Самый мобильный внедорожник

Новый кумир болгарского народа

За два месяца до парламентских выборов в Болгарии, по всем опросам, с большим отрывом от соперников социалистов и находящегося ныне у власти правого Союза демократических сил - лидирует бывший болгарский царь. Партию «Национальный альянс», сформированную наследником болгарского престола Симеоном буквально неделю назад, поддерживают около 46 процентов избирателей. Социалисты и правые даже в сумме не набирают такого электората.

Хотя о формировании партии и участии в выборах Симеон объявил недавно, он вовсе не новая для соотечественников фигура.

Балканское поветрие

На протяжении последнего десятилетия монархические настроения зрели и крепли едва ли не во всех балканских странах - Румынии, Греции, Болгарии, Югославии, Албании. Все они в недалеком прошлом были монархиями, и всюду, за исключением Греции, монархи были изгнаны коммунистами после окончания Второй мировой войны. (В Греции короля Константина свергла в 1967 году хунта «черных полковников».) Дискредитация идеи коммунистической создала благоприятную ситуацию если не для реставрации с большой буквы, то во всяком случае для возрождения идеи монархической. Бурно приветствуемые соотечественниками, в 90-е впервые после многих десятилетий жизни в изгнании приехали на историческую родину румынский король Михай, болгарский царь Симеон , югославский кронпринц Александр.

С триумфом вернулся в Албанию и наследник престола Лека, правда, затем со скандалом оттуда убрался. Но он, впрочем, и венценосец сомнительный (его отец, первый и последний албанский король Зогу, сам объявил себя монархом), и личность темная (сколотил состояние на контрабанде оружия). До сих пор не складываются отношения с родиной у греческого монарха Константина , хотя поклонников у него там много. Так и не отменен закон, запрещающий ему появляться в Греции. Впрочем, Константин, борясь за восстановление своих прав, пошел другим путем. Он подал Страсбургский суд по правам человека иск на правительство, конфисковавшее все его имущество, и в прошлом году, после шестилетней тяжбы, выиграл многомиллионное дело.

Если албанский Лека и греческий Константин на ножах с властями своих бывших монархий, то у Михая Гогенцоллерна, Александра Карагеоргиевича и Симеона Саксен-Кобургского и в этом отношении все обстоит благополучно. Болгарскому и румынскому монархам правительство даже собственность вернуло. Вернут и Карагеоргиевичу: новые югославские власти очень к нему расположены.

Все началось с ракии

Но самый успешный из всех балканских наследников престола, конечно, Симеон. Как ни странно, в недавней «шестнадцатой республике СССР» сторонников монархической идеи оказалось больше, чем где бы то ни было. В начале 90-х в стране было зарегистрировано больше 50 монархических партий. В результате большинство сочувствующих монархии просто не пошли ни в 1994-м, ни в 1997-м на выборы, запутавшись в этом обилии партий-двойников.

Симеону было шесть лет, когда он вступил на болгарский престол после смерти своего отца, царя Бориса, в 1943 году. А в 1946-м к власти пришли коммунисты и низложили монархию. Полвека изгнания Симеон провел в основном в Испании, где живет и по сей день. Он получил здесь отличное образование (владеет семью языками), сделал успешную карьеру бизнесмена. Женился на испанке из древнего рода, донье Маргарите Гомес-Асебо-и-Сехуэлья, которая родила ему пятерых детей.

В 1992 году крупнейшая болгарская винодельческая фирма «Домейн байяр» испросила у Симеона разрешения разместить семейный царский герб на своей лучшей продукции мускатной ямбольской ракии пятилетней выдержки. Наследник престола разрешил. С этого и началось его возвращение на родину. Впервые он приехал в Болгарию в 1996

году. Ему вернули гражданство, колоссальную недвижимость - дворцы, особняки и парки, часть которой он тут же передал в дар народу. Президент Стоянов назначил сына Симеона, принца Кирилла, своим советником по финансовым вопросам. Сам Симеон, используя свои родственные связи практически со всеми западноевропейскими монархами, активно лоббировал интересы Болгарии на международной арене.

Вряд ли власти, в том числе президент Стоянов, думали, что наследник престола решит составить им конкуренцию. А когда поняли, что проглядели опасного соперника, попытались сорвать старт его политической карьеры. В феврале этого года Конституционный суд отклонил ходатайство 76 членов парламента, которые предложили не применять к Симеону, если он захочет выдвинуть свою кандидатуру на президентских выборах 2001 года, конституционную норму о том, что претендент должен в течение последних пяти лет проживать в Болгарии. Это не остановило Симеона: с президентских выборов (они должны состояться в конце этого года) он «перенацелился» на предшествующие им парламентские. Понятно, что если его партия успешно на них выступит, то Симеон не будет довольствоваться постом лидера ведущей парламентской фракции или даже спикера. Не царское это дело. А конституция, как говорил кто-то из наших политиков, не Священное писание.

