Собачье дело

Если бы в России не появился новый вид спорта Соревнования на ездовых собаках, то камчатские собаки могли бы исчезнуть

А десять тысяч километров от Москвы, в десяти километрах от Петропавловска-Камчатского есть лесная ферма. В снежную камчатскую зиму, длящуюся до мая, эти десять километров можно преодолеть только на лыжах или на снегоходе. Хозяева фермы, 40-летний Сергей и 38-летняя Лена Панюхины, уже пять лет живут здесь со своими детьми — 13-летней Дашей и 9летней Сашей в двухкомнатном вагончике. Гектар леса вокруг — их угодья, по периметру развешаны на деревьях таблички «Питомник ездовых собак».

О ездовых собаках обитатели фермы знают все или почти все. Их питомцы вот уже третий год оказываются самыми быстрыми в России. Именно для того, чтобы ежедневно ставить собак в упряжку и совершать сорокакилометровую тренировочную поездку по лесной трассе, Панюхины и забрались в эту глушь.

Когда-то ездовые собаки были основным транспортным средством Камчатки. Зимой от поселка к поселку пролегали накатанные широкие «собачьи дороги», на которых могли разъехаться две-три упряжки. Собаки возили лекарства, почту, пассажиров. В начале века одна верста на собаках стоила шесть копеек. Летом собаки, как бурлаки, тянули вверх по реке баржи и лодки.

Камчатские ездовые собаки - древняя аборигенная порода. Археологи находят на полуострове фрагменты собачьей упряжи, возраст которых исчисляется тысячами лет. Камчатских собак описы вали этнографы, изучавшие быт коренных народов полуострова коряков и ительменов. Собаки-трудяги, сильные, спокойные, разумные, никогда не нападали на человека: собаку, укусившую хозяина, немедленно убивали.

Когда упряжка камчатских собак, застигнутая снежной бурей, «пурговала» в открытой тундре, то собаки могли обходиться без еды по пять-шесть дней и

продолжать тянуть нарту. Хороший вожак собачьей упряжки мог найти дорогу домой в любую метель. Он был «оглядывающимся» - постоянно проверял, не заснул ли хозяин, не вывалился ли пьяный из нарты: в этих случаях он останавливал остальных собак и ждал, пока человек проснется. Цена щенков от та кого вожака достигала стоимости дойной коровы, а самого его не продавали никогда.

Вплоть до 50-х годов на полуострове существовал негласный закон, жестокий, но эффективный. Собака другой породы, попавшая сюда с материка, которая могла «попортить» потомство камчатских ездовых, тайком отстреливалась. И все же постепенно в собачьих упряжках стали появляться «метисы» самых экзотических вязок. А в 70-е годы на полуострове появились снегоходы и моторные сани, и ездовые собаки оказались не нужны.

Тогда же кто-то из-местных чиновников решил, что камчатские собаки съедают слишком много лососевой рыбы, ловля которой была ограничена. В действительности собак кормили юколой — низкосортной вяленой рыбой, и лосось был ни при чем; даже осенью, когда красная рыба шла по рекам сплошняком, собакам доставались лишь головы да хребты. Но административное решение уже было принято, и на Камчатке началась массовая кампания по уничтожению ездовых собак. Их запретили держать в поселках. Появились цехи по переработке собачьих шкур на сувениры — унты, шапки, рукавицы. За хорошую шкуру платили по тем временам совсем неплохо от 3 до 5 рублей. К середине 80-х годов собачьих упряжек почти не осталось.

На Камчатке Лена с 1973 года. Ее отец, инженер-строитель, привез семью из В УПРЯЖКЕ Москвы, заключив договор с местной ПАНЮХиных потомки строительной организацией сначала на КАМЧАТСКИХ три года, потом еще на три. В столицу сеЕЗДОВЫХ, КОТОРЫЕ ВОТ УЖЕ ТРЕТИЙ ГОД мья так и не вернулась.

ОКАЗЫВАЮТСЯ В Палане, центральном поселке КоСАМЫМИ БЫСТРЫМИ В РОССИИ, ДА И НА рякского автономного округа, где они МЕЖДУНАРОДНЫХ поселились, соседи держали ездовых соСОРЕВНОВАНИЯХ бак. Огромные, лохматые, они броДИЛИ УЖЕ ПЛЕТУТСЯ В КОНЦЕ по всему поселку. Вскоре, правда, выяснилось, что корякские собаки хоть и добродушны, но упрямы - когда Лена в 13 лет первый раз решила прокатиться на упряжке самостоятельно, они вывезли нарту из поселка и тут же повернули обратно, к дому. Однако Лена проявила упорство и довольно быстро научилась хорошо управляться с собаками.

Этот детский опыт пригодился ей 20 лет спустя, когда вместе с мужем Сергеем, бывшим военным летчиком, они поехали по поселкам Камчатки, чтобы собрать упряжку из восьми ездовых собак. Шел 1992 год, Камчатка перестала быть «зоной ограниченного доступа», на полуостров разрешили приезжать иностранцам. Идея Лены и Сергея была создать туристическую программу на «ездовых собаках». Но им не повезло: пока они искали деньги, а потом полноценных камчатских ездовых, поток туристов резко схлынул.

