Атомные субмарины

Аварии на подводных лодках происходили и происходят во всем мире. Однако атомные субмарины — случай особый. И дело не только в том, что внутри каждой такой лодки находится ядерный реактор. Опасность представляют и баллистические ракеты, и торпеды ядерными боеголовками, которыми нашпигован каждый атомоход. А потому любая такая трагедия выходит за рамки внутреннего де ла той или иной страны и сразу же становится международной проблемой.

Катастрофа с подлодкой «Курск» для отечественного флота беспрецедентна впервые моряки атомохода оказались запертыми глубиной. Все три прежние трагедии советскими атомными субмаринами были вызваны одной и той же причиной: пожаром на борту. Горящие и потерявшие возможность идти своим ходом лодки всплывали, экипажи были вынуждены самостоятельно бороться с огнем и ждать, когда командование при шлет спасателей, В то время наши моряки не имели права обращаться за помощью к иностранным судам или спаса тельным службам. Многим морякам удавалось спастись вплавь, на плотах или перебравшись на подоспевшие советские корабли. Иногда удавалось спасти субмарины: в 1972 году подлодку К-19, на которой начался пожар, три недели букси ровали из Северной Атлантики в Североморск, при этом в кормовом отсеке полусгоревшей лодки были заперты моряков. К счастью, все они остались живы.

В СССР не было принято сообщать об авариях своих подлодок. Первой катастрофой подводного атомохода, о которой узнала советская общественность, стала гибель К-278 «Комсомолец» в Норвежском море в 1989 году. Для советского общества это был настоящий шок, причем главным потрясением оказалась бездарность спасательной операции. Когда на борту начался пожар, «Комсомолец» всплыл. Экипаж в соответствии с инструкцией не стал передавать в эфир сигнал SOS, а связался со своей базой и стал ждать спасателей. Однако отправленные на помощь лодке военные самолеты оказались бессильны помочь морякам. Сбрасываемые воздуха складные плоты тонули, не успев раскрыться, гидросамолеты оказались неприспособленными для посадки на воду даже при небольшом волнении, а других средств спасения не было спе циальный катер, созданный для десантирования самолета, за несколько лет до катастрофы «Комсомольцем» был передан в военно-морской музей «за ненадобностью». К помощи многочисленных иностранных судов, находившихся поблизости, советское командование обращаться не стало. Лодка затонула, через несколько часов оставшихся в живых подобрало подошедшее судно, естественно, советское. Тогда спасшиеся моряки недоумевали: мол, почему на флоте есть средства спасения моряков из-ПОД воды, но нет возможности оказать помощь тем, кто гибнет на поверхности моря?! Последние события, однако, показали, что когда нужно выручать тех, кто оказался в лежащей на дне лодке, необходимого оборудования все-таки нет.

Впрочем, до сих пор спасать экипа жи атомных подлодок, лежащих на дне, нигде в мире пока не приходилось. В истории атомного подводного флота лишь два таких корабля (оба американских) утонули вместе экипажами подлодки были раздавлены чудовищным давлением на больших глубинах. В 1963 году погибла лодка «Трешер», которая вышла на глубоководные испыта ния и исчезла. Ее обломки были обнаружены спасательной экспедицией, причина катастрофы до сих пор неизвестна. Пять лет спустя, в 1968 году, затонула атомная подлодка «Скорпион» она была раздавлена водой на глубине 2500 метров. Обе эти катастрофы потрясли Америку. Досталось всем и правительству, «которое не уделяет должного внимания качеству судостроения и подвергает риску жизни американских моряков», и производителям лодок. После этого американцы стали уделять особое внимание безопасности подлодок, созданию спасательных систем. Очевидно, эти меры оказались действенными аварии на американских субмаринах (и атомных, и дизельных) продолжают случаться, но катастрофы с тех пор не произошло ни одной.

В отличие от американцев отечественные флотоводцы не извлекли уроков из предыдущих трагедий. И дело не в том, есть ли у нас соответствующее спасательное оборудование. Ведь главный урок, какой можно было извлечь из катастрофы подлодки «Комсомолец», таков: если не можешь спасти людей сам, обратись за помощью другим. Такое решение в случае «Курском» было принято лишь через несколько дней и в немалой степени под давлением общественного мнения.

Военные корабли обычно не обращаются за международной помощью, стараются избежать любой огласки даже в случае аварии. Причем не только советские. Так, в 1981 году американская атомная подлодка «Джордж Вашингтон» протаранила в Восточно-Китайском море японский сухогруз. Судно затонуло, а получившая повреждения американская субмарина скрылась места происшествия, не оказав помощи тонущим морякам, ее капитан соблюдал режим секретности. Разразился международный скандал. Впрочем, даже в условиях холодной войны известны случаи международного морского братства. Например, во время уже упомянутой аварии советской подлодки К19, которую после пожара буксировали на базу, экипажи находившихся рядом американских военных кораблей постоянно предлагали помощь, а британские корабли береговой охраны шли впереди советского каравана и расчищали путь среди рыболовных и торговых судов.

Еще после катастрофы с «Комсомольцем» многие отечественные специалисты призывали созданию международной организации спасения на море, которая должна объединить усилия соответствующих служб разных стран. Однако тогда этот призыв не нашел отклика у правительств. Возможно, теперь к этой теме вернутся.

Операция по спасению моряков «Курска» свидетельствует, что такое сотрудничество необходимо: британский глубоководный аппарат был переброшен Норвегию российским военным самолетом, а потом доставлен на место норвежским судном. Но без соответствующего международного соглашения каждая интернациональная операция натолкнется на множество бюрократических препон. Международные силы спасения, если они будут созданы, должны получить право приступать к работе случае любой трагедии на море, даже с военным кораблем, а питаны военных кораблей получить возможность обращаться за помощью к международным спасателям, не дожидаясь одобрения своего командования. Главное, впрочем, - не похоронить идею создания такой службы до тех пор, пока не случится следующая трагедия. Евгений Пахомов