Ивановых Доктрина

Старческие хвори и юношеские комплексы российской дипломатии прекрасно уживаются в новой Концепции внешней политики России

Не успели аналитики выбраться из дебрей расплывчатых противоречащих друг другу формулировок Концепции национальной безопасности и Военной доктрины, как их головы подверглись новому испытанию: МИД и Совет безопасности одарили страну документом, именуемым Концепцией внешней политики России. По сравнению с этим шедевром все предыдущие - образцы конкретики и логики. Первое впечатление от Концепции: придумана она для того, чтобы окончательно отбить у мирового сообщества охоту понять Россию своим куцым приземленным умишком.

Прочтет, например, иностранный дипломат (ему, несчастному, положено читать все это по должности), что для России плохо, когда «при решении принципиальных вопросов международной безопасности ставка делается на западные институты и форумы ограниченного состава», перевернет страницу и уронит на грудь свою умную и бессильную голову. Потому что далее там написано: «Россия придает большое значение своему участию в группе восьми наиболее развитых индустриальных государств», то есть как раз в таком «форуме ограниченного состава». Документ, претендующий на то, чтобы стать своего рода лоцией для наших дипломатов, изобилует фразами, которые могут поставить в тупик кого угодно: «Важно и далее развивать отношения с Ираном». Может, оно и действи тельно важно, но хорошо бы пояснить, почему именно с Ираном, а не с Суданом, например, и в какой области следует развивать эти отношения. Такими пассажами изобиловали отчетные доклады генеральных секретарей ЦК КПСС на съездах партии. Но тогда хоть цель была попугать Запад, заставить весь мир гадать, почему упомянута именно эта страна. Получит она оружие на многие миллионы долларов или «ограниченный воинский контингент». Сейчас пугать мы никого не хотим, более того, и президент, и министр * иностранных дел многократно заявляЛИ О намерении сделать российскую внешнюю политику максимально открытой и понятной. Задача задачей, но из прошлого создатели Концепции вытянули пока что только одну ногу.

При этом понимают они все вроде бы правильно: «международная обстановка, сложившаяся к началу XXI века, потребовала переосмысления общей ситуации вокруг Российской Федерации, приоритетов российской внешней политики и возможностей ее ресурсного обеспечения». После такой фразы ждешь, что внешнеполитические стратеги сформулируют одну-две главные цели и расскажут, какими средствами следует их добиваться. Собственно, так уже много лет строятся внешнеполитические доктрины развитых стран. «Доктрина Эйзенхауэра», к приме ру, объявила приоритетным районом для США Ближний Восток, «доктрина Фукуды» нацеливала Японию на развитие связей с ее «ближним зарубежьем» государствами Юго-Восточной Азии.

Однако большая часть 20-страничной «доктрины Ивановых» (министра иностранных дел и секретаря Совета безопасности) заполнена откровениями, практическая ценность которых такая же, как лозунга «Народ и партия едины». Много ли пользы вынесут наши дипломаты из таких, например, замечаний: Россия, «обладая значительным потенциалом и ресурсами во всех областях жизнедеятельности, поддерживая интенсивные отношения с ведущими государствами мира... оказывает существенное влияние на формирование нового мироустройства» или «Россия - это надежный партнер в меж дународных отношениях». Цели же нашей внешней политики сформулированы так, что и доценты с кафедры научного коммунизма не смогли бы выразиться туманнее. Здесь и «обеспечение... прочных и авторитетных позиций в мировом сообществе», и «воздействие на общие мировые процессы в целях формирования стабильного, справедливого и демократического миропорядка», и даже содействие «популяризации русского языка и культуры народов России в иностранных государствах». Иными словами, нет на этом свете ничего, что не являлось бы целью российской внешней политики.

Единственная польза от этого документа: он наглядно демонстрирует, какая мутная болтушка из старческой носталь гии по былому имперскому величию и юношеского комплекса неполноценности плещется в головах тех, кто определяет российский внешнеполитический курс.

Авторы Концепции изо всех сил стараются соответствовать новым веяниям: «В отношениях между государствами все большую роль играют экономические, политические, научно-технические, экологические и информационные факторы». Но какую проблему они ни затрагивают, у них, как у рабочего из анекдота, все равно получается «калашников». Скажем, начинают во здравие: «Интеграционные объединения приобретают все большее значение в мировой экономике, становятся существенным фактором региональной и субрегиональной безопасности и миротворчества». Но вдруг спохватываются и заводят старую шарманку: интеграционные процессы чреваты попытками принизить роль суверенного государства, и потому они «создают угрозу произвольного вмешательства во внутренние дела».

