Серб и молот

«Переговоры стоят на месте. Если что и движется, так это бумаги», заявил президент Сербии Милан Милутинович, выйдя на улицу из замка Рамбуйе в предпоследний день переговоров. Тем временем сербские резервисты стали получать повестки из военкоматов, а в главном городе Косово Приштине заговорили о том, что местные сербы и албанцы вот-вот пойдут друг на друга. Достаточно взорваться первой ракете...

Союзная Югославия бурно отреагировала на события в Рамбуйе. Курс немецкой марки на черном рынке пошел вверх, а проправительственные партии включились в азартное соревнование: у кого патриотические лозунги круче?

Официальный Белград и представители косовских албанцев не скрывают своего удовлетворения: пусть конференция по мирному урегулированию закончилась неудачей, зато каждый остался при своих, никому не пришлось идти на болезненные компромиссы. Чему тут радоваться? Пожалуй, только тому, что переговоры в Рамбуйе предоставили временную передышку. И вот, пока политики ломают головы в поисках выхода из тупика, в ресторанчиках и кафе косовской столицы Приштины снова царит оживление. Люди стали спокойно садиться спиной к дверям, что давно уже считается здесь рискованным.

В Белграде перемены не столь заметны. Косовский кризис задолго до Рамбуйе расставил акценты в политической и * общественной жизни. Угроза натовских бомбардировок заставила почти все политические партии Социалистическую партию Сербии, Югославскую левую, Сербскую радикальную партию, Сербское движение обновления забыть о разногласиях и сплотиться вокруг лозунга «Косово останется сербским». Население, до предела измученное всевозможными санкциями и международными угрозами, весьма восприимчиво к патриотической пропаганде.

Оппозиционный Союз перемен — единственный маломальски серьезный соперник официальных «патриотов» ограничился заявлениями, обвиняющими в нынешнем кризисе президента Союзной Югославии Слободана Милошевича. Упрощенно позицию сербской оппозиции можно представить так: следует сместить Милошевича, провести демократические реформы и уже затем вернуться к решению косовской проблемы.

Однако кто услышит голос оппозиции? Большая часть сербского общества уверена, что в случае с Косово правда на стороне официального Белграда - в Союзной Югославии не забыли, что в свое время международное сообщество не вступилось за хорватских сербов, когда Загреб двинул на них танки. Те, кто бежал в 1995 году из Книна, до сих пор живут на чемоданах, и поэтому в Сербии трудно убедить коголибо в правоте миротворцев, готовых вступиться за албанцев из Косово.

Местные циники говорят, что сербы еще могли бы смириться с потерей Косово «с оружием в руках», но отдать «колыбель сербского народа» без борьбы они не согласятся никогда. Тем временем, стремясь заручиться всенародной поддержкой, белградские власти утверждают, что мировые державы, будучи союзниками албанских сепаратистов, требуют от Сербии отказаться от края, в котором расположена большая часть сербских церквей, монастырей и других святынь. И хотя мало кто в Сербии готов погибнуть за Косово, еще меньше людей готовы смириться с его фактическим выходом из состава государства.

Тем же, кто представляет, как устроена политическая жизнь Сербии, отсрочка решения по косовскому урегулиро

ванию до середины марта вовсе не добавляет оптимизма. Они хорошо помнят, что после прошлогодних договоренностей о прекращении огня в Косово, достигнутых американским посланником Ричардом Холбруком, сильно пострадали независимые средства массовой информации и автономия университетов. Что же будет после «Рамбуйе-2»? Не получит ли Милошевич обмен на уступки Западу очередную возможность рассчитаться со всеми, кто представляет угрозу его режиму?

В истерзанной войнами, живущей в изоляции и нищете Сербии уже давно не рассказывают хороших политических анекдотов. Не до шуток. А когда хочется сказать крепкое словцо, пишут хлесткие надписи на стенах, выражая в них свое отношение к происходящему. Студенты ждут, когда получат дипломы, чтобы эмигрировать, журналисты не верят тому, что сами пишут, а самые популярные телепередачи не выпуски новостей, а южноамериканские мыльные оперы. Гораздо больше, чем угрозы НАТО и итоги Рамбуйе, многих интересовало, где купить масло и сахар.