политИКА

Лидер СПС Борис Немцов убеждал Владимира Путина отказаться от идеи реставрации советского гимна, ссылаясь на мнения людей, которых традиционно относят к цвету нации: Майи Плисецкой, что время революционных преобразований закончилось, что пришла пора ус- мсТИСЛАВА РОСТРОПОВИЧА, покоиться, установить единые для всех АЛЕКСАНДРА правила игры, объединить общество солженИЦЫНА для новых свершений. Любимой идеей власти стало наведение порядка, укрепление исполнительной вертикали, установление диктатуры закона. Все эти меры, долженствующие «создать условия для благополучной жизни людей и процветания нашей Родины», как однажды провозгласил президент, за неимением четкой стратегической цели довольно скоро превратились из средства собственно в цель.

Нечто подобное произошло и с идеей всеобщего единения и консолидации. «...Развитие общества немыслимо без согласия по общим целям... Единство России скрепляют присущие нашему народу патриотизм, культурные традиции, общая историческая память, развивал свою мысль Владимир Путин в послании Федеральному собранию минувшим летом. - И сегодня в нашем искусстве, в театре, в кино вновь растет интерес к отечественной истории, к нашим корням, к тому, что дорого нам всем».

Заигравшись в объединение, запутавшись в том, где цель, а где средство ее достижения, президентское окружение потеряло еще и содержание замысла, подменив его формой. Потому консолидацию общества и решили начать с символов. Больше всего это напоминало предвыборную акцию, призванную укрепить и без того запредельно высокий рейтинг лидера. Между тем популистская акция с госсимволикой дала обратный желаемому эффект.

В первый раз за время путинского правления разгорелась нешуточная дискуссия, в которой невозможен был консенсус, поскольку, быстро выйдя за рамки объявленной темы «О государственной символике», она переросла в обсуждение будущего России. Политическую элиту публичные дебаты развели по двум непримиримым лагерям: «Союз правых сил» и «Яблоко», выступившие категорически против новогостарого гимна, и все остальные, кому реставрация гимна СССР пришлась по душе (кому по идеологической причине, а кому из соображений верноподданнического пиетета).

Прямолинейность и незамысловатость акции, по всей видимости, объясняется тем, что президент явно недооценил сложности задачи. «И не нужно специально искать национальную идею. Главное - понять, в какую Россию мы верим и какой хотим Россию видеть. При всем обилии взглядов... у нас были и есть общие ценности. Ценности, которые сплачивают и позволяют называть нас единым народом», — рассуждал Путин перед парламентом. «Я прошу вас не драматизировать события, не возводить барьеров, не жечь мостов и не раскалывать общество в очередной раз», - развивал ту же мысль президент в своем недавнем телеобращении.

И Путин, и его советчики проигнорировали фундаментальный исторический опыт: нация объединяется в результате достижения содержательного компромисса. Невозможно объединить граждан, выдав всем сестрам по серьгам: коммунистам их старый гимн, державникам имперский герб, а либератриколор, бывший торговый флаг России, а затем увещевать всех, что, мол, стерпится-слюбится. Да и вообще довольно странно использовать государственную символику, взятую из прошлых времен как средство для единения совершенно новой нации, фактически пытаясь поменять последовательность естественных процессов, при которых символы есть следствие консолидации. А для сплочения общества нужны не атрибуты, а идеи.

Идей нет. В минувший понедельник в ходе своего десятиминутного телеобращения глава государства по сути привел один-единственный довод в пользу сопряжения разновременных и исполненных различным смыслом герба, флага и гимна: в истории были не толь ко мрачные, но и светлые, и героические эпизоды. И от того, что позаимствованный у коммунистов трюизм этот был повторен с десяток раз в разно