Супербизон

Александр Гомельский утверждает, что не стремится к власти, хотя в отечественном баскетболе нет более влиятельной фигуры

Он никогда не сможет утолить свои амбиции, которые простираются один бог знает насколько далеко. Этого не знает, наверное, даже сам Папа (как зовет его весь баскетбольный люд) - живой генератор энергии действия. Власть вот движущая сила этого реактора.

Хотя сам Александр Яковлевич в интервью «Итогам» с ходу возразил: «Какая власть без денег (это о его нынешнем положении в клубе). А потом, я к сильным мира сего в друзья не набиваюсь. Вот согласился стать доверенным лицом Путина по его предложению. Но я достаточно популярный человек и даже если не занимаю никаких должностей, люди сами приходят ко мне. Им интересно со мной общаться, меня слушать. Я иду к Путину и шел к Ельцину не потому, что хотел что-то с этого получить. Ничего я не получаю, кроме траты здоровья, времени и сил. Теряю деньги на всех этих разъездах. Надежды на какие-то дивиденды в случае его избрания у меня нет.

Зачем мне дружить со всеми? Я думаю, людям интереснее со мной дружить, чем мне с ними. А я хочу дружить со своими игроками, со своими детьми».

Даже если А. Я. чуть кривит душой, он прав в одном: 50 лет работы на баскетбольном поприще, со всеми завоеванными титулами («у меня их больше, чем у всех тренеров, бывших и нынешних, вместе взятых», не забывает напомнить Гомельский) создали ему авторитет, который работает на него с двойной отдачей. Возможно, он искренен в рассуждениях о дружбе. Но также известен его другой принцип: стараться не ссориться с тем, кто сильнее.

Гомельского можно встретить в любых коридорах вплоть до кремлевских, которые по сегодняшним меркам для спорта, может, даже и не самые важные. Он гений центростремительного эффекта. Если закручивается какая-то интрига, будь то игра, тренерство, закулисная борьба, везде Гомельский должен быть в центре. Если драматургия развивается по-иному, такой мир ему не нужен. Слово «мир» понимайте как хотите. Иначе он останется или сделает вид, что останется в стороне. Но только на время. Фраза Мюллера-Броневого из канонического сериала: «Приятно, когда тебя считают дьяволом...» это про Папу.

Двойной стандарт

Странное и противоречивое занятие игра гигантов, которой посвятил свою жизнь не богатырь и не атлет Гомельский. Такая же двойственная, как и его личность. С одной стороны, ежесекундная импровизация, лихость, свобода. Штатовское же изобретение.