«Не политик»

Если Симеон станет когда-нибудь политическим лидером Болгарии, России ждать от него подарков не стоит. Помимо того, что по вине болгарских соратников Сталина он лишился престола и родины, Симеон, так сказать, генетически не расположен к нашему отечеству. Его деда, первого после освобождения страны от османского ига царя Фердинанда, даже звали за глаза русофобом, хотя именно русская армия завоевала для Болгарии независимость 1878 году.

В болгарской политической элите традиционно соперничали русофилы и германофилы. Саксен-Кобурги, как нетрудно догадаться, возглавляли стан германофилов. Под их водительством славянская Болгария в обеих мировых войнах выступала союзницей Германии и противницей России.

После полувекового послевоенного перерыва, когда Болгария была лишена свободы политического выбора, в 90-е годы соперничество германо- и русофилов, по сути дела, возобновилось. Они только выступили в новом обличии: «русофилы» - социалисты, бывшие коммунисты, придерживающиеся промосковской ориентации, «германофилы» — сориентированные на Запад правые, объединившиеся в Союз демократических сил.

Социалисты, правившие в первой половине 90-х, провалились, не помогла да же «накачка» дешевым российским газом и нефтью. Они довели страну до голодных бунтов, и в 1997 году их сменили правые во главе с нынешним президентом Стоя новым и премьером Костовым. Однако и правые не сдюжили - не помогли ни кредиты МВФ, ни германская помощь и инвестиции. Чего только не делало болгарское правительство, чтобы заручиться поддержкой Запада, даже одобрило натовские бомбардировки Югославии. Коечто правительству удалось: к примеру, на днях для болгар отменили визы в страны Шенгенского соглашения. Одна из софийских газет отреагировала на это иронической репликой: «Нищета отгораживает нас от Запада такой стеной, что никакая шенгенская виза не поможет».

Не считая полученных от Запада призрачных обещаний о приеме в ЕС лет через десять, реальные итоги четырехлетнего правления правых - это проваленные экономические реформы, расцвет коррупции и кумовства, уровень жизни из самых низких в Европе и социальное расслоение, не уступающее российскому. Страной правят несколько олигархических кланов, сколотивших капиталы на сомнительной приватизации и манипуляциях с российской нефтью и газом. При этом отношения с Россией испорчены вконец. Стоит вспомнить недавний шпионский скандал и выдворение трех российских дипломатов, а также правительственное решение о вве дении виз для российских граждан. Последнее на днях было отменено. Власти вдруг сообразили, что без российских отдыхающих болгарские пляжи будут все лето пустовать. Ведь платить по 70(!) долларов за визу (именно столько в прошлом году содрали в болгарском консульстве в Москве с жены автора этих строк, не имеющей российского подданства) мало кто из русских, традиционно отдыхающих в Болгарии, согласится.

Сегодня политическая ситуация в стране патовая. Народ не верит ни левым, ни правым. Люди, как пишут газеты, «устали от дегенеративных партий и политиков-вырожденцев». В этой ситуации ничем себя не запятнавший, окутанный ностальгическим и романтическим флером царь Симеон что называется, свежее решение. Как многим кажется, это долгожданный выход из той лжеальтернативы «левые или правые», в которую загнали избирателей ныне действующие политики, оперирующие различными лозунгами, но, по мнению большинства, одинаково некомпетентные и нечистоплотные. Сам Симеон, тонко улавливающий настроения улицы, недаром любит повторять: «Я не политик».

Новый политический кумир обещает за 800 дней вывести страну из нынешнего жалкого состояния и приблизить к западным стандартам жизни. Он ни слова не говорит о восстановлении монархии и даже отвергает выбор «монархия или республика», восклицая на манер своих германских предков: «Болгария превыше всего!» Ведь согласно опросам в случае референдума о монархии - при всех симпатиях лично к Симеону - ее восстановление поддержат лишь 9 процентов. Многие из экспертов даже расценивают решение болгарского царя заняться реальной политикой как отказ от притязаний на корону.

Это явно поспешный вывод. Наследник болгарского престола уже не раз демонстрировал способность преподносить сюрпризы. Ну мог ли кто-то пять лет назад предположить, что преуспевающий мадридский бизнесмен, впервые после полувекового перерыва ступивший на болгарскую землю, превратится в самого популярного политика, надежду болгарского народа?

При участии Бориса Георгиева