Тогда же на Камчатке проводились спортивные соревнования ездовых собак «Берингия». Панюхины со своей упряжкой решили попытать счастья и неожиданно победили. «Чувствую, это мое дело», признался после гонки Сергей, который вел упряжку. Правда, что это за дело и как заниматься таким видом спорта, они поначалу не очень себе представляли.

Осенью 1994 года Лена приехала на симпозиум по собачьему ездовому спорту в немецкий город Швальбах и там получила приглашение принять участие в престижных международных соревнованиях «Альпен Роуд». До гонки оставалось три месяца. «Все это время мы потратили на подготовку снаряжения, - вспоминает Лена. Заказали мастеру нарту из камчатской березы. Она была сделана по картинке, по образцу спортивных нарт, и мы ею ужасно гордились. Стояла она на горных лыжах • ничего другого для полозьев у нас не нашлось». Алыки, собачью упряжь, Панюхины сшили из парашютных строп. И вот с таким домашним снаряжением отправились на соревнования. «Судьи не допустили нашу замечательную нарту к соревнованиям, говорит Лена. Решили, что она развалится на первом же перевале. В гонке принимали участие 53 лучших гонщика мира. Наверное, многие, глядя на нас, с трудом сдерживали улыбку. Хотя отнеслись к нам очень хорошо - один из гонщиков уступил нам запасную нарту. Нас очень поддержали, поддерживают и сейчас, ведь до этого российские граждане никогда не принимали участие в соревнованиях по собачьему спорту».

На тех соревнованиях упряжка Панюхиных пришла последней. «Какие у нас были тогда собаки? Спокойные лохматые трудяги, купленные в поселках, вспоминает Сергей. — До настоящих спортивных собак им было далеко. Они вообще не могли понять, зачем надо так торопиться. Мол, довезем мы тебя до этого финиша, хозяин! Успеем. Солнце-то еще высоко».

На «Альпен Роуд» Лена и Сергей купили первую настоящую спортивную собаку - аляскинскую хаски, близкую родственницу камчатских ездовых. Повязали ее с лучшим камчатским кобелем. Ее щенки, которым сейчас по 5 лет, до сих пор в упряжке. Самый лучший из них вожак Гейзер. Внешне он ничем не отличается от камчатской ездовой собаки. А вот скорость, упорство и кураж у него от матери - хаски.

Вернувшись с гонок, Панюхины убедились, что невозможно серьезно заниматься ездовым спортом, живя в городе, и что все нужно менять: питание собак, их содержание, отношение к тренировкам. И стали готовиться к переезду в лес. Квартиру в Петропавловске-Камчатском продали. На эти деньги купили геологический вагончик, снегоход, небольшой грузовик.

Постепенно жизнь Панюхиных приобрела размеренный ритм. Два месяца в году соревнования, остальные десять ТЯЖЕлая однообразная работа: чистка клеток, кормление собак, уход за щенками, прокладка трассы, тренировки. «Кто-то дол- жен быть с собаками, кто-то с дочками им нужно ходить в школу. Поэтому мы все время меняемся: три дня я живу с девочками в городе, а Сережа в питомнике, три дня - наоборот», — рассказывает Лена. В городе Сергей ведет переговоры со спонсорами, с поставщиками корма (собак кормят нерпой и тюленем). «В первое время было трудно объяснять людям, чем мы занимаемся и что нам нужно, — говорит Сергей. - Я постоянно чувствовал настороженное отношение. И только после того, как мы стали показывать какие-то результаты, к нам появился интерес со стороны фирм. Например, камчатский пул предпринимателей готов поддерживать наш вид спорта. Помогает нам и то, что многие именитые камчадалы в детстве сами ездили на упряжках».

Первым серьезным достижением Панюхиных было второе место на международной гонке «Московия» от Москвы до Санкт-Петербурга в 1996 году. А через два года они стали чемпионами России. Но Лена и Сергей критично оценивают свое лидерство: «Сейчас в России практически нет ездового спорта. Нет у нас и по-настоящему сильных соперников. В российских гонках участвуют люди, которые еще несколько лет назад разводили сибирских хаски как декоративных собак. Конечно, это краси вые и добрые собаки. Но если родители не были рабочими собаками, то и щенок, когда лапы стерты, плечи набиты, вряд ли с удовольствием потащит нарту. Для этого нужны характер, кураж, упертость. Все это вырабатывается поколениями». Нынешние собаки Панюхиных на международных соревнованиях уже не плетутся в конце, теперь они крепкие середнячки.

B программу Олимпийских игр 2002 года впервые будет включена пулка (лыжник с одной собакой, везущей маленькую нарту), и Панюхины надеются, что примут в ней участие. А в 2006 году олимпийским видом спорта станут и гонки на упряжках. «Если не мы, то Даша обязательно поучаствует, — говорит Лена. - Думаю, у нее есть шансы: она уже участвовала во взрослых соревнованиях - на открытом чемпионате Германии – и заняла 15-е место среди 43 участников. Так что надеемся на успех».