Понять, как авторы относятся к глобализации мировой экономики, практически невозможно. В одном месте сказано, что она способствует социально-экономическому прогрессу, а двумя строчками ниже читаем, что глобализация эта - порядочная дрянь, так как она повышает (о ужас!) зависимость экономической системы и информационного пространства РФ от воздействия извне. В этот пронизанный ксенофобией контекст вполне органично вписываются выпады против американцев вроде того, что они только и думают как бы создать «однополярную структуру мира при экономическом и силовом доминировании США».

Одна из немногих международных проблем, которая прямо обозначена в Концепции, это, разумеется, планы Соединенных Штатов создать в нарушение Договора 1972 года противоракетную оборону всей территории страны. Ответ на вопрос, как Россия собирается этим планам противодействовать, Концепция дает даже для этого документа уж слишком лаконичный в этом случае будут предприняты адекватные меры.

Идущее из советского прошлого мироощущение (страна окружена врагами это и США, и НАТО, и некие «форумы ограниченного состава») странным образом сочетается с желанием утвердиться в том самом кругу государств, которые, по мнению Москвы, если не прямые враги России, то уж во всяком случае явные ее недоброжелатели. Опасение, что на планете хоть что-то произойдет без участия Москвы, сквозит чуть не в каждой фразе Концепции. Скажем, авторы констатируют: в Азии наибольшую озабоченность вызывает обстановка на Корейском полуострове. Ожидаешь, что следом будет сказано, как именно собирается Россия способствовать разрешению этой проблемы. Вместо этого нам сообщают, что «усилия будут сосредоточены на обеспечении равноправного участия России в решении корейской проблемы». То же самое и о ближневосточном урегулировании: «Используя свой статус как коспонсора мирного процесса, Россия намерена вести линию на активное участие нормализации обстановки... приоритетной задачей России будет восстановление и укрепление ее позиций... в этом богатом и важном для наших интересов районе мира». Как-то уж ЗА СПИНОЙ АНДРЕЯ ГРОМЫКО (СЛЕВА), очень откровенно авторы признаются ВПЛОТЬ том, что Москва заинтересована не стольДО ГОРБАЧЕВСКОЙ ПЕРЕСТРОЙКИ ко в урегулировании конфликтов, сколько ЗАНИМАВШЕГО в максимальном своем участии в этом Пост МИНИСТРА урегулировании.

ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР, БЫЛА Даже вполне справедливые утвержде ГИГАНТСКАЯ ния, что принижать роль ООН, использоЯДЕРНАЯ ИМПЕРИЯ, ГОТОВАЯ ВОЕВАТЬ вать силу в обход Совета Безопасности С ЦЕЛЫМ МИРОМ. нельзя, выглядят на таком фоне как попытНЫНЕШНИЕ ка России (обладающей там правом вето) РУКОВОДИТЕЛИ диплосохранить за собой хотя бы теоретическую МАТИЧЕСКОГО возможность контролировать действия КОРПУСА, ХОТЬ • И УСВОИЛИ ДЕМОдругих держав на международной арене.

КРАТИЧЕСКУЮ Концепция внешней политики, да и ЛЕКСИКУ, НИКАК НЕ МОГУТ другие документы такого рода демонстСВЫКНУТЬСЯ рируют, что Россия так до сих пор и не опС МЫСЛЬЮ, ЧТО РОССИЯ ределилась со своими приоритетами в БОЛЬШЕ международной сфере. Да их и не удастся НЕ ОКРУЖЕНА сформулировать, пока Кремль не найдет КОЛЬЦОМ ВРАГОВ в себе силы признать: сегодня наша страна не имеет возможности влезать во все международные дела. Если Россия не умерит свои амбиции, она неизбежно столкнется с тем, что более эффективные, обладающие большей экономической мощью государства будут вежливо (какникак ядерная держава), но весьма твердо ставить ее на место. Только осознание этой горькой реальности позволит стране разглядеть свои внешнеполитические цели. Тогда и Концепция внешней политики станет рабочим документом, а не сочине нием школьника младших классов на тему «Как меня обижают большие дяди».