишним для бывших наших сограждан, которые сидели с нами за одной партой, избирали темой для сочинения «Образ Павки Корчагина», сдавали зачет по «научному изму», получали отгул за прогулки с народной дружиной?

Ведь, если честно, русскието они русские, однако евреи. Древний народ. Пускай по-библейски «жестоковый», то бишь «упрямый», да в смысле гибкости — хорошо тренированный. Хоть мировой, хоть отечественной историей...

«Наше племя очень дресированное, — писал Эренбург, — мы видали девятьсот пленений».

Но с детства громившие соглашателей-оппортунистов, новые эмигранты презрительно отвергли отступление с компромиссом. Зато в подавляющем большинстве утвердились на пункте «раз» — борьба до конца.

Вот это боевое, рыцарское качество и окрестили в Америке — Комплекс Корчагина А что, как чуток очнуться? Частично очухаться?.. Ведь не чокнутые мы — чур-чур! — до основания...