Будучи человеком неконфликтным, Сергеев всякий раз уступал и в результате за три года своего правления так и не продвинулся сколько-нибудь существенно на важнейших направлениях военной реформы. Он не завершил сокращения армии до тех 800 тысяч человек, которые страна может содержать. Как следствие, силы общего назначения не были уменьшены до 600 тысяч и не преобразованы в соединения постоянной готовности. На полпути была остановлена реформа военного образования. Обещав не закупать до наступления лучших времен мелкие партии вооружений, которые получаются «золотыми», а модернизировать старые системы, Сергеев уступил в итоге давлению директоров ВПК. Главное же министр предпочел не втягиваться в спор с генералами, доказывавшими, что переход на контрактный принцип формирования Вооруженных Сил сегодня невозможен.
Если бы Сергеев, заняв министерское кресло, расставил бы на ключевые посты мыслящих по-новому людей, а таких среди ракетчиков немало, он, возможно, развязал бы себе руки, но на это у Игоря Дмитриевича не хватило решимости. Вместо того чтобы ломать сопротивление генералов, Сергеев предпочел уйти с головой в дела своих любимых ракетных войск, чем только ослабил свои позиции. Он добился того, что при всей ограниченности средств на поток была поставлена новая межконтинентальная ракета «Тополь-М». Скорее всего это было правильное решение. Хотя бы потому, что ядерные силы — это основа российской обороны. Но недруги Сергеева немедленно обвинили его в том, что он за счет других видов Вооруженных Сил подкармливает РВСН.
Та же реакция последовала и на предложение министра создать Объединенное главное командование стратегических сил сдерживания, которое должно было собрать под своим управлением ядерную триаду: ракеты наземного базирования, подводные ракетоносцы и стратегические бомбардировщики. Ракетчики утвержда ют, что в условиях, когда Москва располагает не десятью, как раньше, а всего лишь тремя тысячами боеголовок, единая система боевого управления (которую можно создать только на базе РВСН) жизненно необходима. Однако Генштаб и руководи тели видов Вооруженных Сил представили дело так, что Сергеев стремится передать РВСН все боеготовые силы нашей армии.
Югославская и чеченская войны тольНо одно дело работать с командой единоко укрепили позиции Квашнина и иже с мышленников, высокообразованных офиним. Эти войны, каждая по-своему, еще церов-ракетчиков, и другое - преодолераз продемонстрировали: одним ядервать сопротивление генералов, которым, ным оружием России не обойтись.
начиная с училища и заканчивая академией Генштаба, вбивали в голову, что залог победы - количественное превосходство над противником и что средств на оборону государство жалеть не должно.