Лечение симптомов

Получение дополнительных кредитов и займов только отдаляет момент, когда российское правительство предпримет, наконец болезненные, но необходимые меры для исцеления государственных финансов

Действия правительства по преодолению экономического кризиса принесли первые плоды: фондовые индексы, скатившиеся за последний месяц до уровня 1994 года, на прошлой неделе резко пошли вверх. Котировки наиболее ликвидных акций российских компаний на западных рынках в начале недели выросли на 15-20%, а текущие индексы некоторых бирж зашкаливали за предельно допустимые 19%. (Во время кризиса действует правило, страхующее от крайностей: если индекс пробивает верхнюю или нижнюю границу торгового коридора, торги закрываются. В среду Федеральная комиссия по рынку ценных бумаг (ФКЦБ) закрыла торги на Санкт-Петербургской валютной бирже, а на других биржах операции неоднократно приостанавливались. От обилия заявок - 5 тыс. в минуту - утром 4 июня зависал сервер на Московской фондовой бирже.) Фондовый рынок как всегда первым отреагировал на политические события обещанную Западом поддержку «новой экономической программы на 1998 год», направленной, по словам президента США, «на укрепление финансовой стабильности, поощрение инвестиций и роста». Клинтон гарантирует поддержку со стороны США при голосовании на совете директоров МВФ по вопросу о выделении России стабилизационного займа. С хорошими новостями вернулся из США и Анатолий Чубайс. Буквально в считанные дни от трех крупных монополистов (РАО «Газпром», МПС и РАО «ЕЭС России») правительство собирается получить около 6,5 млрд. долл. задолженности. До конца года Федеральная служба по делам о несостоятельности и финансовому оздоровлению планирует провести ускоренные банкротства полутора десятка предприятий, а это означает, что какие-то деньги попадут и в бюджет. Наконец, объявлен новый конкурс по продаже «Роснефти», стартовая цена которой снижена с 2,1 до 1,6 млрд. долл.

Но сегодня оснований для эйфории, как нам кажется, слишком мало. Стабилизационный займ еще не получен, рынок госдолга нормализуется (доходность ГКО удалось сбить с 90% годовых до 40-50), но еще очень тревожно уровень доходности остается достаточно высоким и при неблагоприятных обстоятельствах мгновенно взлетит на прежнюю запредельную высоту. Вряд ли увенчается успехом продажа «Роснефти» - потенциальные покупатели, выиграв первый раунд игры на понижение и сбив цену на 500 млн. долл., на этом не остановятся. Не исключено, что и на повторный конкурс никто из них не явится.

Правительству удалось сбить лишь одну из волн кризиса, не устранив его причину. Опасность девальвации рубля остается достаточно высокой. А чем оборачивается бесконтрольное падение курса рубля, российское население представляет себе слишком хорошо....

На прошлой неделе директор Института экономического анализа Андрей Илларионов заявил агентству «ПраймТАСС», что «может сложиться ситуация, когда ни участники финансового рынка, ни власти не хотят девальвации, но она становится неизбежной, потому что государство в течение слишком долгого времени жило не по средствам, и рано или поздно за это нужно платить».

Приведенные -ном Илларионовым цифры не могут не впечатлять. Если в 1993 году из каждых 100 заимствованных государством рублей в бюджет шли 74 (остальное - плата за обслуживание долга), то в 1997 году — только 15 рублей. А за пять последних месяцев с рынка ГКООФЗ в бюджет не было получено ни рубля. В первом квартале 1998 года расходы на обслуживание всех видов госдолга составили 35% от суммарных расходов Федерального правительства.

«Чтобы стабилизировать рынок не допустить повторения кризиса, необходимо обеспечить сокращение государственных расходов в годовом измерении в объеме 150 млрд. руб. Иначе риск девальвации остается крайне высоким», считает известный экономист.

По словам г-на Илларионова, предложенные правительством антикризисные меры, такие как увеличение ставок налогов и импортных пошлин, приведут лишь к уклонению от налогов, замедлению экономического роста и ухудшению ситуации.

Получение дополнительных кредитов, займов только отдалит тот момент, когда нужно будет принять болезненные, но необходимые меры по лечению государственных финансов. «Это просто означает, что момент выхода из экономического кризиса откладывается на неопределенное время», считает Андрей Илларионов.