[Без Заголовка]

американских законодателей отменили свои запланированные визиты в Китай. Лидер христианских фундаменталистов, недавний кандидат в президенты Гэри Бауэр заявил, что извиняться должны не американцы, а китайцы.

Однако тон публичных высказываний высших должностных лиц заметно смягчился. Они говорили, что дорожат отношениями с Пекином и не хотели бы нанести им ущерб. Эсминцы ушли от китайских берегов. Контр-адмирал Куигли объяснил, что распоряжение тихоокеанского командующего не имело никакого тайного умысла: «Адмирал Блэр просто подумал, что было бы разумно не отпускать их слишком далеко, поскольку они могут пригодиться в операции поисков и спасения китайского пилота». Пресс-секретарь Белого дома Ари Флайшер и Ричард Баучер на дотошные вопросы репортеров в один голос отвечали, что идут интенсивные переговоры и любая утечка информации может погубить кропотливые усилия дипломатов.

Тонкая настройка

Теперь уже не секрет, что 4 апреля президент Буш созвал в Овальном кабинете совещание членов своей администрации, ответственных за вопросы внешней политики и национальной безопасности, и сказал им: «Мы должны найти выход из ситуации». С этого момента началось то, что на дипломатическом жаргоне называется «тонкая настройка». Совещавшиеся решили, что Колин Пауэлл должен еще раз выразить сожаления в связи с гибелью китайского пилота. Госсекретарь сделал это наутро. В ответ просивший не называть себя по имени китайский дипломат, аккредитованный в Вашингтоне, сказал, что высказывание Пауэлла - «шаг в правильном направлении». Американские политики и пресс-секретари превратились в тонких стилистов. Газеты писали, что Буш «потребовал» освободить экипаж, однако он не требовал, а лишь говорил, что «людям пора вернуться домой». Баучер избегал называть их заложниками и уж тем более военнопленными и лишь спустя несколько дней нашел приемлемую дефиницию: detainees – «насильственно удерживаемые». Журналиста, спросившего, чем насильственно удерживаемые отличаются от заложников, он отослал к толковому словарю. Куигли обиделся на определение «самолет-шпион». «В моем понимании «шпионить» означает «заниматься шпионажем», — объяснил он разницу. – А это совсем не то, о чем мы здесь говорим. Это была открытая, обычная наблюдательная и разведывательная миссия, подобные которой выполняются на регулярной основе различными странами, в том числе и Соединенными Штатами. Однако она выполнялась в международном воздушном пространстве согласно международным правилам. И выражения типа «шпион», «шпионский самолет», «24 шпиона на борту» и прочие в этом роде просто не отражают фактическую сторону дела». Страсть китайцев к ритуалу общеизвестна. Китайские церемонии некогда сильно осложняли задачу послам Московии в Китае от них требовали оказывать императору большие почести, чем те, которые они оказывали царю. В данном случае речь шла именно о том, чтобы найти ритуальную формулу, которая удовлетворила бы обе стороны. То, что со стороны выглядело как американо-китайская война слов, на самом деле было поисками решения проблемы, из которой просто не было иного выхода, кроме возвращения экипажа.

Вашингтон уже извинялся два года назад в связи С ОШИбочной бомбардировкой китайского посольства в Белграде. Он сделал это в феврале нынешнего года после случайного затопления американской субмариной японской шхуны «Эхиме мару» близ Гавайев. Но обоих этих случаях американские эксперты имели полную возможность выяснить подлинные причины инцидента. На сей раз сотрудникам посольства США удалось добиться разрешения лишь на несколько кратких встреч с пилотами, в течение которых дипломаты избегали вопросов о случившемся, опасаясь, что неосторожные ответы членов экипажа могут отразиться на участи летчиков. Но через несколько дней атмосфера вдруг снова накалилась. Буш заявил, что ситуация находится в «мертвой точке», из которой ее должна вывести китайская сторона. В этот момент филологическая дискуссия дипломатов зашла в тупик. Наотрез отказавшись употребить в послании слово apology, американцы в конце концов предложили более многозначное sorry. Китайцы, рассудив, что они смогут интерпретировать его в нужном смысле, согласились, потребовав к sorry добавить very и употребить выражение дважды. Американцы после тяжких раздумий согласились. На русском языке нюансы письма американского посла выглядят примерно так: то ли президент и госсекретарь «весьма сожалеют» в связи с гибелью китайского пилота, то ли приносят «глубокие извинения». Но Прюер вручил свою китайскую грамоту министру Тану в китайском переводе, в котором стояли иероглифы, обозначающие «глубокое сожаление». Когда же официальный представитель китайского МИДа Сунь Юйси пересказывал послание своими словами, он употребил другой термин, который можно понять и как «глубокие извинения».

Спустя часов после официальных сообщений о достигнутой договоренности, на острове Хайнань приземлился арендованный Пентагоном «Боинг-737» авиакомпании Continental Micronesia. Приняв на борт членов экипажа ЕР-ЗЕ, лайнер взял курс на Гуам, откуда их доставили на Гавайи. Президент Буш возращался из Северной Каролины и, обедая в кругу советников на борту президентского самолета, слушал прямой радиорепортаж CNN об отлете «Боинга». Убедившись, что экипаж в полной безопасности, президент обратился к своему помощнику по национальной безопасности Кондолизе Райс со словами: «Вы прекрасно сделали свою работу. Поздравляю. Наша команда не дала инциденту перерасти в кризис».