После штурма

Победителей, как известно, не судят. В них видят образцы для подражания

Приуроченный ко дню рождения японского посла в Перу Морихиса Аоки, штурм его резиденции в Лиме войдет в историю как триумф государства над хаосом. После 126 дней переговоров об освобождении заложников, когда, казалось, уже просматривались варианты мирного разрешения кризиса, приказ о штурме мог отдать только «настоящий мужчина». Таких в Латинской Америке, как известно, называют мачо.

Президент Фухимори имеет все основания праздновать победу: он хотел силового решения, к нему подталкивали военные, оно, наконец, вполне вписывается и в латиноамериканский культ мачо, и в логику насилия, которая определяет политические процессы в Перу. Если бы президент пошел на поводу у двадцатилетних юнцов из Революционного движения имени Тупака Амару (РДТА), он не имел бы шанса на переизбрание в стране, где гражданская война унесла 25 тысяч жизней. Это, увы, так же верно, как и то, что 14 убитых в резиденции террористов только в теракте видели способ привлечь внимание мира к пыткам своих товарищей в перуанских тюрьмах. Понимая это, Папа Римский Иоанн Павел незадолго до развязки призывал обе стороны «проявить мужество всепрощения». Президент Фухимори избрал другой путь. На дымящихся развалинах посольской резиденции, из которой он запретил в течение суток убирать трупы террористов, перуанский лидер, сын выходцев из Японии, заявил: «Это пример всему миру». Г-н Аоки, потомок древнего самурайского рода, начал свою прессконференцию со слов благодарности за поддержку товарищам по несчастью и с извинений за то, что его начавшийся в декабре дипломатический прием «несколько затянулся».

Мировое сообщество, если не считать сдержанной реакции европейцев (мирное решение так и не было найдено, высказали сожаление председательствующие в ЕС Нидерланды), выразило понимание и поддержку президенту Фухимори. Больше того, замечание министра обороны США Уильяма Коэна о том, что «все происшедшее не было для нас полным сюрпризом», дает основание предположить, что перуанские военные заранее заручились поддержкой в некоторых странах. Вопрос о том, существовал ли действительно мирный вариант разрешения кризиса, сегодня не обсуждается.

Однако, по всей видимости, не случайно накануне штурма из Перу выслали швейцарца Хуана Педро Шерера, «второго номера» в Международном комитете Красного Креста, который оказывал гуманитарную помощь заложникам. Сторонники Фухимори заявили, что «Красному Кресту пора сделать выбор между добром и злом», а проправительственная газета «Экспресо» со ссылкой на дипломатические источники поведала миру, что швейцарец «исходил из ложной идеи о том, что РДТА отражает социальное недовольство в Перу».

Похоже, что решение о штурме не поддержала и католическая церковь. Монсеньор Хуан Луис Сиприани, епископ Аякучо, до последнего момента пытавшийся найти мирный вариант разрешения кризиса, даже обращался с письмом к премьер-министру Японии Рютаро ХасиМото с призывом оказать давление на президента Фухимори и убедить его отказаться от штурма. Официальный Токио выразил «сожаление» по поводу применения силы, однако осуждать перуанские власти не стал. «Разве может кто-то позволить себе сегодня критиковать Альберто Фухимори?» - заметил премьер Хасимото.

Победителей и вправду не судят. Однако нет оснований считать, что победа одержана вчистую. Боевики РДТА, которое перуанские власти считали разбитым, попортили слишком много крови президенту страны. По мере того как драма с заложниками затягивалась, опросы общественного мнения фиксировали падение рейтинга Фухимори. А западные телевизионщики в ожидании развязки повадились снимать в Перу то трущобы, то приватизированные президентскими родственниками процветающие предприятия, то прочие проявления неолиберализма в стране, которую некоторые международные эксперты считают «не поддающейся реформированию». Какие бы цели ни ставили перед собой террористы из РДТА, единственный стратегический успех, которого они достигли, состоит в том, что если раньше про все это, как и про пытки в тюрьмах, знали только эксперты, то теперь это показали всему миру по телевидению.

Другой важный урок перуанского кризиса состоит в том, что революционные последователи вождя древних инков проиграли, но, похоже, не только президенту Фухимори. Они ошиблись эпохой. В 90-е годы XX века методы Че Гевары не проходят даже в Латинской Америке, больше трети населения которой живут на один доллар в день. Громкие обвинения режима в государственном терроризме, подкрепленные ссылками на доклады экспертов из Международной амнистии, не оправдывают ответные акты террора не только в глазах мировой общественности, но и в глазах обескровленного гражданской войной крестьянства Перу. Времена герильи прошли: это лучше всего иллюстрируют революционные движения нового типа, которые мексиканский писатель Карлос Фуэнтес назвал «вооруженными реформистами».

К их числу можно отнести движение сапатистов в Мексике («Итоги» № 19, 1996 ). Лидер

Перуанские власти показали всему миру, как надо бороться с террористами сапатистов субкоманданте Маркос выступает не против политического империализма, а против латиноамериканских вариаций на тему неолиберализма - точнее, против попыток перестроить по ультрасовременным экономическим чертежам общества, уклад жизни которых мало изменился со времен древних майя и инков. Главной военной новацией сапатистов является систематическое уклонение от битв с правительственными частями: они просто дают возможность крестьянам в джунглях штата Чьяпас жить так, как они привыкли жить, и адаптироваться к рынку с той скоростью, которая им по силам. Проводимые на «освобожденных» территориях «интергалактические встречи против неолиберализма» с участием американского и европейского интеллектуального бомонда стали для этих «вооруженных реформаторов» куда более надежной верительной грамотой, чем захваты заложников или торг с властями.

Что же касается Перу, то здесь, видимо, сегодня «не поддается реформированию» не только экономика, но и революционеры.

Президент Фухимори, надо думать, позаботится о распространении «передового опыта». Ограничив действие конституции еще в 1992 году, он не раз советовал российскому президенту быть жестче со своим парламентом. Желающим вдохновиться его опытом по борьбе с терроризмом стоит напомнить и другую деталь: помощь российских спец жб по штурму резиденции, предложенная в январе, так и осталась невостребованной. Видимо, перуанский президент пришел к выводу, что располагает профессионалами более высокой квалификации, чем те, что дали уйти боевикам Радуева из Первомайского.

DOTO SIPA/SEL