[Без Заголовка]

жет сверить твои ощущения со своими. А на какой стадии работа? Когда выйдет первый роман?

- Роман вот-вот выйдет в издательстве «Нева - Олма-пресс». Издательство питерское, хотя роман о Москве.

Эту серию я буду продолжать. Ее продолжать легче, чем, допустим, исторические детективы. Потому что когда ты не зависишь от стиля, тебе меньше это приедается, не набиваешь оскомины.

- Свои романы ты выдумываешь и пишешь последовательно или параллельно? Ты уже знаешь, каков будет следующий роман?

- Конечно, знаю. С точки зрения жанровой, мой проект состоит из трех слоев, трех типов романов - «литературного», «полулитературного» и «нелитературного». Эти типы я чередую. В том числе и для того, чтобы не надоедало.

Новую серию я для себя определяю как «нелитературную». Самая «литературная»> - это «Пелагия». «Полулитературная» про Фандорина. Писать все время про Эраста Петровича - невозможно. От этого устаешь, необходимо тасовать.

Я, разумеется, знаю, каков будет следующий роман про Пелагию, какие будут следующие два-три романа про нового героя - Николаса. (Николас Фандорин внук Эраста Петровича, наш современник.) Мне хотелось в этой серии передать собственное ощущение от Москвы как от мистического города. Москва город большой, город, который существует давно, город, в котором жили и умерли очень много людей, и невозможно поверить, что от них ничего не осталось. Я чувствую, особенно в некоторых местах Москвы, некие сгустки энергии.

— Да, да, я тоже...

- Артемий Лебедев, который делает мой сайт в Интернете, нашел очень хороший ход. Он берет старую фотографию какой-нибудь московской улицы, фотографирует ее с того же ракурса и наслаивает одно изображение на другое. Получается толпа, где кто-то в джинсовой куртке, а кто-то в шляпе со страусовым пером. Это очень точно передает мое ощущение от Москвы. Москва ведь стоит на костях в буквальном смысле. Она вся на кладбищах. Под ней подземные ходы, какие-то тайны, зарытые подклеты там чего только нет. Вот свои ощущения от этой Москвы, свои представления о том, как связаны времена, мне хотелось в первом романе моей новой серии передать.

А что касается Эраста Петровича, то когда (и если) я решу к нему вернуться, у меня наготове есть несколько занятных сюжетов, которые мне самому нравятся.

Насколько я знаю, затеваются экранизации твоих сочинений. А это тебе не страшно? Ведь обычный опыт экранизаций - это неизбежная работа на понижение.

- Понимаешь, я с самого начала для себя определил применительно к экранизациям вот какую вещь. Это для меня — не магистральное направление. И я буду этим заниматься только в том случае, если буду уверен, что это будет сделано здорово. Что это будет какой-то новый отсчет для отечественного телесериала или для отечествен - ного кино. С самого начала я поставил довольно жесткие и даже наглые условия тем, кто захочет заключить со мной контракт. Поэтому долго не мог такого контракта заключить. Но лучше ничего, чем плохо. - Каковы же твои наглые условия?

Настаиваю я, во-первых, на том, чтобы для фильма был достаточный бюджет. Это мое первое и основное требование. Второе. Сценарий должен писать я сам, и без моего согласия никаких исправлений там быть не может. А также режиссер и исполнитель главной роли должны утверждаться мною.

Первой телекомпанией, которая на этих условиях подписала со мной договор, была ОРТ, где теперь делается сериал по «Азазелю». Там будет четыре серии. Сценарий уже готов. Режиссер - помоему, замечательный Александр Адабашьян. Это в любом случае будет качественное кино. Мне интересно соединение интеллектуального режиссера с бульварным жанром.

- А кто сыграет Эраста?

- Пока не знаю.

- Ладно. А когда ждать?

- Насколько я понимаю, сериал выйдет следующей осенью. Сценарий я, во всяком случае, сдал, и теперь от меня больше ничего не зависит. Все, что мог, я сделал.